Сердце из стекла (СИ) - Стенфилд Селена - Страница 53

– Ничего так и не слышно о господине Эвельдоре?

– Нет, – ответила я и, оттолкнувшись от ворот рынка, неспешно продолжила путь. – Он, вероятно, все же не смог мне простить того, что мой брат отправил его на тюремный остров.

Иного объяснения, почему Кассиан не отвечает на мои письма у меня не было. Я писала ему каждую неделю. Но молчала о своей беременности. Решила, что сообщу ему об этом, когда получу от него хоть одну весточку. Но ответом мне снова становилось молчание.

И в конце концов, два месяца назад я написала ему последнее письмо. Сообщила, что если он понял, что ничего ко мне не чувствует, пусть мне привезут документы на развод и я их подпишу.

Возможно, я просто устала стучаться в непробиваемую стену его упрямства, заставляя открыть сердце и душу… Или же устала жить призрачной надеждой.

Я не знаю.

Но документы на развод мне так и не передали.

И, по правде говоря, я уже не знала, что и думать.

Лагар присоединился к нам уже на рынке. Шлейф его мужского парфюма, которым он надушился определенно ради Карлы, заставил меня поморщиться.

В последнее время многие запахи вызывали у меня тошноту. Хотя, до недавнего времени все было в полном порядке.

– Простите, что опоздал. Наведывался к Глуму, – отозвался Лагар. – Он передавал вам привет. Они с Жинье приглашали нас в гости. Чтобы мы оценили ремонт в их гостинице… Через парочку месяцев, разумеется, – добавил он, окинув говорящим взглядом мой огромный живот.

Глум женился ещё пять месяцев назад. На той самой хозяйке придорожной гостиницы, в которую Лагар принес его раненого в ту злополучную ночь.

Жинье была магом. Вдова, которой достался маленький семейный бизнес на окраине Инбурга. Она вызвалась помочь полуживому бедняге. Вытащила его с того света и… женила на себе. Хотя Глум особо и не сопротивлялся.

В отличие от Ширайда. Который едва не удрал с собственной свадьбы с госпожой Лоусит. Испугался в последний момент таких кардинальных перемен в своей жизни… Правда, когда понял, что может потерять свою женщину раз и навсегда – набрался все же смелости и довел дело до конца.

Я часто смеялась с этой мужской «смелости». Они столько лет внушали страх всему Инбургу, а в итоге испугались перемен и влюбленных в них женщин.

Понимая, что ещё немного и меня вывернет от аромата мужского парфюма, я пропустила Лагара и Карлу вперёд. Сама остановилась возле прилавка со свежими овощами и улыбнулась уже знакомому торговцу.

Складывала в корзинку наливные яблоки, спелые груши… И без умолку болтала о погоде.

– Здесь действительно жарко, – мужской голос раздался совсем рядом и от неожиданности я выпустила корзинку из рук.

Яблоки и груши оказались на земле, а мой взгляд остановился на незнакомце, который так меня напугал.

Его голубые глаза устремились на мой большой живот. В них промелькнуло секундное удивление, и он тут же опустился вниз, собирая упущенные мной фрукты обратно в корзину.

– Простите, я не хотел вас напугать.

– Ничего страшного, – я смотрела на светлую макушку мужчины.

– Я здесь проездом. И ещё не привык к жаркому климату, – он поднял голову и улыбнулся, демонстрируя белоснежные зубы и красивые ямочки на щеках.

Я устремила взгляд в вырез его рубашки, надеясь увидеть там магическое клеймо… Но его не было.

Мысленно разозлилась сама на себя, что до сих пор надеюсь на невозможное.

– В Вайс-Троу всегда так тепло, – я выдавила из себя добрую улыбку.

– Позвольте, – незнакомец протянул торговцу несколько фальер, рассчитываясь за мои фрукты.

– Не стоит!

– Это мое извинение, – заявил он, продолжая держать в руках корзинку.

Он был весьма симпатичен. Добрый взгляд, худощавое лицо и чуть полные губы… Но почему-то мне хотелось бежать. От него. Отсюда. От воспоминаний и глупой надежды.

Я попыталась забрать у него свою корзинку, но он не позволил.

– В вашем положении вредно носить тяжёлое.

– Я здесь не одна, – ответила, выглядывая впереди Лагара и Карлу.

Но их нигде не было.

С тяжёлом вздохом я сдалась во власть своего случайного и навязчивого ухажёра и зашагала вперед. Мысленно посмеялась, что даже с огромным животом кто-то обращает на меня внимание.

