Совушка (СИ) - Кадуцкая Татьяна Владимировна - Страница 29

Сидни хитро прищурилась. Вэдимас всё-таки учил её. Вот так незаметно подсказывал, исправлял, давал советы, а ещё приучал к классической литературе и музыке, учил правильной речи. Ворон не забивал её голову словесными постулатами, он показывал всё на собственном примере. И девушка охотно впитывала информацию, неосознанно копируя своего наставника.

Пока пили чай, дождь успокоился. На улице стало свежо и невероятно легко дышалось. Авилаки вышли на веранду, и Сидни заметила книгу на скамье.

- «Сказания Варфоломея-птицелова»? - она удобно укуталась в тонкий плед и попросила: - Вэдимас, почитайте, пожалуйста!

- Хм-м…

Старый ворон привычно заворчал, но отказываться не спешил. А Сидни едва сдержала улыбку. Она уже давно поняла, что если у Вэдимаса и было слабое место, то это поэзия. Он нежно и трепетно любил стихи и с удовольствием читал их. Но не каждому. И девушке невероятно льстило, что коракс читал ей. Сова обхватила колени руками и с жадным ожиданием уставилась на мужчину.

- Мне нравится слушать, как вы читаете. В вашем исполнении стихи звучат по-особенному.

Она заметила, как дрогнули уголки тонких губ в едва сдерживаемой улыбке. Вэдимас ещё немного помолчал, лениво перелистывая страницы и тихонько откашливаясь. А потом сделал глубокий вдох и начал читать…

Сидни любила наблюдать за лицом ворона в этот момент. Вэдимас отрешался от действительности и как будто молодел. В тёмных глазах вспыхивали живые, тёплые лучики. Обычно скрипучий голос менялся, наполнялся тягучими медовыми интонациями. И девушка ярко представляла старинные битвы и героев из легенд. Перед глазами, словно наяву, стояла юная княгиня, переодевшаяся в одежду мужа и принявшая на себя командование дружиной. И тот самый ветер, что сейчас холодил кожу Сидни, казалось, играл с плюмажем на шлеме воительницы. Оборотница практически не дышала, слушая описание жестокой битвы, и непроизвольно схватилась за бок, словно это её пронзило вражеское копьё. Сова хорошо знала конец поэмы, но всё равно каждый раз в душе появлялась шальная надежда, что вот сегодня случится чудо - и героиня выживет. Что враг промахнётся! Но увы…

-…И нет певца в Диасе и в Баганге,

Который не прославил бы Бианку...

Коракс осторожно закрыл книгу, хотя не заглянул в неё ни разу. А Сидни смахнула слезу, повисшую на длинных ресницах.

- Потрясающе!.. Я читала эту историю раньше в виде романа и фильм смотрела, но баллада!.. - она закатила глаза. – У меня не хватает слов, чтобы описать, что я чувствую!

- В поэзии заключена удивительная сила. Особая концентрация смысла! – спокойно пояснил Вэдимас. - Минимум слов – а так много сказано! У каждого слова, у каждой запятой здесь своя роль!.. Вот послушай!

Он прикрывал глаза и читал очередное стихотворение. Порой коротенькое, всего четыре строчки! Но оно било точно в цель, навсегда проникая в душу и сознание девушки. Сидни слушала дрожащий голос коракса и начинала дрожать сама.

Эти встречи и долгие беседы в какой-то момент стали очень важны для молодой совы. Слушая Вэдимаса или читая рекомендованную им книгу, она словно видела собственные мысли и чувства, облачённые в слова. Всё чаще, прочитав очередную историю, девушка по-новому смотрела на окружающую действительность, замечая то, что раньше казалось неважным. Книги, которые советовал авилак, перестали быть странными и скучными. Они заставляли думать и переосмысливать собственные принципы и убеждения. Иногда Вэдимас брал девушку с собой в город и рассказывал про интересные здания, названия улиц и площадей. Обычно их прогулки заканчивались в маленьком кафе под тополями и очередной долгой беседой. По оговоркам Сидни понимала, что коракс знаком со многими известными оборотнями и наверняка вхож в богатейшие дома Мренго-са. Но сейчас он ограничивался лишь описанием архитектурных стилей, не упоминая хозяев. Сова не лезла в душу, догадываясь, что в прошлом у Вэдимаса была какая-то трагедия.

