Сердце из стекла (СИ) - Стенфилд Селена - Страница 27

Я грустно усмехнулась и пожала плечами. Потому, что сейчас была не в силах разобраться в своих чувствах и потоке мыслей, что роились в голове.

– Наверное по той же причине, по которой Кассиан не убил меня в кабинете господина Зальма или не отдал на корм волкам, – ответила бесстрастно, разглядывая оживленную улицу.

Я смотрела на прохожих – и не видела их. Была не в силах сконцентрироваться на окружающей меня обстановке. Просто бездумно шла рядом с Ширайдом и пыталась прогнать странную тревогу за жизнь Кассиана. Убеждала себя, что сделала все, что могла… Но беспокойство не покидало.

Ширайд к моему удивлению галантно подставил мне локоть.

Я с благодарностью вцепилась в его руку, отметая свой страх, который ещё недавно испытывала при виде этого рыжеволосого мужчины. Просто потому, что сейчас эта маленькая галантность помогла скрыть обрушившуюся на меня физическую и моральную усталость.

– Ты права, Кассиан отчасти монстр, – заговорил спокойно он. – Мы все вынуждены быть монстрами, чтобы выжить, Эвелин.

– Чтобы выжить, не обязательно убивать невиновных…

Ширайд усмехнулся.

– Это совсем другой мир. И он ни капли не похож на тот, который ты видишь вокруг, – простуженно протянул он и обвел рукой оживленную улицу. – У нас с Кассианом не было возможности увидеть его таким.

– А каким же вы его видели?

– Злым и обманчивым. И чтобы выжить, нам надо было стать злее и проворнее.

– Значит упорства вам не занимать, – улыбнулась грустно.

– Это да.

– А правда, что Кассиан убил собственного отца – члена Совета Двенадцати? – спросила шепотом, хотя в глубине души и не надеялась получить ответ.

Но Ширайд снова меня поразил.

– Да. И не только его. Ещё двух мерзавцев из Совета он тоже прикончил, – в гнусавом голосе моего собеседника послышались нотки гордости, и это заставило меня содрогнуться.

– Но почему?

– Месть. Именно она сделала из Кассиана того, кем он сейчас является.

– А слово «прощение» вам вообще знакомо? – возмутилась я, бегло взглянув на своего собеседника.

– Прощение… – усмехнулся Ширайд и, покачав головой, устремил свой взгляд вперёд. – Если в один миг тебя лишат дома, семьи, друзей… Ты сможешь простить, Эвелин? Сможешь всю жизнь прожить со страхом потерять единственного родного человека?

Мы встретились взглядом. Я молчала. В груди тупой иглой засела боль воспоминаний.

– Я думаю – нет, – ответил за меня Ширайд. – Если брать в расчет то, как ты стремилась отомстить за смерть брата. Вот тоже самое делал и Кассиан. Ему было десять лет, когда его Мэффи – городок, в котором они жили, сравняли с землёй. Убили его мать, друзей, соседей, уничтожили дом.

– Это сделал его отец? – я в ужасе уставилась на Ширайда, вспоминая признание Кассиана.

– Да. Он готовился получить пост в Совете Двенадцати, который внезапно перешёл к нему после смерти старшего брата. А как ты знаешь, бастардов и любовниц у членов Совета быть не должно. Имеет место быть только законный брак с одной из представительниц старейших семей. И тогда он захотел избавиться от собственных детей…

– Что?!

– Мать Кассиана была беременна Аминой, но смогла сбежать вместе с сыном. Они поселились в Мэффи. Прожили там почти пять лет, но отец Кассиана их нашел…

Мэффи. В сознании вспыхивали обрывки воспоминаний, собранных из рассказов бабушки и Эрика. Тогда весь Франвиль гудел о том, что у Темного каньона члены Совета Двенадцати уничтожили целый город заговорщиков. Так это все был обман? Никаких заговорщиков не было? Были лишь два маленьких ребенка и любовница, от которых было необходимо избавиться?

Все это не укладывалось у меня в голове.

– И тогда Кассиан оставил сестру в приюте, – добавила тихо, приложив руку к виску и вспоминая рассказ Лагара.

– Да. А сам отправился в Инбург с одной-единственной целью – отомстить и защитить Амину.

– Защитить Амину?

