Любовь Зла или Осторожно! Отвергнутая ведьма (СИ) - Шевцова Наталья - Страница 17

- Ух ты! Быстро работаешь! - уважительно заметила подруга, запихивая в рот пирожное.

- Ум-мум-мум-мум! Обалдеть, какая вкуснотища! Ничуть не хуже чем «Выпечка от Луи»! Ум-мум-мум-мум! Пальчики оближешь! - в подтверждение своих слов девочка действительно облизала пальчики и потянулась за следующим пирожным.

- Наверное, это потому, что это и есть «Выпечка от Луи», - изучая свои ногти, сообщила Кэссиди.

- Что? - Пенелопа от удивления так открыла рот, что из него вывалился кусочек пирожного. - Так это же на другом конце города! Кэсси, ты, что посредством телепортации сперла. - Пенелопа окинула взглядом блюдо и принялась считать: - раз, два, три, четыре. двадцать два. и я съела два. получается две дюжины пирожных?!

- Ну почему же сразу спёрла?! - сделала вид, что обиделась Кэсси. - Меня родители хорошо воспитали. Я оставила им деньги и записку с благодарностью.

- Представляю! - ухмыльнулась Пенелопа. - То-то они удивились, какой благородный вор им попался!

- Ага! - хохотнула Кэссиди, - Я в записке так и написала: «Достопочтимый Луи, уверяю вас, ваши пирожные послужат благому делу, Робин Гуд!»

- Хи -хи -хи! - Пенелопа представила себе лица тех, кто читал эту записку. - С пикси и пирожными ты это хорошо придумала, одобряюще причмокнула она, уплетая очередное пирожное. - Ой, совсем забыла! - всполошилась она. - Ты мне скажи, ты домашку по зельеномии и заклинаниматике сделала?

- Угу! - кивнула Кэссиди. - Там ничего сложного.

- Кому как. - печально вздохнула подруга.

- Пэн, не расстраивайся! - улыбнулась Кэссиди, которая уже взяла в руки учебник по зельеномии и теперь усаживалась поудобнее на подушках. - Я тебе сейчас всё объясню! И ты сама увидишь, насколько всё просто.

- Жду не дождусь увидеть! - иронично заметила Пенелопа, плюхаясь рядом с подругой на кровать. - Что ж, давай, учи меня, мой сэнсэй! - шутливо-торжественно проговорила она, сложив перед собой ладоши и слегка наклонив голову.

Бывает, случается так, что обстоятельства складываются настолько чрезвычайно удачно, что лучше и пожелать нельзя. В связи с этим устоять перед соблазном умозаключения, что боги, определенно и точно, благословили твой план - абсолютно невозможно. Именно так, чрезвычайно удачно, обстоятельства складывались в этот день для Кэссиди. Поэтому её нисколько не удивило, что когда, через пару часов их с подругой занятий, её мать и мать Пенелопы заглянули к ней в комнату, они застали дочерей конкретно и именно за учёбой, то есть за занятием столь приятным и радостным родительскому глазу. - Наши умницы, уроки делают! - умилённо одобрили обе женщины.

- Ой, мама! - всполошилась Пенелопа. - А ты, что за мной пришла?

- Вообще-то да, - кивнула она. - Мы с миссис Колдингс случайно встретились в парикмахерской и разговорились... и я подумала почему бы мне не забрать тебя вместо твоего отца, и мне приятно и ему хорошо. Но вы так увлеченно занимаетесь и ты у меня такая ответственная и сознательная молодая леди, что мне хочется тебя поощрить.

- Ух ты! - радостно взвизгнула девочка, не дав договорить матери. - Я могу остаться ночевать у Кэсси! Мамулечка, ты супер! - девочка запрыгала в танце на кровати! - Супер мутер! Супер! Супер! Ура!

- Пэн! - рассмеялась её мать. - Мы же ещё не спросили разрешения у миссис Колдингс.

- Мама, можно?! - бесконечно-умоляющие щенячьи глаза Кэссиди воззрились на мать.

- Ну, конечно же, можно! - улыбнулась ей мать.

- Ура! Вы самые лучшие мамы на свете! - хором отчеканили девочки.

- Ой, да ладно! - рассмеялись обе матери.

- Правда! Правда! - опять же хором поддакнули девочки.

- Ладно, не будем вам мешать, занимайтесь! - счастливо улыбаясь шутливо-строго приказали матери и закрыли за собой дверь.

- Су-у-у-упер! - резюмировала Пенелопа.

- Обалденно в тему! - согласилась Кэссиди. - Теперь если бы ещё и какой -нибудь тролль уже прямо сегодня свалился нам в руки как перезрелый плод! - она мечтательно закатила глаза. - Мы бы его быстренько шантажом и угрозами принудили к сотрудничеству.