Однажды ночью, когда Сидни летала над Алукайским озером, в голове сами собой ожили строки одного из тех стихотворений, что читал ей ворон. Это было удивительное единение её собственных ощущений и переживаний поэта, жившего много лет назад.

- …Я не хотела! Оно само получилось! – захлёбывалась словами девушка. - «Я подслушать хочу, что шепчут звёзды. Может, заклинание счастья? Кто бы перевёл тот язык...» - она заглянула в смеющиеся глаза старого оборотня. - Я летела над долиной, смотрела на туман, который укрывал прибрежные ивы, и чуть не плакала от досады. Мне так хотелось описать то, что я вижу! Рассказать, как это прекрасно! И я понимала, что не смогу! Что мне не хватит слов! Я не подберу правильные! И опять воспользуюсь чужими! Это так обидно!.. – немного помолчав, сова неожиданно улыбнулась. – Но потом я поняла, что мне не на что обижаться.

- Что заставило тебя передумать?

Сидни неуютно заёрзала, но всё-таки сказала:

- Даже самый талантливый художник или поэт не передаст то, что я вижу собственными глазами. Что МЫ можем видеть, паря над землёй!.. Глядя вниз, доверяя своим крыльям, я чувствую себя не только сильной и свободной. Я чувствую себя счастливой, цельной… - она запнулась и расстроенно вздохнула: - Ну вот! Я опять не могу подобрать слов!.. Не каждому дано описать своё счастье, но ведь главное - чувствовать его. Правда?

- Хорошо, что ты понимаешь это, - тихо, почти шёпотом, сказал ворон.

Часть 2 Глава 5

Одним осенним днём Вэдимас сам пришёл к оборотнице, хотя до этого не баловал её своими визитами. Чаще девушка бежала к нему, как внучка к любимой бабушке. Сидни ожидаемо заволновалась, понимая, что для этого была веская причина.

- Что случилось?

- В город прилетает «Пагсадол». Это известная театральная труппа, - воодушевлённо рассказывал коракс. - Показывают пьесу «Кларисса и Валентин». Пойдём?

Сидни слышала об этом произведении, его хвалили и зрители, и критики, поэтому с радостью согласилась.

- Да!

- Отлично! С тебя семьсот пятьдесят шелетов за билет, - в следующую секунду огорошил оборотень.

Девушка моргнула.

- Так много?

- Это «Пагсадол», птичка! – как маленькой объяснял Вэдимас. - Билетов уже нет! Мне оставили парочку по большому знакомству.

Оборотница чуть не расплакалась.

- Но если я отдам тебе такую сумму, мне не на что будет жить!

- Как? Зарплата была на той неделе!

- Я отправила домой перевод.

- Зачем?

- Родители решили новый автолёт купить.

У ворона натурально отвисла челюсть. Выглядело это смешно, но Сидни не рискнула засмеяться. Вэдимас прищурился.

- Я одного не пойму: ты от рождения такая блаженная или просто затюканная дура?

- Эй! – возмутилась сова.

- Ты пашешь тут каждую ночь без сменщика, терпишь насмешки кораксов, а твои родители на новеньком автолёте катаются! Я правильно понял? – мужчина насмешливо хмыкнул. – Милая моя! Твои родители – бессовестные наглецы, если берут деньги у тебя.

- Разве плохо помогать близким? – попыталась оправдаться Сидни.

- Нет! – ответил Вэдимас и тут же добавил: - Если это действительно помощь! А в твоём случае это рэкет. Ты работаешь, а деньги отдаёшь им на развлечения.

- Но…

Коракс перебил сову.

- Твои родители инвалиды? Кто-то из них серьёзно болен?

- Нет!

И старик повысил голос:

- Если им не хватает денег на жизнь, пусть ищут другую работу, где платят больше.

- Но меня учили заботиться о семье и друзьях!

Сидни взмахнула руками, не понимая, в чём её вина, а мужчина разошёлся не на шутку.

- Хватит думать о других! Толку с этого?.. Кто-нибудь из твоих так называемых друзей вспомнил о тебе? Проведал? Да кукиш с маком! Может, вечер повздыхали, что некого в буфет за орешками отправить. И всё!

Оборотница залилась краской, вспоминая, как заботилась о своих товарищах в Кутах.

- Это знак внимания!.. Мне хотелось сделать им приятное, порадовать!