(Не)Холостяк (СИ) - Шефф Вийя - Страница 26

Не получается... Я не могу на неё злиться.

Только звонок от офтальмолога заставляет меня хоть немного вспылить. Что за безалаберность по отношению к своему здоровью!

Не люблю просить, но за неё готов. Захар быстро откликается на мою просьбу, помнит старый, ещё с Питера, должок.

Волжина, что ж ты упертая-то такая! Быстро и бесплатно, а не за пол ляма, которые ты отвалишь за операцию в другом месте.

Странно, что тебе твой звёздный друг не помог. Хотя... Вероятнее всего тоже отказалась от помощи. Для него такие деньги — это один ужин с друзьями в ресторане.

Смотрю на стеклянные, бездвижные глаза Алисы и не понимаю, что происходит. Она всего лишь притронулась к затылку поступившего. Морщится от боли. Что за...

А потом её выворачивает наизнанку в туалете. Вид такой, будто из неё вытянули всю силу, слегка покачивает.

Свиной цепень в мозге? Первый раз с этим сталкиваюсь. Такое в тропиках возможно, но у нас?

Бред какой-то... Проверим.

Но это самое начало. Её рассказ на грани какой-то мистики. В такое трудно поверить. Но я его уже знаю. Она писала про это. Значит про себя...

Давай, докажи мне, что это правда!

Сжимаю её руку, сняв перчатку.

— Отпустите, мне очень больно,— почти теряет сознание.

Подхватываю на руки и доношу до дивана. Мягко опускаю и сажусь рядом.

Алиса не шевелится, просто лежит с закрытыми глазами, а меня съедает изнутри вина, что я причинил ей боль.

— Вы меня обманули,— прерывает молчание.— Ваша жена была немкой и бросила она вас не из-за того, что вы на работе пропадали, а признались ей в измене. Это было всего раз, но она не смогла простить...

Да уж... Она глубоко влезла в меня, задев за живое. Я об этом никому, кроме лучшего друга, не рассказывал. По пьяни на вечеринке с коллегой получилось. Жалел жутко, совесть замучила. Я и рассказал жене...

— Уходите, мне нужно отдохнуть,— поворачивается на бок и по-детски подкладывает ладошки под щеку.

Уже у двери я слышу её слова:

— Не любите меня... Я другого люблю.

Глава 26

Почему Ник не отвечает? Самолёт три часа назад уже приземлился. Лиля позвонила и сказала, что едет домой. А этот до сих пор вне зоны доступа.

Обещал сразу...

Нервно постукиваю пальцами по столу, гипнотизируя телефон. Ну, давай, Ник!

У меня ещё один пациент через пять минут и только потом смогу уехать.

Стук в дверь.

— Войдите.

Сначала в кабинет вваливается огромный букет красных роз, а потом уже тот, кто их принёс.

— Ник!— срываюсь с места и лечу к нему, повисая на шее.

Держит одной рукой, второй сжимает цветы, бросает на пол и обхватывает двумя.

От поцелуев перехватывает дыхание и становится жарко. Я так соскучилась... Слезы радости начинают течь из глаз.

— Эй, ты чего?— опускает на пол и вытирает слезинки.

— Это от счастья,— улыбаюсь сквозь пелену в глазах.

— Я тоже очень скучал,— обхватывает моё лицо и покрывает поцелуями.

Выглядывает в коридор — никого нет. Ногой закрывает дверь и сжимает меня в объятьях, оттесняя к дивану.

— Я чуть не сдох там без тебя,— начинает расстёгивать мой халат.

— Ник, нет! У меня сейчас пациент, он может войти,— хватаю его за руки.

— Этот пациент я. Ян записал меня под чужим именем,— целует в шею.

А у меня ноги начинают подкашиваться от его прикосновений и ласки, блуждающих по телу рук.

Блин! А если доктор Грозный припрётся? Он не сильно церемонится и не ждёт приглашения войти. Чувствует себя здесь хозяином и заходит сразу.

А ещё у него фантастическая способность появляться тогда, когда о нём думаешь.

И сейчас тоже.

Стук и открывается дверь, подвигая в сторону тяжелый букет, которым Ник её подпёр.

Мы не сразу успеваем с Гасом разлепиться от поцелуя, и главный становится его свидетелем. В глазах скользит агрессивный огонёк.

