Красное Село. Страницы истории - Пежемский Вячеслав Гелиевич - Страница 63

До 1840-х гг. крестьяне в удельных имениях никакой медицинской помощи не получали. Такое состояние приводило к высокой смертности, особенно – от эпидемий. Тогда в России свирепствовала холера. В 1840-е гг. Департамент уделов стал открывать в селах удельные больницы за счет крестьянского «хлебного капитала», который образовывался из средств, получаемых от общественной запашки. Но в Красном Селе больница для крестьян была открыта еще при Марии Федоровне, и после перехода в Департамент уделов госпиталь сохранился. Финансировался он, в отличие от других удельных больниц, не из денег, собранных с крестьян, а из средств царской фамилии.

Как уже упоминалось, Красное Село во многом было исключением из удельных имений, больницу здесь открыли еще при Марии Федоровне. Когда имение принадлежало ей, средства на содержание больницы отпускались из Павловского городского управления. Потом, в отличие от других удельных больниц, создававшихся позднее и существовавших за счет «хлебного капитала», Красносельский госпиталь содержался за счет Удельного департамента. Когда в 1863 г. красносельские крестьяне вышли из удельного подчинения, финансирование госпиталя по распоряжению императора Александра II сохранилось прежним. Это выполнялось, пока существовало Удельное ведомство, т. е. до 1917 г.

До 1827 г. под госпиталь нанимался частный дом, потом для него было предоставлено специально выстроенное здание напротив Троицкой церкви, которое в будущем потребовалось для устройства квартир. Новое здание госпиталя было спроектировано Мейером, а закончилось его строительство уже после смерти архитектора, в октябре 1849 г. Госпиталь находился на пересечении Дворцовой и Никольской улиц, позади конюшенных флигелей. В 1850 г. на остатки госпитальной суммы был устроен сад, разбитый вдоль Никольской улицы между госпиталем и манежем. Управляющий Красносельской удельной конторой полковник Зубинский рапортовал по этому поводу: «Я поторопился потому собственно, чтобы к будущей весне больные госпиталя могли уже пользоваться им, и тем еще, что медленное и неполное развитие его разом было бы неприятным для глаз – в особенности, ежели бы Удельный госпиталь был удостоен посещением кем-либо из высочайших особ в лагерное время будущего 1851-го года».

Построен и оборудован был госпиталь с учетом всех достижений медицины того времени, с максимально возможными тогда удобствами – паровым отоплением, обильным водоснабжением, прекрасной вентиляцией и пр. Удельное ведомство делало все для полного благоустройства этого лечебного учреждения. Госпиталь состоял из двух отделений, на 15 кроватей каждое. Им бесплатно пользовались крестьяне Красносельской и Дудергофской волостей, служащие удельной конторы и военные, стоящие при лагере в зимнее время. В штат госпиталя входили особый врач, два фельдшера, кастелянша и семь человек прислуги[101].

В 1861 г. отменено крепостное право. Через два года положения о реформе были перенесены и на удельных крестьян. Они переводились в класс крестьян-собственников путем выкупа наделов. Крестьяне, жившие в Красном Селе и окрестностях, несмотря на все трудности и противоречия выкупной процедуры, оказались в более выигрышном положении, чем крестьяне других губерний. Земля в окрестностях Петербурга стоила дорого, и стандартные крестьянские наделы по меркам дачным выглядели совсем неплохо. Ими крестьяне могли (со всеми оговорками) распоряжаться, чтобы получить некоторый, по крестьянским понятиям вполне приличный, доход. Можно было заниматься огородничеством, построить на участке дачный дом и сдавать его летом, в крайнем случае сдавать свои полдома небогатым питерским дачникам. Похожая ситуация сложилась во всех ближних пригородах – Удельной, Коломягах, Лигове, Красном Селе… Само же Удельное ведомство осталось собственником значительных земельных наделов в Красном и его окрестностях. Оно сдавало в аренду лес на сруб и даже, как мы уже упоминали, строило дачи вдоль Долгого и Безымянного озер, которые сдавало внаем. На полученные средства содержались дворцы и парки, а также и другие сооружения, предназначенные для размещения во время лагерей особ императорской фамилии и лиц, их обслуживавших. В так называемой Дворцовой слободе после упразднения удельной конторы находились семь дворцов и 33 жилых дома с мебелью и обстановкой. У шоссе располагалось внушительное красивое здание – Большая Столовая палата, в которой давали парадные завтраки и обеды. Для заведования этим имуществом была создана особая служба. 14 октября 1865 г. утвердили ее штат: «В Красном Селе состоит смотритель дворцовых зданий, должность ему полагается в VIII класс, содержание при квартире ему полагается – жалование 500 руб. и столовых 300 руб. При Красносельском смотрителе стоит помощник».