– А что привело вас в Вайс-Троу, если вы здесь проездом? – спросила, бросив беглый взгляд на своего спутника.

– Одна женщина, которая мне очень нужна… Правда, она замужем.

– О, ваше сердце наверное разбито?..

– Почему же? Разве я сказал вам, что не смогу ее заполучить? – голубые глаза уставились на меня насмешливо.

– А как же ее муж? – поинтересовалась, нахмурившись.

– Понятия не имею. Возможно, он огорчится…

– Вы настроены так решительно?

Мне почему-то стало не по себе… Опять это дурацкое чувство надежды всколыхнулось в груди.

– Более чем. Я видите ли, ей очень сильно задолжал…

– А что, если не секрет?

Мы медленно двигались в сторону выхода с рынка,  и я улыбнулась увидев, как Лагар зажимает Карлу под одним из навесов. Бесстыдники…

– О, я ей многое задолжал, – протянул незнакомец. – Например, сказать, что я идиот. Что я ее люблю. Что умею читать письма, но жутко стесняюсь на них отвечать, потому как в одном слове делаю тридцать три ошибки. У меня было нелегкое детство и учиться особо не было времени.

Я остановилась.

На глаза навернулись слезы.

– И ещё, – голос незнакомца раздался над самым ухом. – Я задолжал ей жаркие ночи и крепкие объятья…

Мужская рука бережно легла на мой округлый живот и погладила его.

– Я вам двоим задолжал, Эвелин.

– Кассиан, – выдохнула я и бросилась в объятья.

Крепко обняла его понимая, что это все не сон. Что он реален.

Совсем не поняла, как он вывел меня с рынка и уже через секунду на меня глядели черные любимые глаза.

Он крепко сжал меня в своих объятиях, не переставая шептать мне о том, как сильно скучал.

– Твои шрамы, – я водила по чистому лицу ладошками и указала на грудь, лишённую клейма.

– Оказывается, помогать сыновьям закона иногда полезно, – улыбнулся иронично он и аккуратно приобнял меня за талию.

Коснулся моих губ нежным поцелуем – мне же показалось, что он дотронулся до самого сердца.

Эпилог.

Семь лет спустя

Кассиан

– Осторожнее там!

Я повернул голову и улыбнулся, глядя на Эви, что стояла возле загона. Приложив ладонь козырьком ко лбу, чтобы закрыться от яркого солнца, она с улыбкой наблюдала за мной и Айлой.

– Мама! – громко запищала Айла и, прижавшись крепче к моей груди, замахала ей своей маленькой ладошкой.

– Держись крепче, – отозвался я, склонившись к дочери и цепляя щетиной ее маленькие кудрявые хвостики. – Сейчас покажем маме фокус.

Айла заливисто рассмеялась, когда Ворг – один из моих лучших скакунов встал на дыбы и перескочил через одно из препятствий.

– Ура! – детский голосок разнесся по всей округе.

– Я убью вас! Убью! – кричала перепуганная Эви и грозила мне кулаком. – Кассиан! Ты получишь!

– Мы получим, – сообщил я с улыбкой своей шестилетней малышке. – Маме не понравился наш фокус.

– Она просто боится лошадей. Но они же хорошие…

Пока Айла хлопала своими длинными ресницами и смотрела на меня невинными глазками, я в тысячный раз словил себя на мысли, что чертовски завидую сам себе.

Я не могу сказать, куда меня поцеловала удача, вероятно в место очень интимное, потому что я искренне недоумевал…  Как такому демону, как я, достались в награду целых два кудрявых ангела?

Ещё семь лет назад сидя на тюремном острове, я и подумать не мог, к чему приведет меня моя новая жизнь. Пытался представить ее, но все было размытым, неясным…Читал письма Эвелин и пытался понять, что могу ей предложить, чтобы она от меня рано или поздно не сбежала. Ведь только Эвелин в свой жизни я видел отчётливо. Понял, что люблю ее и не хочу терять. Именно по этой причине я с готовностью дал все показания против Ильвина Хаспета. Андену же вместо наказания досталось изгнание на Вальхийские горы вместе с супругой. Совет избавил меня от тюремного клейма, посчитав, что его мне влепили по ошибке, пока я ждал разбирательств. Семь лет назад я ехал в Вайс-Троу с полным тоской сердцем и пустой головой… Но та встреча с Эвелин на рынке полностью перевернула мое сознание. Особенно, когда я увидел ее огромный живот.