Война двух королев (ЛП) - Арментраут Дженнифер Л. - Страница 136

Сдвинувшись в седле, я взглянул на Малика. Между нашим вчерашним разговором и предстоящей встречей с отцом, я был поглощен своими мыслями и надеялся на богов, что не совершил огромную ошибку, сняв костяную цепь с его запястий и позволив ему свободно ездить верхом.

Я не хотел, чтобы наши войска впервые увидели своего принца в цепях.

Поппи положила руку на руку, которой я обхватил ее талию, повернулась на бок и посмотрела вверх. "Ты в порядке?"

"Не уверен", - признался я, глядя на нее сверху вниз. "Я думал о том, что скажу отцу".

"И что ты придумал?"

"Ничего подходящего для повторения", - сказал я с сухим смешком.

Она посмотрела вперед, когда мост через реку Рейн стал виден сквозь извивающиеся лозы голубовато-фиолетового цвета. "Мы можем отложить это, если тебе нужно больше времени".

"Нам не нужно этого делать". Я поцеловал ее в макушку. "Будет лучше, если я покончу с этим".

Стали видны верхушки многих палаток, и стало похоже, что основная часть армий разбила лагерь за пределами Восхода. Рискованный шаг, но, скорее всего, решение было принято в пользу того, чтобы не разрушать поля внутри.

Из города до нас донесся низкий, грохочущий рев. Я притормозил коня, когда Киеран остановился рядом с нами, и до наших ушей донесся стук копыт и лап. "У нас скоро будут гости". Я сжал ее бедра, а затем сошел с лошади. Я потянулся к ней, и она без вопросов и колебаний вложила свою руку в мою. Лошадь, на которой мы ехали, только сейчас привыкала к Киерану в его волчьей форме, и у меня было чувство, что скоро нас нагонит еще много народу. Я не хочу, чтобы она сбросила Поппи.Ее губы сжались. "Я до сих пор не могу поверить, что у меня нет лучшего слуха или зрения. Нелепо."

"Или превращаться во что-нибудь", - напомнил я ей, когда шум стал громче и ближе.

"И это тоже".

"Ты совершенна такой, какая ты есть". Я наклонился и поцеловал уголок ее рта. "Средний слух и все такое".

"Это было банально", - сказала она, усмехаясь, глядя на меня сквозь ресницы своими изломанными зелено-серебристыми глазами. "Но мило".

Белый волк первым прорвался сквозь лианы гвистерии и помчался прямо к нам. Я не мог сдержать улыбку, когда Делано практически бросился в мою сторону.

"О, Боже, - пробормотала Поппи, успокаивая нервную лошадь.

Я поймал проклятого вольвена и засмеялся, споткнувшись. Делано был отнюдь не самым крупным из волков, но все же тяжелым, как бык, и сильным, как бык. Я опустился на одно колено и попытался успокоить мохнатую, извивающуюся массу, которой был Делано, когда он прижал свою голову к моей.

"Я скучал по тебе, дружище". Сжимая его голову, я крепко обнимал его, пока вольвен цвета пепла, похожий на Киерана, но меньший по весу и росту, не оттолкнул его с дороги.

В моей груди потеплело, когда я обнял Нетту. Она была немного менее спокойна в своем рвении, только один раз чуть не опрокинула меня на задницу. "Я тоже по тебе скучал".

"А как же я?" - прозвучало в ответ.

Я провел рукой по макушке Нетты и сказал: "Я ни разу не вспомнил о тебе, Эмиль".

"Ой", - засмеялся атлантиец, а затем более мягким голосом сказал: "Я знал, что ты его достанешь".

Подняв глаза, я увидел, как светловолосый ублюдок взял руку Поппи в свою и прижал ее к золотым и стальным доспехам, украшавшим его грудь. В кои-то веки мне не захотелось пробить ему горло до позвоночника. Только потому, что в его взгляде было обожание и уважение.

И потому, что он быстро отпустил ее руку.

Другие волки окружили меня, и я сдался, оставшись стоять на коленях, пока каждый из них подходил, чтобы либо прикоснуться ко мне, либо прижать свою голову к моей. Я с удовольствием ждал. Для вольвена сделать такое было знаком уважения, и для меня было честью быть принятым.

