Гора мертвецов (СИ) - Куликов Даниил - Страница 27

— Не обольщайся человек! — надменно произнёс Вугонг. — Меня так просто не убить! Всё ваше оружие не способно поцарапать меня, а ты сам умрёшь ещё раньше!

В этот момент призраки дёрнули его, сдвигая ближе ко мне. Мои друзья расступились.

— Что происходит? — надменно спросил Вугонг.

Десятки живых ринулись к нему, хватая его за лапы и таща ко мне. Больно… Как же больно… Глаза закрываются. Хочется уснуть… Лин рядом сунул нашатырь под нос, а Амар раздавил небольшую бусину лечения не давая мне погибнуть.

— Потерпи, — прошептал старик. — Ты должен.

А живые и мёртвые между тем тащили Вугонга всё ближе и ближе ко мне. Огромная сколопендра оказалась почти рядом. Её тело прижали к земле, голову вывернули под неестественным углом и вдавили в землю так, что ей было не пошевелиться.

— Ты забыл Вугонг, что у меня есть оружие, которое способно убивать таких, как ты — коготь Ланга.

Медленно, стараясь не потревожить меня несколько человек подняли меня на носилки и сделали несколько шагов в сторону гигантской сколопендры.

— Человек, — с презрением произнёс Вугонг. — Наверное, ты сейчас гордишься собой…

Даже оказавшись в таком положении на шаг от смерти он не утратил своего высокомерия и презрения. Я вытянул руку и воткнул Коготь Ланга в его глаз. В голове помутилось… Вугонг закричал, а в глазах потемнело. Рука ослабла, то тут же я почувствовал, как кто-то сжимает моё запястье, не давая отпустить оружие, а кто-то наваливается на локоть, на Коготь, на мою руку проталкивая оружие глубже.

— Он мёртв, — зашептали призраки со всех сторон, но я уже ничего не видел. — Раздавил сороконожку…

— Макс, спасибо тебе, — прошептал в ухо голос Яна и тут же со всех сторон зашептали:

— Спасибо, спасибо, спасибо.

Затем всё стихло, и наступила чернота.

Я пришёл в себя. Хватая ртом воздух. Где я? Что со мной? У нас получилось? Подо мной была твёрдая земля, а вокруг меня столпились люди. Маска была снята и лежала рядом, не навязывая безумия, коготь тоже лежал рядом. Амар и Лин бормотали рядом молитвы. Я судорожно вдохнул.

— Живой! — сказал кто-то рядом, и толпа подхватила этот крик.

— Живой! — кричали люди.

Чувствуя слабость, я прикоснулся к своему животу — живот был цел. После того, как мы одержим победу мне должны были дать бусину Абсолютного Исцеления, способную исцелить даже человека находящегося при смерти и использовать ещё несколько, чтобы вернуть меня в нормальное состояние.

— Получилось, — одними губами прошептал я.

Сотни лиц начали склонять надо мной улыбаясь, хлопая по плечам, благодаря, поздравляя.

— Полежи пока, — сел рядом Такаши. — Тебе нужно будет набраться сил. Ты сделал очень много. Отдохни. А мы разделаем эту сколопендру-переростка и закопаем его так, чтобы он не восстал.

— Остались только Мао и Хули-Цзин, из тех, кто устраивал эту игру, — задумчиво произнёс я. — Мы почти у цели, Такаши.

— Почти у цели, — кивнул японец. — Знаешь, никогда до конца не понимал самурайской идеологии, хотя родился и вырос в Японии, но теперь начинаю понимать её. И понимаю, что значат слова — «у самурая нет цели, есть только путь», «между смертью и чем-то другим — выбирай смерть» и я понимаю, почему самураи сражались и умирали за своего сёгуна.

Такаши ушел, оставив меня с двумя буддистами, а я продолжил лежать и глядеть в небо. Вугонг мёртв. Его частица будет не только оружием, но и позволит лечить болезни и отравления — потому, что насылать их было его призванием. И сделает всех нас сильнее на пути к нашей цели…

Я задумался. Если Ланг был воплощением жадности, то Вугонг был воплощение гордыни. Даже умирая, он так и не изменился. Из четверых яо устраивавших игру сталось только двое… Ну что же, продолжим действовать по плану.

Нашу победу омрачило только то, что в этом сражении мы потеряли ещё десять человек. Пакистанец Али храбрый и решительный человек оказался в числе погибших — закрывая меня он погиб сам. Афрофранцуз Пьер тоже погиб. Остальные люди были наполнены решимостью и злобой. Прибытие назад происходило в гробовом молчании. Наши конвоиры или почётный эскорт не проронили ни слова. Зал для приёмов тоже был пусть. Не было ни Хули-Цзина, ни Мао, только слуги.

