Любовь Зла или Осторожно! Отвергнутая ведьма (СИ) - Шевцова Наталья - Страница 47

- Терри, заканчивай уже с Хэллоуином! - с насмешкой крикнула Кэссиди молодому человеку и легонько пнула его в плечо.

- Что-что?! - переспросил Терри, который не расслышал её из -за бесконечных визгов, криков и воплей.

- Silentium! - приказала Кэссиди, оградив себя и Терри невидимой звуконепроницаемой стеной. - Я сказала, отзывай своих фантомов, потому что сегодня не Хэллоуин. К тому же, ты и сам видишь, что на меня это не производит никакого впечатления!

- Ты о чём? - искренне озадачился молодой человек. - Какие ещё фантомы? И причём тут Хэллоуин?!

- Вот эти фантомы! - Кэссиди пренебрежительно махнула рукой в сторону монстров из фильмов ужасов.

- О мой бог, что это с ней?! - воскликнул вдруг дрожащим голосом Терри и со всех ног ринулся в сторону бестолково мечущейся и в истерике вопящей толпы. Кэссиди проследив взглядом за молодым человеком, увидела как он выхватил из рук графа Орлока практически бесчувственную девушку, прижав при этом ладонь к её шее так как будто бы пытался остановить кровь, сочащуюся из раны. При этом и вампир, с точки зрения Кэссиди, повёл себя предсказуемо, потому что он без единого протеста покорно уступил свою жертву хозяину, а вот девушка повела себя в высшей степени странно: она забилась в руках Терри в ещё большей истерике, чем когда была в руках монстра. Не менее странно повели себя и все остальные - они шарахнулись от Терри так, как будто бы именно он был здесь самым жутким монстром. - Позёр! - фыркнула Кэссиди. - Вау! А вот такое не каждый день увидишь! - тут же восхищенно выдохнула она, увидев как Терри прямо на её глазах превращается в чудовище-мутанта Ктулху[1] с телом гуманоида, кожа которого покрыта змеиной чешуёй зеленого цвета и к которому также ещё прилагались огромные перепончатые крылья и голова в виде осьминога, с щупалец которой стекала омерзительного вида слизь. - Ктулху?! - озадаченно нахмурилась она. - Что-то я не пойму, он закадрить меня пытается или отпугнуть? Бррр! Совсем парень помешался на ужастиках! - закатила она глаза.

- А-а-а-а-а-а-а-а! А-а-а-а-а-а-а-а! А-а-а-а-а-а-а-а! - душераздирающий крик банши прорвал звуконепроницаемую стену.

- Лора! - вспомнила Кэссиди. Она окинула взглядом холл в поисках подруги, но тут же закрыла глаза и яростно замотала головой, отгоняя наваждение, которое, и она была абсолютно уверенна в этом, навеял ей придурок Терри Вишфул. - Не может быть, -думала девушка, - чтобы это происходило на самом деле! Это однозначно наваждение! Однако, что же это за заклятие такое, которое на меня так безотказно действует, и которое я не могу не только распознать, но и даже почувствовать? - озадачилась она. - Это, наверное, из-за заклятия индифферентности, оно делает меня, кроме всего прочего, ещё и нечувствительной к потокам магических энергий. Вот чёрт! Меня же крёстная предупреждала! Хотя нет, она предупреждала о другом... Ладно! Попробуем разобраться с этим заклятием другим способом! - произнеся это, девушка открыла глаза и решительно направилась к фантомно-киношным маньякам. - Что и требовалось доказать! -удовлетворенно хмыкнула она после того, как Маска призрака, которая у неё на глазах пырнула ножом девушку, из раны которой потекла самая настоящая кровь, отпрянула от самой Кэссиди как от прокаженной. То же самое повторилось и с Кэндимэном, и с куклой Чаки и с Пеннивайзом, и с Джейсоном Вурхисом, и с Фредди Крюгером. Жуткие монстры шарахались от неё как чумы. Тем не менее, от этого они не становились менее реальными для остальных, особенно для остальных девушек. Хотя с другой стороны, Кэссиди заметила, что когти, зубы, мачете, кинжал, бензопила и прочий арсенал киношных маньяков действовали далеко не на каждого, и в большей степени на тех, кто уже был ранен или был напуган больше остальных. Интересным был также факт того, что среди тех, кто получил ранения, не было ни одного парня, а только девушки. Одна из них лежала на полу в позе эмбриона, зажав руками кровоточащую рану на животе, ещё одна, та, которую Терри вырвал из рук вампира, сидела с абсолютно безумными от страха глазами, зажав обеими руками рану на шее и ещё одна ползла к выходу из замка, оставляя за собой кровавый след, по которому хитро улыбаясь и явно наслаждаясь ситуацией на четвереньках полз Клоун Пеннивайз.

