Первая любовь (СИ) - Бек Кора - Страница 88

Я тоже завела, но не друзей, а тетрадь, в которую записала все долги покойного дяди и туда же стала писать все наши расходы.

Теперь, задним числом, я согласилась с фрау Кох, что надо было заказывать кремацию, а не устраивать традиционные похороны. А также поняла недовольство женщины, которая переживала, что мне не хватит денег, чтобы вернуть ей долг по зарплате.

Да, мне хотелось, чтоб всё было по-людски, но получилось, как всегда.

В общем, голова у меня дымилась. От сигарет я, естественно, отказалась. Во-первых, сама не заметишь, как втянешься. Во-вторых, курение в Европе слишком дорогое удовольствие.

Короче, я экономила, как могла, но ясен пень, мои долги не уменьшались. А я вдруг поняла, что зря думала, оказавшись в Москве с двумя малыми детьми на руках, что я выживала.

Нет, настоящую школу жизни мне пришлось пройти в Германии.

Скажем, будь моя воля, я бы арендовала однушку, а не трёхкомнатную квартиру. Однако в Европе другие, более суровые законы. Поэтому, если в семье разнополые дети, для девочек и мальчиков должна быть своя комната. В итоге, я сняла трёшку на окраине города. Это ощутимо ударило меня по карману.

Опять же, детей до двенадцати лет нельзя оставлять без присмотра. Причём без разницы: в доме они находятся, сидят в машине, или играют на улице. Я своим двойняшкам привыкла доверять где-то с восьмимесячного возраста. Помню, показала им на утюг, электроплиту, чайник и сказала, что эти вещи нельзя трогать руками. Глядя в их разумные глаза, я сразу увидела, что Мартин с Миланой всё поняли.

Собственно, в этом нет ничего удивительного. Когда я была маленькой, родители меня также иногда оставляли одну дома, потому что папа с мамой и бабушкой были на работе. И всё нормально: дом не сожгла, ничего себе не сломала. Мало того, с ранних лет я приучилась к самостоятельности.

Однако в Германии такой номер не прокатит. Здесь соседи могут позвонить в полицию, если заметят, что дети одни дома. Поэтому, отправляясь по делам, или даже в соседний магазин, я обязательно беру с собой Милану и Мартина.

Ну и, вообще, постоянно приходится себя контролировать. Это даётся мне непросто. Но кто виноват?

Я сама влипла, пожалев дядю, у которого была не самая лучшая репутация среди родственников. И всё же дяде Антону удалось меня разжалобить. Да и напугал он меня, если честно, своими словами, что он — мой родной отец. Не то чтобы я ему поверила, но засомневалась. По итогу попала, как кур в ощип.

Конечно, у этой ситуации имеются и свои плюсы.

Я, изучавшая в школе английский язык, начала худо-бедно понимать по-немецки.

Подобно здешним жителям, приходя в супермаркет, я теперь не покупаю первые попавшиеся на глаза товары, а выискиваю продукты, которые продают по акции.

Раз в неделю я выезжаю с детьми за город. Там находятся фермерские хозяйства. Причём мне даже не надо с фермерами общаться. Продукты разложены в лотках, к ним прикреплены ценники, рядом висит железный ящик с прорезью, куда бросаешь деньги. Очень удобно, и получается неплохо экономить.

Все чеки я подшиваю в отдельной тетради и скрупулёзно веду все наши расходы.

Экономлю свет и воду. Отопление больше не включаю. К счастью, на улице потеплело, так что можно вполне обойтись без тёплых радиаторов. Короче, на глазах поумнела. А ещё я уверена, что эти навыки пригодятся мне, когда мы с детьми вернёмся в Россию.

Но рассказывать Ольге об этом я не захотела. Зачем? Сестра сразу же начнёт нервничать, скажет, что, дескать, не фиг тебе в Германии делать, езжай домой.

Оля и так-то уже с ума сходит из-за того, что я на её звонки и сообщения не отвечала. А если узнает, как на самом деле у меня обстоят дела, боюсь, сразу расплачется. Но я не хочу своих родных загружать. Сама влипла, сама должна всё разрулить.

— Что случилось, Лёля? — повторила я, постаравшись придать своему голосу уверенность и спокойствие.

— Фигня полная! — запричитала Ольга. — Вчера в салон приходила та молодая стервочка, которая на День святого Валентина скандал мне закатила. Она ещё вроде бы приходится Руслану сводной сестрой. Ну, как вспомнила её, Люсь?

