Офицер-разведки (СИ) - Поселягин Владимир Геннадьевич - Страница 69

Обжил я эту пещерку за пару дней и вполне себе свободно тут себя чувствовал. Правда, скука довлела. Керосиновая лампа была в наличии, и бидон керосина, были бы книги, хоть так убивал время, но я такого запаса не делал, крутить пластинки на граммофоне не мог из-за мер безопасности, мало ли кто в роще может быть и услышит? Сколько там немцы переваривали наши войска в Минском котле? Вот и я слабо помню. Неделю вроде. Так что неделю я продержался, осмысливая свою жизнь, и дальше уже сторожась выползал из норы и загорал на солнце. Ох как мне ультрафиолета не хватало. Ногу не беспокоил, поэтому не ходил, вполне ползать мог. Да и не уходил я далеко от оврага, устраивался на траве, и загорал. С питанием тоже проблем нет. Время тянулось медленно, это есть, зато свою жизнь переосмыслил.

Много что я дурного делал, самому стыдно. С магами этими, двинутыми на всю голову, это я правильно поступил. Надеюсь след сбросил, и мы больше не увидимся. Правда, что те со мной делали не знаю и не будут ли последствия, тоже сказать не могу. Магии нет, ну и фиг с ней. Без неё раньше жил, и дальше проживу. Жаль коптера нет, вещь отличная, но ничего, главное хранилище при мне, а остальное приложится. Я тут пока в тылу нахожусь, хочу немцев пограбить, а дальше можно и к нашим. Насчёт этого тоже подумаю. Война дело такое, там погибают, это под амулетами-защиты я свободно воевал без страха, а сейчас он вернулся. Может наши войска тут подождать, к сорок четвёртому? Вот и это думал. Мысль конечно интересная, но ещё подумать стоит. Вон, я уже ранен был, чудом выжил, повторять как-то не хочется. Да, меня свой на штык насадил, но это не существенно. Вот так десять дней пролетали, я уже начал ходить, разрабатывая ногу, нитки шва давно снял, как подёргивать начало. Больно слегка было, но ничего, убрал. Ногу начал разрабатывать, ходил, это да, но без перегибов. В роще иногда бывали люди, один раз немцы, с десяток прошло, похоже прочёсывали, искали кого-то, но я успел укрыться в убежище. Эту нору за жилище дикого животного могут принять, если увидят. Всё, две недели, а я уже ходил, и пусть рана слегка давала о себе знать, вполне мог выдержать дорогу. Поэтому под утро тринадцатого июля, собрался, одежда гражданская, и на велосипеде покатил к Минску. Как раз на рассвете буду на месте. Сначала разведка, а потом буду добывать что мне пригодится по жизни, да и на войне.

А пока крутил педали, нога раненая особо не ныла, я размышлял. Всё верно, маги со мной что-то сделали. Пока не знаю что, но за последнюю неделю я начал фиксировать в себе изменения. Пока физические. Обострился нюх и вкусовые рецепторы. Последнее не так и плохо, я теперь принимаю пищу с немалым удовольствием. Она хороша приготовлена. Ещё я уже пять дней как фиксирую, что вижу ночью отлично, без цветов, в серой гамме, но вижу. Похоже на действие дешёвого амулета-ночного виденья. Однако самое главное, рана, она затягивается на удивление быстро. Сейчас по виду той два месяца, и боли практически нет, а такое не может быть. Я с ранами хорошо знаком и знаю, как они заживают, и сколько на это времени уходит. Чёрт, да что со мной сделали-то? Ладно, думаю время покажет. А пока я лечился, отлёживался, сделал паспорт. Бланки-то остались. Снова как из Белостока, даже данные в паспорте менять не стал, те же написал. Вот так я сблизился с городом, убрал велосипед и дальше пошёл пешком. Уже светало. Зевающий солдат на посту остановил, проверил паспорт и велел зайти в комендатуру, оформить аусвайс. Пообещал это сделать, а сам дальше в город. Сам Минск от боёв сильно не пострадал, их тут не было, поэтому двигался свободно, за последние дни я его неплохо изучил, поэтому не плутал. Сначала на рынок, он тут работал, прикупил пирожков, да пирогов, молока свежего. Заодно у складов прогулялся. Кстати, теперь я покупаю только лучшие припасы. Нюх сразу показывает где есть попорченное. Я так от некоторого товара отказался. Ну спасибо я магам за такие бонусы не скажу, но пока ничего против того что заполучил, не имею.

До обеда разведку проводил, ещё на аэродром бы скататься, выяснить какие там самолёты, мне связной «мессер» нужен, шёл от складов как раз, когда я почувствовал чей-то взгляд на себе. Не неприятный, а знаете, какой-то узнавания, и неверия. Обернувшись, я увидел десяток советских бойцов, что проводили ремонт улицы, заделывая ямы. Как раз из кузова грузовика скидывали щебень и равняли, Их два немца охраняло, так вот, один из пленных отвлёкся, разогнувшись, и пристально смотрел на меня с неверием. Это был Студент, мой боец. Мы с ним потерялись в той ночной рукопашной, видел его только когда меня в медсанбат отправляли, да и то мельком. Не поговорить было. Особо не смущаясь, я сменил направление и направился к этой группе, с интересом разглядывая пленных и самого Студента. Тот и так тощий был, а тут на вид подуй, упадёт. Это обман зрения, тот парень крепкий. Один солдат заступил дорогу, и я указал ему на Студента.