— Что происходит?! — рявкнул Бенедикт. — Где этот демонический Лис?! Где наша награда? Мы прыгнули выше головы убив его второго соперника!

— Сожалею, но не могу ответить на ваш вопрос, — вежливо ответил Иван. — Господин отъехал по важному делу и вернётся не раньше завтрашнего дня. Конечно же, вы получите награду. А пока отдыхайте — в вашем распоряжении всё. Вечером в вашу честь будет небольшой праздник — не так много людей, способных победить яо.

— Покинуть гостей в такой момент, — неодобрительно поджал губы Лин. — Какое неуважение.

Впрочем, в словах старого китайца было больше иронии.

— Ещё раз приношу свои извинения от имени господина, — поклонился Иван.

Я повернулся к остальным.

— А чего мы стоим? Пойдём в покои Вугонга и возьмём то, что нам причитается. Возражений не последовало — ни у слуг, ни у моих друзей. Отворив, покои Вугонга его кусочком мы вошли внутрь, после чего принялись мародёрствовать. Оставив часть людей дотошно перебирать трофеи, и тщательно обыскивать покои Вугонга я в сопровождении добровольных телохранителей направился к себе.

Необычайно тихая и кроткая Аня сидела на полу, обняв колени и глядя в пол.

— Привет, — поздоровался я. — Что с тобой? Что происходит?

— Мао сбежала, — тихо ответила Аня не поднимая глаз. — Она решила, что ты решишь убить её следующей и покинула поместье.

Глава четырнадцатая

Злой Дух Снегов

За спиной раздался разочарованный стон одного из моих друзей. Похоже, кто-то уже представлял, как мы расправляемся с Мао.

— А Лис, значит побежал за ней следом, надеясь остановить? — спросил я.

Аня несмело кивнула.

— Может, поищем что-то у Кошки? — спросил Анатоль.

— Нет, — отрезал я. — Она ведь бежала самостоятельно, а значит, всё ценное собрала. Аня, ты осталась одна?

Ещё один несмелый кивок.

— Да поднимись ты уже, будь как раньше, и не сиди на пороге, проходи внутрь. Заодно и расскажешь, что случилось.

Мы прошли на кухню, где Аня робко села на краешек стула.

— Аня, что случилось?

— Я боюсь, — тихо произнесла она. — Максим… Господин Максим…

Вот сейчас после этой обмолвки как бы она не меняла внешность, стало ясно, что она самая натуральная китаянка до мозга костей. Подобное могло возникнуть только у определенной черты людей, особенно у тех, кому приказали служить.

— Так, — я сел рядом и чуть приподнял её подбородок. — Давай по порядку. Мне казалось, чо ты меня раскусила, и повода для беспокойства у тебя нет, по крайней мере быть не может.

— Я тоже так думала, — несмело ответила Аня. — Но поняла, что ошиблась после смерти Ланга, а после смерти Вугонга поняла, что очень и очень сильно ошиблась, что совсем ничего о тебе не знаю, и ты только выглядишь таким слегка наивным и очень-очень простым человеком. На самом деле ты гораздо умнее, и гораздо хитрее… Поэтому Мао и решила покинуть поместье. Если честно, мне не по себе.

Я просто взял и приобнял её сзади.

— Расслабься. Я твой друг. Ты знаешь, что я тебя не трону. А теперь давай, расскажи, что случилось после смерти и Вугонга.

— Хули-Цзин был в шоке, — начала Аня. — Он был изумлён, и очень сильно озадачен. А ещё, он пребывал в некоторой радости — после смерти Вугонга вышло столько духовной энергии, что он заполучил себе ещё один хвост. Его просто переполняли чувства. А вот Мао наоборот была очень сильно напугана, и была в шоке. Сильном шоке. И даже частичный выигрыш её нисколько не обрадовал. Она была потрясена и напугана смертью Вугонга. А потом вспомнила, как начиналась игра, как никто не подозревал, что ты одолеешь один тур, второй, третий, как переломишь ход событий. Потом она вспомнила, как ты ловко выбил для игроков возможность делать ставки, а потом, как убил Ланга, а потом — как убил Вугонга. А ещё она вспомнила, что ты варвар, и у тебя свои понятия чести, а для тебя она не более, чем злое божество, убить которое будет подвигом. Тогда она не стала дожидаться твоего возвращения, и отступила.