- Хмммм! Всё страньше и страньше! Всё чудесатее и чудесатее! Всё любопытственнее и любопытственнее! - задумчиво процитировала Кэссиди строчку из повести Кэрролла «Приключения Алисы в стране чудес». - Всё это чем дальше, тем меньше и меньше похоже на шутку? Не пора ли позвонить Алексу? - она глубоко погрузилась в свои мысли, в связи с чем её внимание рассеялось... И вдруг Терри снова стал Терри, а вместо киношных монстров вокруг студентов черным дымом заклубились тени. - Это же арахнцы[2]! - поняла Кэссиди. - Демоны-личинки, которым для того чтобы стать полноценными демонами Паники, Страха, Истерии, Ужаса или Кошмара необходимо в достаточном количестве напитаться страхом, паникой, истерией и ужасом. Ну, конечно же! Как же я сразу не догадалась! - девушка перевела взгляд на Вишфула, сфокусировав магическое зрение на его ауре. - Кто-то проклял Терри, - прошептала она, увидев черное облако проклятия, практически поглотившее свет ауры Терри Вишфула. - И если судить потому, что происходит, то этот кто-то хотел, чтобы от него шарахались девушки. -Кэссиди метнула взгляд в сторону Вишфула, который метался от одной раненной девушки к другой, искренне пытаясь им помочь. Однако те либо в страхе шарахались от него, либо вообще теряли сознание от ужаса. По молодому человеку было явно видно, что он совершенно не понимает, что он делает не так и что вообще происходит. Вид его был настолько жалок и потерян, что сердце Кэссиди дрогнуло и захотело помочь несчастному молодому человеку, даже, несмотря на то, что оно было заковано в броню заклятия индифферентности. - Терри! - Кэссиди ринулась к нему со всех ног. - Терри! - она схватила его за руку и потянула за собой. - Silentium! - выкрикнула она, оградив себя и Терри невидимой звуконепроницаемой стеной. - На тебе проклятие, Терри! Я не сразу это поняла! А теперь извини, но это для твоего же блага! Aedificate ergo Troglodytarum cavea!

- девушка щёлкнула пальцами обеих рук, и молодой человек оказался в тролльей клетке. Все монстры как по мановению волшебной палочки дружно повернулись в сторону молодого человека, заключенного в троллью клетку, которая препятствовала не только его физическому передвижению, но и блокировала его магическую энергию. Однако, если Кэссиди надеялась на то, что заблокировав проклятие Терри Вишфула в тролльей клетки, она заставит монстров исчезнуть, то её ждало бо-о-ольшое разочарование. Каждый из киношных маньяков, кинув что-то вроде сочувствующего взгляда на молодого человека и неодобрительно покачав головой в сторону Кэссиди, вернулся к своему изначальному занятию, то есть, продолжил терроризировать своих и без того до предела напуганных жертв.

- Чтоб вас! - чертыхнулась раздосадованная Кэссиди и попыталась заключить в тролльи клетки киношных маньяков, надеясь таким образом отрезать доступ демонам-личинкам к пище. Однако так как монстры были лишь коллективным плодом воображения запертой в замке толпы, то ей это не удалось. - Чтоб вас! Чтоб вас! Чтоб вас! - повторяла каждый раз девушка, запирая в клетку одного студента за другим, тем самым отбирая у демонов -личинок один лакомый кусочек за другим. Начала она, разумеется, с тех, что были уже ранены, а значит и наиболее уязвимы для арахнцев. Затем одну за другой отобрала у демонов-личинок всех девушек. Киношные монстры, поняв откуда исходит основная для них опасность, начали скалить Кэссиди зубы, угрожать оружием, прыгать на неё с разбегу, пытаться атаковать одновременно всеми силами, однако всё было напрасно, потому что в Кэссиди не было даже десятитысячной доли грамма страха, необходимого им для того, чтобы у них появилась возможность воздействовать на неё на физическом уровне.

Как только Кэссиди «расфасовала» по клеткам все питательные лакомые кусочки арахнцев, вследствие чего, киношные монстры издав дружный протяжный вой разочарования, испарились, дверь как по мановению волшебной палочки распахнулась и в неё вломился никто иной как её опекун и следом за ним ещё человек двадцать агентов службы безопасности университета.