- Это мой брат, я думал он погиб. Могу поговорить с ним?

Я ещё одного бойца узнал, тоже из нашей роты. Остальных вроде не знаю. Немец же прибрал шоколадку, и уступил дорогу. Я с немцев той ночью собрал трофеи, ну похватал что вокруг было, там и три ранца. Пока отлёживался, всё изучил, оружие почистил. Вот в двух ранцах и были шоколадки, и немца не смутило, что она швейцарская.

- Студент, ты как в плен-то попал?

- Да, окружили, патронов нет. Другие руки подняли, и я тоже, - смущённо улыбаясь, пояснил тот. - Здорово, командир.

- Привет, - мы обнялись. Я и второму знакомцу кивнул. Тот меня тоже узнал.

- Отойдём, я немцу сказал, что ты мой пропавший брат, так что дал нам время.

Пока остальные работали, мы отошли, я дал Студенту хлеба и нарезанные кусочки солёного сала, как он на них набросился. Ну и собой ещё пирожков, что тот в карманы шаровар убрал, угостит товарищей. Ну и пообщались.

- Командир, ты откуда немецкие знаешь?

- Так всё действо на Поволжье провёл, как на родном говорю. Ты мне лучше скажи, вас куда погонят, как тут закончите? Хочу освободить вас. Сам знаешь, меня ранило, вот отлежался, и собрался двинуть наших нагонять. Повезло на тебя наткнутся. Хочу отбить, да и остальных парней освободить.

- Ну мы тут ещё два дня работать будем. Начальство какое-то из Берлина приезжает, дороги вот ремонтируют, а потом, наверное, вернут туда где мы до этого работали. Немцы педанты, а мы там только начали.

- Какая охрана? Сколько вас обычно?

- Охрана шесть-семь солдат. А нас десятка три, тут на две группы разделили… Командир, среди пленных особист наш полковой. Он успел переодеться в красноармейское. Скрывается.

- Ясно. Ничего, тоже освободим. Где вас содержат? Парни все надёжные?

- В городе, у гаражей автотранспортного предприятия отдельный барак. Там у немцев дорожные ремонтные службы находятся. Я пошёл работать, пайка больше. А ненадёжные у нас не выживают, два раза особиста чуть не сдали.

- Хорошо. Значит так, своих предупреди, я вас буду освобождать там, где вы не закончили ремонт. Как услышите выстрелы, падайте и не шевелитесь. Никаких бросков к охране, мешать мне будете. У меня «СВТ», а стрелок я отличный, сам немцев уничтожу. Это всё, встретимся, как освобожу. Время тянуть не буду, а то вон охрана уже поглядывает.

Мы обнялись и тот вернулся к работе, а я двинул дальше по улице. Парней я спасу, там дальше двинем к своим, это уже решено, а пока сбор трофеев. Следующие два дня я плотно работал. Увёл с пункта сбора трофейной советской техники новенькую «полуторку», с крытым кузовом, она на ходу, я проверил, залил полный бак и бочку бензина запас. Потом советский мотоцикл-одиночку, «Л-300» и легковую «ГАЗ-А», ту что фаэтон. Последний выпуск тридцать шестого года. Небольшой пробег. Их тут три десятка стояло, выбрал поновее и получше. Она тоже на ходу. Машина конечно устаревшая, но мне нравится, и проблем с запчастями не будет. Увёл у немцев связной «мессер», хотя его и пришлось поискать, запасы топлива, боеприпасов сделал. В общем, хранилище полное. Где они не закончили работу, Студент мне уже подробно объяснил, я ждал, только те появились утром четвёртого дня, это было семнадцатое июля, а не шестнадцатого. Сам я подготовился, тут поле и разрушенный мостик, бои шли, вот и проводили ремонт. Подготовка же заключалась в том, что я угнал немецкий грузовик, кузов большой, это был дизельный «Мерседес», все должны вместится. Тот спрятан километрах в трёх отсюда. Освобождаю, гоню к машине, и дальше двигаемся к своим. Сам я в укрытии лежал, подготовил за ночь, в полной своей форме, даже при каске и скатке шинели, да всё. Поэтому ждём. Как видите, дождался. Хранилище полное, доволен, можно и к своим двинуть. Кстати, сам я не один, встретил трёх девчат, в военной форме. Медики, из медсанбата танковой дивизии. Укрывались в деревне у родных одной, но вот новая власть начала проверять кто живёт, и те двинули в сторону передовой. Ночами шли. Ночью и рассмотрел их в поле, сблизился, и так познакомились. Они с нами едут. Причём, одна девушка военфельдшер, лейтенант получается, а две медсёстры, сержанты. Я младше всех по званию. Те сейчас у машины, припасы выдал, есть с чем ожидать. Оружие у них есть, я только патронами поделился.