У меня сжалось сердце, дышать стало тяжело, а в глазах потемнело.

— Ну ещё бы мне не помнить Викторию! — закричала я мысленно. — Как же эта дрянь меня достала! — но сестре постаралась своего состояния не выдать. Близких людей нужно беречь.

— Наверное, она хотела сделать укладку? — спросила я нарочито небрежным тоном.

— Типа — да. Правда, обслуживала её Полина, — начала торопливо рассказывать Лёля. — Но стерва, как я думаю, специально разговаривала очень громко. Ну чтоб я её услышала и передала тебе. Может, она знает или догадывается, что мы сёстры. Пришла опять вся на понтах. На меня посмотрела, будто я пустое место. Я стояла на ресепшн и тоже ничего не стала ей говорить. Хотя заколотило меня от одного её вида конкретно.

Голос у сестры вдруг задрожал. Ольга замолчала. Я придвинула кресло к окну, открыла створку. Мне стало не хватать воздуха. Чёрт возьми, мало мне было других проблем, теперь эта малолетка в салоне снова нарисовалась! Ясен пень, она пришла, надеясь увидеть меня. Лёле просто не повезло.

— И что было потом? — глотнув воздуха, спросила я ровным голосом. Не знаю почему, но мне вдруг стало всё равно, что расскажет Ольга. Наверное, я выдохлась. Всему есть предел. А я в эту минуту чувствовала себя, как зверь, загнанный в угол.

— Пожалуйста, ты держи себя в руках, Люся. Обещаешь? — попросила меня сестра. Я поняла, что всё ещё хуже, чем я думала.

— Да, конечно, — ответила я сухо и тут же смутилась. Ладно, когда я разговариваю с фрау Кох таким тоном. Но Оля-то точно не заслужила, чтобы портить ей настроение.

— Извини, Лёль, я немного устала, — сказав эти несколько слов, я пожалела, что открыла рот. Потому что сама почувствовала, что по моему голосу понятно: я держусь из последних сил. Надо было дождаться, пока Оля сама всё расскажет.

— С тобой всё в порядке? — забеспокоилась сестра. — Может, мне перезвонить в другой раз? Ты бы лучше отдохнула, Люся, а?

— Всё нормально, Лёля, я слушаю.

— Ты только, Люсь, без глупостей, ладно? — походу, Ольга всё ещё сомневалась, говорить мне или нет, что принесла на хвосте Виктория. — Ну ты же взрослый человек и сама понимаешь, что в жизни бывает всякое. Никогда не знаешь, где найдёшь, а где потеряешь.

В общем-то, после этих слов я уже не сомневалась, что она хочет рассказать. Чтобы не мучить сестру, я сама сказала то, что боялась озвучить Ольга:

— Руслан женится на Виктории.

С моей стороны это был не вопрос.

Разлучница-разлука у дома не крутись

— Русик, ты почему не в настроении? — Вика обошла стол в офисе Таирова и села к нему на колени.

— Ну что ты дурью маешься? — спросил усталым голосом Руслан. — В любой момент ко мне может войти кто-либо из сотрудников.

— Ничего страшного, — ухмыльнулась девушка, — ведь ты — владелец компании. А хозяин — барин! — и потянулась к Руслану, чтоб его поцеловать.

Таиров успел увернуться от её ярко-накрашенного рта. Уголки губ Руслана непроизвольно дёрнулись, как будто он брезговал Викиным поцелуем, или он причинял ему невыносимую боль.

— Как ты ведёшь себя со своей невестой?! — Виктория подскочила, как ужаленная. — Мало того, что тебе наплевать, как я буду выглядеть на свадьбе, и мне приходится одной ездить по свадебным салонам, так ты постоянно стараешься меня унизить. Как же ты меня достал!

— Какие проблемы? — тут же отреагировал Таиров. — Давай, вернёмся к плану А. Ты пишешь отказ от ребёнка, мы подписываем договор, я кидаю тебе бабки на карту, и мы в расчёте!

— Нет, — быстро ответила Виктория. — Мы уже подали заявление в ЗАГС.

— Его с таким же успехом можно отозвать, — Руслан подался грудью вперёд. В его чертовски красивых, зелёных глазах вспыхнула надежда. — Зато ты в качестве отступных получишь, к примеру, акции одной из моих компании. И это, помимо денег!