— Ник, пусти,— тихо, отрывая от себя его руки. — Это наш новый главврач.

— А старый, доктор Айболит, куда делся?— тоже шёпотом.

— Уволился. Виталий Олегович, вы что-то хотели?— смотрю на доктора Грозного.

— Да, что бы своей личной жизнью вы занимались вне работы,— в голосе лёд, даже скрежещет.

-Извините, это я виноват,— вступается за меня Ник.— Долго отсутствовал, соскучился.

Не надо, Гас. Ты к нему дружелюбно, а он нет. У него ревность закипает. Ты же не знаешь ничего...

— Можно я её у вас украду?— подходит и протягивает Грозному руку для рукопожатия.

Тот смотрит ему на ладонь, потом на меня с недовольством. Не жмёт.

— Можно.

Раздраженно разворачивается и уходит.

— Он всегда такой?

— Нет. Обычно он душка... Поехали.

— Я столик в ресторане заказал,— помогает мне надеть пальто.

— Ник, нам нельзя на виду у всех торчать,— дёргаюсь.

Мда, Грозный подлил масла в огонь в мою шаткую душу.

— Никто нас не увидит, в этом месте строго следят за конфиденциальностью гостей,— прижимает к себе и целует за ухом.— Люблю тебя, Алиска.

— Взаимно...

— Ник, мне в душ надо,— смеюсь, отбиваясь от приставаний прямо от закрытой входной двери его квартиры.

— Потом... Я не могу терпеть,— задыхается и торопливо срывает с меня одежду.

— Нет. Сейчас.

— Я перегорю...

— Ты? Я тебя умоляю! Не смеши. Куда?— пытаюсь повернуть голову в тисках его объятий и немного осмотреться.

Квартира огромная и шикарная.

— Туда,— кивает головой.— Прямо и налево,— нехотя отпускает.

Столько разочарования в его глазах.

— Я быстро,— чмокаю и убегаю в ванную.

Здесь всё тоже дорого и богато. Даже страшно в такой ванне мыться. Не скажу, что у нас дома всё победному — Лиля сделала отличный ремонт пару лет назад, но по сравнению с этим...

Скидываю одежду, подставляю разгорячённое тело под тёплый душ и представляю, как мне будет потрясающе хорошо через пять минут.

По телу пробегает волна возбуждения, оседая внизу, в самом интимном месте.

А ещё перед глазами встаёт осуждающий взгляд доктора Грозного.

Вот только не сейчас!

Вы мне не испортите восхитительную ночь, Виталий Олегович!

Это вы в меня влюблены, а не я в вас. Понятно?!

Заворачиваюсь в большое белое пушистое полотенце. Причесываюсь и немного приминаю волосы, чтобы получились завитые локоны.

Где-то играет лёгкая музыка, создавая романтическое настроение.

Ник в гостиной, которая освещена только свечами. На нём такое же полотенце, обернутое вокруг бёдер и он явно из душа.

Хлопок пробки шампанского и Гас разливает дорогущий шипящий напиток по бокалам.

— Держи,— протягивает один мне.

На губах такая пошленькая улыбка, что мурашки по телу.

— Когда ты всё успел?— чокаемся и я делаю небольшой глоток.

— У меня две ванные комнаты,— приобнимает рукой за талию и начинает медленно кружить меня в танце.

— Умм... Как удобно...

— Очень удобно,— прижимается губами к шее. — У тебя будет своя.

— Что это значит?— поднимаю на него глаза.

— Рано или поздно это случится, и мы будем жить вместе.

— Даже так...

— Да. Была бы моя воля, я тебя бы с этой минуты отсюда не выпустил. И любил бы до потери сознания, сделал своей секс-рабыней,— ловко подхватывает край моего полотенца, на котором вся эта завёрнутая конструкция держится на мне. Оно падает.

— Ух...— пожирающий взгляд.

Я проделываю тоже самое с его полотенцем.

Мы как первобытные: голые и голодные.

Бокалы на стол и я уже крепко обнимаю ногами его талию. Его губы жгут кожу поцелуями, а руки грубо сжимают.

Валит меня на диван.

— Нежно или жёстко?— ставит перед выбором.

— Второе...

— Извращенка,— дико улыбается и впивается поцелуем в мои губы.