Наг для мятежной Дюймовочки (СИ) - Цвик Катерина Александровна - Страница 42

— Вернитес-с-сь ко мне! — призвала их и богиня. — Мы вос-с-становим расу нагов, и вы станете ее родоначальниками. Я дам вам богатс-с-ство, земли и то, что никогда бы не с-с-смог дать Великий Дракон — вечную жизнь!..

Какие заманчивые обещания. Богиня зашла с козырей. Наги начали переглядываться. Видимо, они не ожидали, что вот так резко придется менять место жительства. Не каждый был готов все бросить и начать новую, полную призрачных обещаний жизнь в новом мире.

— …Я дам вам с-с-силу и влас-с-сть! — продолжала соблазнять их Шшассана.

Я же думала, как было бы хорошо, если бы все эти заговорщики сейчас дружно отправились в другой мир и оставили, наконец, всех тут в покое.

Видимо, о чем-то подобном подумали и Хранители.

— Всех, кто добровольно решит уйти, мы выпустим, — согласились они.

Вот только сами наги отвечать на такое заманчивое предложение не торопились. Вернее, они как-то резко передумали примыкать к своей богине и решили остаться. Не нашлось ни одного экзальтированного дурака, который бы пересек грань миров и предстал перед своей змееголовой богиней и ее воинством.

Шшассана зло оскалилась, глаза ее блеснули желтым:

— Все, кто взывал ко мне и называл своей богиней, все, кто обращался ко мне сегодня в своих мыслях — все вы и так мои. А раз мои, то придите! Ваша богиня вас призывает! — прогремел ее голос, и почти все прибывшие союзники и часть стражи, словно завороженные, медленно поползли к вратам.

Пленники тут же отхлынули в стороны.

— Они идут не сами, — констатировал пятый Хранитель.

— Я их богиня. Они поклялись мне, а значит приняли мою власть над с-с-собой. Будь иначе, и у меня бы ничего не вышло. Отпус-с-сти мои творения. Они мои!

Хранители переглянулись и кивнули:

— Так тому и быть! — и исчезли, пропуская шедших, как сомнамбулы, нагов.

Замыкали процессию Авишанель с горящими священным трепетом и преданностью глазами и Шаас, который и рад бы сопротивляться, но ему не оставили выбора.

Оставшиеся не удел союзники и стражники, которые, видимо, приняли свою богиню только на словах и на которых ее власть не распространилась, растерянно оглядывались, не зная, что делать.

Как только все, кто должен был, пересекли границу, Шшассана расхохоталась. Да так заливисто и в тоже время страшно, что даже по нашу сторону врат все застыли, не в силах пошевелиться, и наблюдая, чем закончится божественный приступ веселья.

— Авишанель и Шаас-с-с… — наконец, успокоилась она, подползла к ним вплотную и, склонив змеиную голову набок, стала пристально их разглядывать. — А я уже и забыла, как выглядят мои творения. С-с-столько тысячелетий я пыталась забыть боль, которую вы мне причинили и… почти забыла, как вы выглядите, даже свой облик в ипостас-с-си нагайны забыла, но… что-то в вас-с-с все же есть. А ты… — она посмотрела на Шааса. — Знаешь, мне кажется, ты похож не него-с-с — того, кого я потеряла. Но он меня не ценил, а ты сможеш-ш-шь? — Шаас сглотнул и хотел что-то ответить, но богиня подняла вверх ладонь, останавливая его, а потом выставила указательный палец и замотала им из стороны в сторону: — Ц-ц-ц-ц-ц, не нужно говорить. Все равно совреш-ш-шь. — Посмотрела на Авишанель и спросила Шааса. — Она красивая? Тебе нравится?

— Она одна из самых красивых нагайн, которых я когда-либо видел, — выдавил наг.

Богиня склонила голову в другую сторону:

— Не вреш-ш-шь. Что ж… — и в одно мгновение, став огромной змеюкой, проглотила не успевшую даже пикнуть Авишанель.

Я потрясенно застыла, глядя, как богиня заглатывает чернохвостую вместе со всеми одеждами и украшениями.

— Мать моя женщина, — ахнула Зоя.