Когда я наконец смог подняться, меня охватило еще одно чувство. Я увидел, как Поппи приветствовали точно так же, как она повернулась, чтобы зарыться лицом в шерсть на шее Делано, а затем крепко прижать к себе Нетту. Слыша ее смех, когда волчица прижалась к ней. Ее принятие их - эта сияющая любовь в ее ярких глазах - и их явное поклонение ей сделали что-то с моей грудью и моими чертовыми глазами.

Это была моя жена.

Моя сердечная пара.

Черт возьми.

Прочистив горло, я посмотрел на стоящего передо мной высокого атлантийца.

"Сдержался", - густо сказал Нейлл. "Не хотел быть затоптанным".

Смеясь, я сократил расстояние между нами и обнял его. "Рад тебя видеть".

"Как и я рад тебя видеть". Его рука обвилась вокруг моих плеч. "Без тебя мне было не по себе".

Я выдохнул с трудом. "Но теперь я вернулся".

"Я знаю, что вернулся. Просто не оставляй нас снова".

"И не планирую".

Нейлл сжал меня в последний раз, прежде чем отойти. Он поймал мое левое запястье. Взгляд был коротким, но его янтарные глаза стали жесткими. "Мы заставим их заплатить за это".

"Заставим". Я соединил наши руки.

Когда Нейлл отошел в сторону, Перри быстро заменил его и притянул меня в однорукое объятие. Доспехи, которые он носил, упирались мне в грудь, но мне было все равно. Долгое время мы не разговаривали, а потом он грубо сказал: "Ты хорошо выглядишь".

"Чувствую себя так", - ответил я ему. "Ты присматривал за Делано?"

"Всегда. Это как задание на двадцать четыре часа". Перри засмеялся, откинувшись назад, его янтарные глаза сияли. "Никто из нас не сомневался, что Киеран и наша королева найдут тебя. Ни на одну чертову секунду".

Мое горло сжалось. "Я тоже".

Медленно выдохнув, Перри отступил назад и наконец посмотрел на Малика. Рука вокруг моих плеч напряглась. "Боги, это действительно он".

"Да." Я наблюдал, как Делано подходит к Малику. Другие волки наблюдали за ним внимательно и настороженно. Их неуверенность в отношении принца висела в воздухе.

"Он выглядит..." Нейлл присоединился к нам, и я увидел, как на челюсти Перри напрягся мускул.

"Он выглядит совсем не так, как я ожидал", - закончил Эмиль.

Другими словами, он не был похож на ту беспорядочную груду плоти и костей, которая была у меня, когда я вернулся из нескольких десятилетий плена.

Эмиль сжал мою руку, и я притянул этого ублюдка в тесное, крепкое объятие. "Делано сказал, что Малик не хочет возвращаться?" - тихо спросил он.

Перри взглянул на нас. "И что Поппи сказала ему, что все сложно".

"Так и есть". Я повернулся, обнял Поппи, когда она встала рядом со мной, но не отрывал взгляда от брата.

Малик стоял на коленях перед Делано, а Киеран подкрался поближе, наблюдая за ними обоими. Мой брат заговорил, но даже я не мог разобрать слов. Что бы он ни сказал, Делано ответил легким толчком головы о руку Малика.

Это действие вызвало мелкую дрожь у Малика и не осталось незамеченным другими волками. Напряжение, сгустившееся в воздухе, ослабло. Поппи прижалась к моему боку, ее ладонь лежала чуть ниже моей груди, а Малик положил дрожащую руку на макушку склоненной головы Делано. Глаза Малика закрылись, когда пальцы Поппи вцепились в мою рубашку, его черты лица исказились, когда он повернул голову, проведя плечом по щеке. Я знал, что должна была почувствовать Поппи. Эмоции были четко прописаны на лице Малика. Печаль.

Прела, волчица Малика, была сестрой Делано.

ГЛАВА 39

Мы спустились с холма в Падонию, сопровождаемые десятками волков, которые не отставали от нас по узкой дороге и даже уходили дальше, в Вистерийский лес. Нетта и несколько других уже вернулись в город. Когда мы преодолели самую гущу деревьев, перед нами открылась долина, в которой покоилась Падония.