Принцесса на час (СИ) - Иконникова Ольга - Страница 14

Он взял меня за руку, и я не отдернула ее. Я долго не могла решиться произнести это вслух, но всё-таки выдохнула:

— Да!

В конце концов, после того, что между нами было, такое признание уже не было вопиюще неприличным.

А вот от поцелуя, который за ним последовал, нам всё-таки стоило бы воздержаться.

Глава 18

На сей раз я въезжала в Алузу с совсем другими чувствами. Нет, волнение было не меньшим, но это было волнение совсем другого толка. Я беспокоилась, как меня примут король и королева, одобрят ли они решение сына. Впрочем, у них все равно не оставалось другого выбора.

Матушка же волновалась еще больше, чем я.

— Луиза, но как же так? Ты хотя бы понимаешь, какая это ответственность — стать женой его высочества? Ты уверена, что этого хочешь?

Я кивнула с самым решительным видом. Теперь уже я не представляла, как смогла бы жить без Эмиля-Теодора Керландского. Да-да, у него оказалось двойное имя. А Бризьен была девичья фамилия его матери.

Мне пришлось рассказать матушке, что я знаю, кто мой настоящий отец, и хотя это поначалу сильно расстроило ее, в итоге она пришла к выводу, что так даже лучше. А вот тот факт, что я должна была выйти замуж за человека, который (пусть и всего только один день) был мужем моей сестры, ее обеспокоил.

— Возможно, Эльвира всё еще любит его высочество, ты не думала об этом?

Я как раз думала об этом, но пришла к выводу, что моя сестра не способна никого любить. Если бы она испытывала к Эмилю по-настоящему сильное чувство, то ни за что не смогла бы его обмануть.

И всё-таки встретиться с герцогом Эрсаном я посчитала необходимым. Я написала ему письмо, и он прибыл в столицу через несколько дней.

Мы с матушкой и Арди остановились в той самой загородной резиденции, о которой говорил его высочество. Там действительно было очень красиво. Я еще никому не была представлена, и это избавляло нас от докучливых визитов керландских вельмож.

Мне показалось, что за прошедшее время его светлость постарел не на один десяток лет — волосы его стали совсем седыми, плечи поникли, а в глазах уже не было прежнего блеска. Я уже знала, что всю вину за свой обман Эльвира свалила на отца, и он безропотно с этим согласился. Ради дочери он был готов на всё — я надеялась, что моя сестра хотя бы была способна это оценить.

Я думала, что встреча с его светлостью будет матушке неприятна, но, как ни странно, оказалось, что она была рада его видеть. После того, как он поговорил со мной, они долго гуляли по парку — должно быть, вспоминали прошлое.

А уже прощаясь, его светлость взял меня за руку и сказал:

— Прости меня, дорогое дитя, за то, что я был для тебя таким плохим отцом. Если бы можно было вернуться в прошлое, я многое бы там изменил. И прошу тебя — не сердись на Эльвиру. Ей с детства внушали, что предел мечтаний для каждой девушки — это выйти замуж за принца. Могла ли она думать по-другому?

А когда он уехал, уже матушка взялась просить за него самого:

— Лу, ты не должна его ненавидеть. Ему недостало сил, чтобы противостоять условностям общества. Но думаю, что в глубине души он всегда об этом сожалел.

Когда я, наконец, вышла в свет, мое сходство с Эльвирой не осталось незамеченным. По Алузе поползли слухи, но, разумеется, обсуждать и осуждать невесту принца в открытую никто не решился.

Однажды меня навестила маркиза Розалин Розен. Я не была готова к ее визиту и не понимала, что именно она могла мне сказать. Ее роль во всей этой авантюре до сих пор была мне не вполне понятна. Как дама, наиболее приближенная к ее величеству, она не могла не знать об отличительном знаке, что украшал плечо королевы. Но если знала, то должна была как минимум задуматься о том, в какой именно момент этот знак появлялся, и предостеречь свою племянницу от подмены.

Я поздоровалась с ней со всей холодностью, какую только смогла в себе отыскать, но ее это ничуть не смутило. Маркиза сжала меня в объятиях так крепко, что мне стало трудно дышать.