Дедок во втором кресле выразился более емко. А в следующее мгновение богиня снова поменяла облик, но теперь перед нами предстала Авишанель. Вернее, богиня, которая взяла ее внешность. Только цвет хвоста поменялся из антрацитово-черного на белый с золотом по кайме чешуек.

— Раз уж я забыла с-с-свой прежний облик, возьму лучшее, что сейчас-с-с имеется. Нравится? — и улыбнулась. Вернее, попыталась, так как явно забыла, как это делается в человеческом облике. От этого ее ужимки казались неестественной гротескной маской и вселяли еще больший ужас. Глаза зеленоглазого были широко распахнуты, и богиня, глядя на него, снова расхохоталась. — Да, ты мне однозначно нравиш-ш-шься. Некоторое время с тобой будет интересно поиграть. — Обвила его туловище хвостом и переместила Шааса себе за спину. Потом посмотрела на перепуганных сбившихся в кучу нагов, снова склонила голову набок и задумчиво протянула: — Оставить, что ли, парочку на развод?.. Ашхаз, — позвала одного из змеелюдов, — выбери несколько особей разного пола. Остальных сожрать. Энергия Великого Дракона в их плоти поможет моему воинству сразиться с Хранителями и проникнуть за кромку. Мне нужны вон те Повелители, — и ткнула длинным идеально наманикюренным пальчиком в нашу с Зоей сторону.

— Мимо нас никто не пройдет, — прогремел пятый Хранитель, доставая из-за спины длинные изогнутые клинки.

Оставшаяся троица тоже достала свои призрачные мечи.

— Вы сами только что дали мне силу, чтобы вас победить, — снова расхохоталась Шшассана. — И что бы вы себе ни думали, а это я вас создала! — зло сузила она глаза. — Я! А значит смогу и уничтожить, как и задавить искру Великого Дракона.

А потом начался кошмар. Змеи и змеелюды стали рвать несчастных нагов на куски и бросаться во врата, где им преграждали путь четыре увеличившихся в размерах нага-хранителя.

— Отойти от врат! Кто умеет сражаться — взять оружие, остальные за спину! — начал командовать Аншас, выхватывая из ножен одного из стражников меч. — Чего смотришь?! Думаешь, никто не прорвется? — и, зло хмыкнув растерянному стражнику в лицо, начал пинками приводить собравшихся существ в чувство.

— Теперь можно, — устало выдохнул старик и отпустил наши с Зоей руки.

Ну наконец-то! Наверное, еще несколько дней назад я бы струсила и даже не смогла бы представить, что стану драться и, более того, буду этого жаждать. Но последние часы что-то безвозвратно во мне изменили, и я готова была рвать этих гадов зубами. Что? Страшный змеелюд будет шипеть и пытаться откусить мне голову? Ха! Дайте два! Дюймовочка поднимает мятеж против несправедливости и выходит на тропу войны!

Наши с Аншасом взгляды снова встретились, но теперь в них жила надежда и злой азарт предстоящей битвы.

Глава 19. Битва и прочие откровения

Защищаться было решено на том самом пятачке с факелами. Наверное, стоя в круге света, нам было бы очень сложно заметить кого-то из прорвавшихся врагов, но сами Врата, а вернее царивший с той стороны полдень, очень хорошо освещали пространство долины.

Первым делом я при помощи магии воздуха переместила трех наших старичков за спины выстроившихся вокруг нас полукругом защитников. Все понимали — мы с Зоей и дедками и есть главная цель богини, и мы не должны попасть к ней в руки, иначе никакие Хранители не станут для нее преградой. Страшно представить, что она может натворить в этом мире.

Но пока Хранители справлялись сами. Их призрачные мечи рассекали тела врагов с такой скоростью, что в какой-то момент мне показалось, что происходящее нереально, нам показывают какой-то фильм. А еще в одном из защитников я узнала брата Аншаса. Они похожи. Очень. И каждый раз, когда видела его призрачный профиль, я вздрагивала, ведь на его месте мог оказаться Аншас, а мог и просто погибнуть, против воли отдав свою жизнь безжалостной богине.

От таких мыслей ком встал в горле, и я шагнула вплотную к нагу и обняла его со спины. Да, на нас в любой момент могут напасть, но желание его обнять, ощутить, что он живой, настоящий, было сильнее меня.

— Снежана, — прошептал он, разворачиваясь и обнимая меня за плечи. — Спрячься.