Жизнь в Красном Селе подчинялась ритму маневров, но тем не менее осенью вовсе не затухала. В Красном было три школы: церковноприходская, двухлетнее училище и фабричное училище. Церковно-приходская школа содержалась на казенные средства, обучалось в ней до 160 человек (с 1903 г. размещалась во вновь построенном на земле крестьян здании напротив Троицкой церкви). Основанное в 1881 г. двухлетнее училище Министерства народного образования, содержалось на его средства, в нем обучалось до 400 человек обоего пола. Фабричное училище обучало на средства фабрики не только детей рабочих, но и всех желающих, приходящих со стороны; здесь училось до 118 человек обоего пола.

Дворцы и парки Красного Села

Строительство дворцов и разведение парков в Красном Селе, конечно, как и почти все, связано с маневрами. Большая часть дворцов была сосредоточена в так называемом Дворцовом парке, носящем сейчас название «парк Красное Село». Но мы начнем рассказ с дворца, который был выстроен на берегу Дудергофки между Долгим и Безымянным озерами. Сейчас на месте дворца возвышаются унылые руины. Это одна из загадок Красного Села. Исследователи уделяли мало внимания данной постройке, поэтому ее история выглядит пока как собрание белых пятен. По наиболее известной гипотезе, на Железнодорожной улице находятся руины дворца императора Александра I. Попробуем разобраться, как появилось это здание. Если первые Красносельские маневры состоялись еще в царствование Екатерины II, то регулярные Гвардейские лагеря стали разворачиваться в конце царствования Александра I. Повторно маневры состоялись в 1819 и 1823 гг. Расцвет Красносельских лагерей – это царствование Николая I. В годы его царствования и позже в Красном Селе возводятся дворцы для многих представителей августейшей фамилии. Ведь и цари, и их ближайшие родственники числились шефами гвардейских полков. Положение обязывало принимать парады, участвовать в маневрах, «делить тяготы» полевой жизни. Однако отметим, что дворцы эти зачастую были деревянными, летними. Ведь осенью с уходом гвардии на зимние квартиры светская жизнь в Красном Селе угасала. Для Николая I дворцы строились неоднократно, логично предположить, что сооружались они и для императора Александра I в Красном Селе в годы возобновления гвардейских лагерей. Тем более что он являлся шефом лейб-гвардии Гренадерского полка.

Строительство дворца должно было оставить в истории след из множества документов. И действительно, в Российском государственном историческом архиве есть документ об исправлении дворца Александра I в Красном Селе за 1848 г., однако из него не вполне ясно, как выглядел дворец и относится ли дело именно к этой постройке или к другой. Странно и то, что дворец основательный, каменный. Но тому есть простое объяснение: согласно мнению многих исследователей, дворец Александра I существовал и раньше – это был дом владелицы бумажной фабрики на Долгом озере А. П. Полторацкой.

Также и по картам 1830–1840-х гг. видно почти квадратное в плане здание дворца. Рядом – здание служб, руины которого видны сегодня. Сохранилось и описание сада вокруг него: по периметру вокруг дворца проходила дорожка. В саду были пруд, каскад и цветник. Следы старой планировки с центральной аллеей еще можно проследить и по сей день.