— Моя дорогая девочка, как я рада снова видеть тебя!

Я несколько опешила от такой фамильярности и хотела строго осадить ее. Но потом вспомнила, что именно так однажды поступила Эльвира, и не удержалась — прыснула смехом. И маркиза рассмеялась вместе со мной.

— Что же ты не дождалась меня в тот день? Я почти поседела, когда поняла, что ты уехала из Алузы. Я бросилась вслед за тобой, побывала и у тебя на родине, и в Делакруа. Но тебя нигде не было!

Я посмотрела на нее с изумлением:

— Но зачем? Зачем вы искали меня?

— Как это «зачем»? — теперь удивилась уже она. — Я же должна была привести тебя к его высочеству! Я ведь не сомневалась, что на следующий день он поймет, что провел ту ночь не с Эльвирой.

— Вы знали об этом? — возмутилась я. — Знали о знаке змеи и ничего не сказали об этом ни его светлости, ни своей племяннице?

Она виновато кивнула:

— Да, это было дурно с моей стороны, но что мне оставалось делать? О том, что Эльвира потеряла невинность с другим мужчиной, я узнала только за пару дней до свадьбы. Венсан признался мне в этом только тогда, когда вынужден был просить моей помощи. Я была возмущена. Я слишком хорошо знала, сколь трепетно в королевской семье относятся к верности в браке. Обмануть такого доброго и славного человека как принц Эмиль казалось мне немыслимым. А еще больше меня возмутило то, что мой брат посчитал возможным использовать для этой цели тебя! Ты и без того была лишена отцовской ласки, а он собирался втянуть тебя в столь грязную историю. Но приготовления к свадьбе были уже завершены, гости съехались в Алузу, и я сходила с ума, не зная, что предпринять. Долг перед семьей боролся во мне с долгом перед Керландией.

Это прозвучало немного пафосно, но на глазах ее и в самом деле выступили слёзы. И я уже почти простила ее и предложила закончить этот неприятный для нас обеих разговор. Но маркиза только покачала головой:

— Нет, дорогая, ты же еще не знаешь самого главного! За день до свадьбы я твёрдо решила рассказать обо всём его высочеству и отправилась в его кабинет. Принца там не было, но его камердинер предложил мне его подождать. У окна стоял мольберт — вы знаете, что его высочество прекрасно рисует? Так вот — я увидела там портрет девушки. Сначала я подумала, что это — Эльвира. Но нет — у девушки на портрете были голубые глаза. Венсан говорил, что вы с сестрой очень похожи. А у твоей матушки, как я помнила, глаза были именно голубыми. И я поняла, что всё должно идти своим чередом. Венсан сам привел бы тебя к принцу, даже не догадываясь, какую роль он играет в ваших судьбах.

— Но вы тогда могли рассказать обо всём его высочеству, избавив и его, и меня от тех унижений, через которые нам пришлось пройти.

— А если бы он мне не поверил? — возразила она. — Тогда я еще не знала, где тебя искать, и не могла показать тебя его высочеству. Мой брат мог заявить, что никакой другой дочери у него нет. Что бы тогда я стала делать? Но ты права — потом я много раз пожалела о том, что была такой скрытной. Когда я, так и не найдя тебя, вернулась из Делакруа, принца Эмиля уже не было в Алузе. Я так и не смогла ничего ему рассказать.

Могла ли я продолжать на нее сердиться?

Эпилог

Наша с Эмилем свадьба прошла без лишнего шума — ни я, ни он не хотели пышных торжеств. Но, разумеется, все необходимые формальности были соблюдены, и я проехалась по улицам столицы уже как принцесса Керландская.

Их величества приняли меня в свою семью с такой радостью, что я перестала в себе сомневаться. Ее величество лично взялась обучать меня всему тому, что надлежало знать принцессе, и я была благодарна ей за такую поддержку.

Поприветствовать молодую жену его высочества на протяжении целого месяца приезжали дворяне со всего королевства. Оказался в их числе и барон Дюко. Прибыв в Алузу в числе большой делегации, он стоял на приеме в тронном зале королевского дворца с таким понурым и виноватым видом, что мне стало смешно.