Красное Село. Страницы истории - Пежемский Вячеслав Гелиевич - Страница 56

Для состязания военных кавалеристов соорудили большой скаковой круг эллиптической формы, а также построили деревянные трибуны для зрителей, царский павильон, судейскую беседку, конюшни для содержания лошадей. Ипподром строился по проекту Андрея Ивановича Штакеншнейдера.

Офицерские скачки проводились один раз в году в присутствии императора. День и час состязаний назначались заранее императором лично. Отличительной особенностью Красносельских офицерских скачек было отсутствие ставок и тотализатора. В связи с проведением скачек и построили платформу. Поезд здесь останавливался только в день состязаний.

Скачки по сложности и призам подразделялись на три разряда.

Первый разряд был самым сложным. Его называли «большая четырехверстная скачка с препятствиями <…> на призы, особо жалуемые Государем Императором и членами Императорской фамилии. На четырехверстную скачку с препятствиями допускаются строевые офицеры и адъютанты всей гвардейской и полевой конной артиллерии и всех казачьих и иррегулярных войск, на лошадях всех лет и пород, но только рожденных в России»[77]. Участник должен был преодолеть десять препятствий: реку Дудергофку, дощатый забор, водяной ров, бруствер со рвом, вал, живую изгородь, вал с живой изгородью и водяным рвом, барьер из соломы, сухой ров, соломенный двойной барьер.

Ко второму разряду относилась высшая манежная езда и трехверстная скачка с препятствиями на приз военного министерства.

Третий разряд – это двухверстная частная гладкая скачка на призы по добровольной подписке между офицерами. Участие в этих разрядах было для офицеров добровольным. Но была и обязательная двухверстная скачка с препятствиями на призы Военного министерства. Выходить на старт офицеры должны были в походной форме, с оружием и на строевой лошади. Победители скачек получали призы из рук императора. Также в конце состязаний император вручал призы лучшим ездокам, заводчикам, стрелкам и кашеварам (существовали соревнования и среди них).

Проводились офицерские скачки до начала Первой мировой войны.

Последние маневры

Да, многие воспоминания, многие труды историков обрываются на этой дате – 1914-й. Давайте же подробнее остановимся на летнем гвардейском лагере того года.

1914 г. – конец эпохи гвардейских лагерей. Но по большому счету – конец эпохи российской гвардии, времени благородного, рыцарского отношения к противнику, ощущения избранности, особого этикета, особой морали, особых отношений между сослуживцами. Исключительность, столь свойственная элите войск, покидает окопы. Вместе с ней исчезают яркая форма, эполеты, конские хвосты на шлемах. Взамен появляются траншейная сырость, пулеметы, отравляющие газы, мышиного цвета форма. На смену геройству приходят массовая гибель, война ресурсов и бесконечно тянущееся время, проведенное в траншее, за рядами колючей проволоки. Конечно, в войне было место героическим поступкам, но век XX закончился в 1914 г., и последней яркой искрой прошлого века стали Гвардейские маневры. Последние.

Нельзя сказать, что все шло как обычно. Из года в год французская военная миссия присутствовала на маневрах, символизируя будущий военный блок. Из года в год портилось отношение к немецким наблюдателям. Да и «балканский вопрос» был актуальным для многих, увлекавшихся политикой и ходивших на верноподданнические демонстрации. Но, тем не менее, войска, как и сто лет назад, выступили в лагеря. Многие события, связанные с началом грядущей войны, происходили в декорациях Красносельского гвардейского лагеря.

«4 июля, в 6 часов вечера на Красносельском ипподроме состоялись офицерские скачки с присутствием почетных гостей. Состязание на кубок в память великого князя Владимира Александровича состояло из 15-верстного пробега, препятствий и гладкой 2-верстной скачки. Кубок выиграли офицеры Кавалергардского полка. В скачке на первенство строевой лошади в Петербургском военном округе на скаковом кругу близ полустанка Скачки приняли участие 14 офицеров. Условия стипль-чеза: дистанция – 3 версты, норма времени – 5 мин. 30 сек., препятствий – 9. Первыми тремя пришли: лейб-гвардии Конной артиллерии штабс-капитан Трепов, лейб-гвардии Конного полка штабс-ротмистр Суровцев и 12-го гусарского Ахтырского полка штабс-ротмистр Панаев II»[78].

«9 июля в Красносельский лагерь прибыли их императорские величества государь император и государыня императрица, президент Французской Республики Р. Пуанкаре и августейшие дочери их величеств великие княжны Ольга Николаевна, Татьяна Николаевна, Мария Николаевна и Анастасия Николаевна. Для встречи на украшенном французскими и русскими флагами Императорском павильоне Красносельского вокзала был построен эскадрон в пешем строю лейб-гвардии Уланского ее величества полка со штандартом и хором трубачей. В 4 часа дня состоялся высочайший объезд Красносельского лагеря, начиная с частей кавалерии, расположенных по обеим сторонам Петербургского шоссе. Здесь стояли кавалергарды, конная гвардия, кирасиры его величества, кирасиры ее величества, конно-гренадеры, уланы ее величества, лейб-драгуны, гусары его величества, 9-й драгунский Казанский и 12-й гусарский Ахтырский полки и лейб-гвардии конная артиллерия. Среди офицеров конной гвардии находились великий князь Дмитрий Павлович и князь Иоанн Константинович, а среди лейб-гусар князь Гавриил Константинович.

Пиратский К. К. 13-й драгунский военного ордена полк (на заднем плане видны постройки Красного Села)

Далее располагались инженерные и стрелковые части. На дороге от Авангардного к главному лагерю были построены чины военных училищ и Офицерской кавалерийской школы, лейб-гвардии Атаманский наследника цесаревича, лейб-гвардии Сводно-Казачий и лейб-гвардии 4-й стрелковый Императорской фамилии полки. На правом фланге атаманцев стоял августейший командир полка великий князь Борис Владимирович. В главном лагере на передней линейке располагались гвардейские пехотные части. Среди офицеров лейб-гвардии Измайловского полка находился князь Константин Константинович. При приближении их величеств и президента к частям войск песни смолкали, музыка играла Марсельезу, а затем гимн „Боже, Царя храни“. Государь император здоровался с каждой частью, восторженное громогласное „ура“ не смолкало по всему пути царского следования»[79].

Маневры наблюдал лично президент Французской республики Пуанкаре – союзник. 9 июля вечером в честь президента Французской Республики состоялись обед у главнокомандующего войсками гвардии и Петербургского военного округа и парадный спектакль в Красносельском театре. 10 июля полки построились на высочайший парад войска Красносельского и Ижорского лагерей (общая численность участвовавших в параде войск приближалась к 35 тыс. человек). Никто и не мог предполагать, что это – последний в истории Российской империи крупный военный парад.

Перед Царским валиком, тылом к Кавелахтским высотам, тянулись линии пехоты, на правом фланге которой находился Собственный его величества конвой, вторую сторону составляла пешая артиллерия, третью – кавалерия и четвертую, не полную линию квадрата – лейб-гвардии конная артиллерия и военная автомобильная рота. Его величество был в форме лейб-гвардии Уланского полка и ленте французского ордена Почетного Легиона, а президент надел ленту ордена Св. апостола Андрея Первозванного. Начался высочайший объезд; войска взяли на караул, забили барабаны, заиграла музыка, и знамена, и штандарты склонились перед державным вождем Русской армии. После церемониального марша государь император поблагодарил августейшего главнокомандующего, высших начальствующих лиц Красносельского лагеря и командиров полков за парад.