– В ней преобладает кровь отца. Чем старше она становилась, тем увеличивались риски, что нерадивый папаша почувствует родственную связь и примчится за головой дочери. У двуликих ведь отлично работает эта животная связь.

Только сейчас я поняла, что мы с Ширайдом идём по улице уже совсем не спеша, подстраиваясь под ритм других прогуливающихся парочек.

Сейчас, благодаря его рассказу, я начала немного понимать поведение и характер Кассиана.

У него отняли все. Детство, семью, дом. Осталась только сестра, ради безопасности которой он погряз в крови, побывал на тюремном острове и получил клеймо. Неудивительно, что Кассиан пошел на такие меры в отношении меня, чтобы ее найти.

Я понимала его. Потому, что тоже потеряла все. И прекрасно знаю, как это больно. Но у него же была сестра, а мне осталось только одиночество.

– А почему Амина жила под именем госпожи Тейт? Да ещё и вдовы?

– Кассиан боялся, что может потянуть ее за собой, если что-то пойдет не так. А вдова… Первая любовь Амины была страстной и чертовски глупой. Лишила ее и чести и головы. Поэтому, образ вдовы отлично подошёл для нашей неугомонной красотки, чтобы не вызывать лишних вопросов.

– И сейчас о ней нет никаких новостей?

– Ночью я узнал немного информации. Есть версия, что она сбежала с одним из своих ухажеров подальше от старшего брата.

Казалось, что у меня земля ушла из-под ног. Сбежала?! Она просто сбежала, а я оказалась в ловушке, которая будет стоить мне жизни?

– Разве Кассиан тебе не сообщил? – уточнил хмурясь Ширайд.

– Нет, – ответила, вспомнив странный блеск в черных глазах сегодня утром.

Кассиан не был пьян. Он был подавлен, расстроен и сломлен. Но снова спрятал все за маской. Старался сделать вид, что у него все в порядке. Хотя ни черта было не в порядке.

Амина просто его бросила. Сбежала. И я была уверена, что для него это сродни предательству.

– А почему ты решил мне об этом рассказать, Ширайд?

– Потому, что Кассиан никогда в жизни сам не расскажет тебе об этом. Он слишком скрытен. О том, что у него внутри знает только он.

– И Амина?

– Даже она не знает. Только Кассиан. Ни я, ни Глум, ни Лагар. Никто.

Мы свернули на улицу, ведущую к дому. При виде своей роскошной тюрьмы, чьи своды виднелись вдалеке, я тяжело вздохнула. Да уж моя свобода была совсем недолгой…

– Кассиан готов на все ради тех, кто ему дорог.

– Это я уже поняла. Жаль, на меня его доброта не распространяется.

– Все в твоих руках. Ведь ты же видишь в нем что-то, что заставило тебя спасти его шкуру.

– Это была обычная жалость, – солгала я.

– Угу, – прогнусавил Ширайд. – Вы с Кассианом похожи намного больше, чем кажется на первый взгляд. Просто находитесь по разным сторонам. Может ваша свадьба – это знак свыше? – добавил он смеясь.

– Глупости. Кассиан преступник и должен понести наказание. И вы тоже.

– Все однажды понесут наказание, Эвелин. Не переживай…

Не успели мы подняться на крыльцо, как входная дверь распахнулась и в дверях показался взволнованный Глум.

– Я на Парре-дроу, – прокартавил он, выскакивая из дома.

– Зачем? – бросил ему вслед Ширайд.

– Зелья. Надо вытаскивать из него артанг и аксимент… Лагар уже достал две пули, но Кас истекает кровью. Его магия не пробуждается.

Ширайд повернулся ко мне, и мы встретились взглядом.

– Плохо дело…

Глава 20.

Эвелин

Стоило мне оказаться в дверях спальни, как мои глаза тут же замерли на постели, где лежал Кассиан.

– Как он?

– Схлопотал три пули. Одна прошла навылет, две я достал, – буркнул дракон, с силой прижимая к ранам бинты. – Кровь не спешит останавливаться.

– Надо сильно перевязать, – я поспешила к кровати, не сводя беспокойного взгляда с бледного лица своего супруга.

– Я не умею, – сознался Лагар.

– Какие же из вас преступники, если вы даже не умеете сделать перевязку?! – возмущалась, разрывая на длинные полосы чистые ткани.