Как брат (СИ) - Семенова Наталья - Страница 39

– Ты в своём уме, Альбин?

– В своём! – вдруг взвивается она. – В своём! Я в своём уме! А ты нет! Я готова на что угодно ради нашей крохи, – касается она ладошкой своего пока плоского живота, – а ты? Разве, родители не должны быть вместе, чтобы ребёнок рос здоровым и счастливым? Должны!

– Ты хоть понимаешь о чём говоришь? Ты сейчас всерьёз думаешь, что я брошу Дарину и сойдусь с тобой? Да мы друг друга едва знаем, Альбина.

– Значит, узнаем! Полюбим друг друга, и в этой любви будем растить нашего ребёнка! Я не согласна на меньшее!

– Хочешь узнать с чем не согласен я? – почти рычу я, чувствуя, как начинает кипеть мозг от абсурдности произнесённых ею слов. – С тем, что ты тут устраиваешь истерику. Подсказать направление, куда ты с ней можешь идти?

– Я никуда не уйду! Ты обязан на мне жениться! Я ношу твоего ребёнка! – гневно тычет она в меня указательным пальцем, походу, окончательно слетая с катушек.

Пиздец.

– Уверена, что носишь? – слышу холодный голос Дарины и с удивлением вижу позади неё Ольгу, Саню и ещё какую-то женщину.

Та-а-ак… Похоже, я чего-то не знаю.

Перевожу взгляд на Альбину и замечаю, как побледнело и вытянулось на мгновение её лицо от взгляда на женщину:

– Мама?

Мама? Какого?.. Что, вашу мать, происходит?

– Я. Задала. Тебе. Вопрос, – чеканит каждое слово Мартыха, словно замораживая Альбину своим полным льда взглядом. Ха, такой я ещё её не видел. И да – её вопрос. Есть основания сомневаться?

– Разумеется, уверена! – приходит в себя Альбина, вновь скрещивая руки на груди.

– Альбина, – подаёт голос женщина. – Немедленно прекрати этот фарс.

– Фарс?! Ты называешь фарсом собственного внука?! Лучше не вмешивайся в мои дела!

– Ты зашла слишком далеко, – шипит её мать. – Хочешь довести ситуацию до скандала?

– Я хочу, чтобы у моего ребёнка был отец! Вот чего я хочу! Ни больше, не меньше!

– А я хочу, чтобы ты нашла другого отца своему вымышленному ребёнку, – спокойно заявляет Рина. Вымышленному? – А от моего парня отстань.

– Твой парень! – презрительно фыркает та. – Ты столько лет пренебрегала его вниманием, а когда он обратил внимание на меня, сразу решила, что он тебе нужен! Ты его не достойна! Посмотри на себя и на него! Вы не пара друг другу. Я ему подхожу гораздо больше!

– Альбина, – предостерегающе рычу я.

– Денис мой, – вместе со мной произносит Мартышка. – Только мой. Ясно? И прекрати морочить ему голову. Признайся, что никакой беременности нет.

– Есть!

– Альбина, мы обе знаем, что это невозможно, – вновь подаёт голос её мама.

– Не лезь! – орёт та. – Не вмешивайся! Твои уколы могли дать сбой! Я беремена!

– Альбина, – вдруг меняет свой тон Дарина, словно жалеет о чём-то. Или кого-то? – Ты же хороший человек. Мы столько месяцев близко общались. Почему ты так жаждешь разбить нашу пару? Почему так жаждешь заполучить парня, которому ты не нужна? Я знаю, что ты солгала ему о том, что в тот день он сам тебя позвал. Неужели, ты вынашивала этот план заранее? А как ты будешь выкручиваться, когда живот так и не начнёт расти? Денис был слишком пьян в ту ночь, чтобы с тобой переспать. Пожалуйста, признай свою ложь.

– О-о-о, он ещё как со мной перепал! Мы занимались любовью! Такой, какой у тебя с ним ни разу не было!

– Прекрати! – теряет самообладания женщина. – Между вами ничего не было в ту ночь!

– Откуда тебе знать? Вас с отцом не было дома!

– Да, но в твоей комнате установлена видеокамера. Молодой человек был ужасно пьян и просто спал в твоей кровати.

– Что?!

Что?.. Я с ней не… Блять, меня, словно окатывает лавиной облегчения. Я не изменял своей Мартышке. Не изменял.

– Надеюсь, на этом ты прекратишь сходить с ума, и мы вернёмся домой!

– Вы… уста… – теряется Альбина, – камеру… как вы… пос… посмели?