- Шантажом и угрозами? Мы? - обескуражено захлопала глазами Пенелопа.

- Хммм. - на мгновение задумалась Кэссиди, почувствовав замешательство подруги. - А знаешь что, Пэн? Ты права!

- Я права?! - выдохнула Пэн, которая понятия не имела в чём именно она права.

- Не мы, а я! - провозгласила тоном эксперта Кэссиди, которая уже изменила свою стратегию принуждения тролля к сотрудничеству. - Я буду плохим полицейским, а ты -хорошим! - разъяснила она недоумевающей подруге.

- Ух ты! - хлопнула в ладоши Пенелопа. - Это же прямо как в кино! - мечтательное выражение в её глазах говорило о том, что в данный момент она видит себя героиней полицейского телесериала. Блаженная улыбка озарила лицо девочки.

- Ой, Пэн, смотри, мои маленькие шпионы уже вернулись! - радостный визг подруги вырвал Пенелопу из феерично-яркого фантазийного мира полицейского телесериала, в котором она умно и хитро, но по-доброму допрашивала подозреваемого, вернув в прозаично-заурядную реальность, в которой за окном копошились маленькие, пестрящие всеми цветами радуги, существа. Особо ничем не примечательные существа, по её авторитетному мнению, отличавшиеся прожорливостью, занудством, суетливостью, самомнением и обидчивостью. Существа, которых даже в количестве одна штука - всегда казалось больше чем необходимо на эту самую одну штуку.

- Мамочки! Целый отряд пикси! - пробурчала себе под нос Пенелопа, наблюдая, как дружно и наперебой щебечущая толпа пикси, похожая в своем полёте на нечто среднее между метеорным потоком и стайкой бражников в буквальном смысле ракетными торпедами ныряют в творожно-сливочный крем, который затейливой горкой украшал пирожные. И, разумеется, при этом творожно-сливочный крем разлетается по всей комнате, приземляясь везде, где ему заблагорассудится, например, на лбу у самой Пенелопы или на курносом носике у Кэссиди.

- Эй, Бум-Бом! - возмутилась Кэссиди, смахнув с наморщенного носика крем. - Мы с тобой договаривались, что сначала информации, потом пирожные!

- Дык! Ык! - вынырнул из крема пьяный то ли от счастья, то ли от обжорства пикси. -Зачем тогда выставила пирожные? Знала же, что у нас импульс -контроль слабый...

- Нет, не знала, - сквозь зубы рыкнула девочка.

- И что? Это мои проблемы? Ык! Дык! - Бум-Бом снова нырнул в глубины пирожного.

- Бум-Бом, - сладким голосом позвала Кэсси, - позволь напомнить тебе, что я хоть и малолетняя, но всё же ведьма!

- Дык! Я помню! - лениво вынырнул пикси из сладких пучин творожно-сливочного крема. - И что?

- А вот что! - топнула ножкой девочка. - Бум-Бом левитус ап! - скомандовала она, заставив маленькое тельце обжоры, покрытое со всех сторон толстым слоем крема, не только слевитировать вверх против воли его владельца, но и повиснуть в воздухе над столь вожделенным пирожным, заставив тем самым Бум -Бома прочувствовать на собственном опыте, что означает выражение: «танталовы муки[1]».

- Ах вот оно что! - дошло, наконец, до пикси.

- Угу! Вот оно что! - подтвердила девочка.

- Ладно, - махнул крошечной ручкой Бум-Бом. - Твоя взяла, ведьма, - и тут как завопит голосом заправского сержанта: - На постр-р-роение ста-но-вись! Раз, два!

- Му-у-у-у-у-у-у-у! - жалобно запротестовали пикси, вынырнув из крема смачно причмокивая.

- Я сказал раз, два! - скомандовал снова Бум-Бом.

- Ню-у-у-у-у-у-у! - ещё более жалобно взвыла команда пикси, пытаясь разжалобить своего командира. При этом пикси причмокивали ещё более смачно.

- Отставить разговорчики в строю! Я сказал раз, два! - заорал неумолимый Бум-Бом.

- Вю-у-у-у-у-у-у! - почти зарыдала команда, на этот раз не просто смачно, но жадно причмокивая.

- Жёнам и тещам доложу, чем вы тут без них занимаетесь! По полной программе доложу!

- истошно завопил Бум -Бом.

Надо отметить, что эта его угроза возымела настолько мгновенное действие на всех без исключения любителей творожно-сливочного крема, что их скорость, пожалуй, посрамила бы даже скорость молнии, так быстро они построились в безукоризненную шеренгу.