А я стою и просто офигеваю. Блять. Нахера? Нахера так заморачиваться? Она не в себе? Больна? Лгать о беременности? Она, блять, помешана на мне, что ли?.. А казалась такой разумной, пока не начала нести всю эту чушь о женитьбе. И Дарина тут же подтверждает мои мысли:

– Альбина, не игнорируй лечение. Найди того, кто ответит тебе взаимностью, и будь счастлива. А сейчас я вынуждена тебя попросить, чтобы ты покинула наш дом и нашу жизнь, заодно.

– Я должна быть с Денисом! – не сдаётся эта психичка, и у меня лопается терпение.

– Пошла вон.

– Денис… Ты пожалеешь, если выберешь её! Пожалеешь!

Твою мать, на неё жалко смотреть. Заламывает руки, лицо искривляет злоба, в глазах высокомерное презрение. А под всем этим скрыто сумасшествие.

– Я прослежу, чтобы этого не случилось, – обещает ей Дарина и указывает на дверь.

Девчонка не шевелится, пока к ней не подходит мать. И вот тут до неё доходит, что концерт одного актёра закончен. Или нервы сдают, не знаю. Она бросается ей на грудь и начинает реветь. Женщина приобнимает её за плечи и начинает вести на выход.

Все дружно выдыхают, когда дверь за их спинами закрывается. И наступает абсолютное молчание. А до меня потихоньку начинает доходить то, что здесь только что случилось.

Меня пытались наебать. Вот так на пустом месте. И я запросто поверил, сомневался, да, но поверил.

Смотрю на Дарину и начинаю лучше понимать почему тогда поверила она. А ей даже доказательства предоставили, пусть и липовые.

– Прости, – произносит она, вырывая меня из размышлений.

– Выходи за меня? – не отрываю я глаз от её.

– Динь… ты…

Отталкиваюсь от столешницы, к которой, словно был приклеен последние несколько минут и иду к ней, обхватываю скулы, касаюсь губами щек, глаз, лба, вновь напряжённо заглядываю в любимую зелень глаз:

– К чёрту всё и всех. Выходи за меня, Мартышка. Стань моей женой.

Она долго смотрит на меня, словно не может наглядеться, словно я самое дорогое в её жизни. Не словно. Так и есть. А затем моя девочка выдыхает:

– Женой, любовницей, матерью твоих детей, лучшим другом, – шёпотом перечисляет она со слезами в глазах. – Я стану для тебя всем, Денис. Потому что очень этого хочу…

– Одна на двоих жизнь. Навсегда.

– Навсегда.

Эпилог

Пять лет спустя…

Дарина

– Только не говори, что ты собрался скупить весь магазин! – шутливо возмущаюсь я, наблюдая, как Денис укладывает в уже, итак, набитую до верху детскими товарами корзину пару очень милых слюнявчиков. – Особенно учитывая, что наше мероприятие изначально преследовало совсем другую цель.

Мы всего-то хотели посмотреть детские кроватки! Но кто-то, очевидно, совсем слетел с катушек, узнав, буквально двадцать минут назад, что у нас будет двойня. О, я обещаю себе навсегда запомнить его глаза на пол-лица, когда доктор сообщила о двух сердцебиениях!

– Нам теперь всего необходимо в два раза больше! Ты, разве, не понимаешь?

– И у нас на приобретение этого всего ещё уйма времени! Я рожу не завтра и даже не через полгода. Погади-ка, – сужаю я на него глаза, – Динь, это у тебя так паника выражается, что ли? Испугался в один миг удвоившейся ответственности?

– Сдурела? – фыркает он, но руку, тянущуюся к памперсам, одёргивает. – Ещё бы я пугался ответственности…

– Тогда почему мы набили тележку до отказа вместо того, чтобы просто присмотреть кроватку, как планировали ещё утром? – не отстаю я.

Денис смотрит на меня долгим взглядом, затем переводит его на корзину и запускает свои пальцы в волосы на затылке:

– Ну… Возможно, да, переборщил слегка… Пойдём, – хватает он меня за руку. – Пока я себя контролирую.

Смеясь, я успеваю схватить слюнявчики, прежде чем он оттаскивает меня от корзины в направлении отдела с кроватями. Ну они, правда, очень-очень милые!

– Это мы, пожалуй, купим уже сейчас.

Мы ещё около часа проводим в магазине примеряясь, выбирая, фантазируя. В принципе, мы изначально подходили к поиску собственного жилья, учитывая желание большой семьи. Так что уместить две кроватки в тех двух вариантах квартир, что мы присмотрели, но пока не определились, будет не проблемой. Правда, мне до смешного жаль расставаться с нашей квартиркой. С нашим личным кусочком крыши. Это, словно неминуемо перевернуть последнюю страницу полюбившейся до безумия книги…