Святые Спасения - Гамильтон Питер Ф. - Страница 80

— Да, — сказал Энсли. — Десять тысяч лет, и у нас наконец есть цель. По статистике, едва ли мы будем первыми людьми, которые возьмутся за них. Но… эти перерывы…

Взгляд Иреллы не отрывался от обездвиженной квинты.

— Неаны, должно быть, делали что–то подобное. У Соко и святой Джессики было столько информации об оликсах…

— Устаревшей информации, — уточнил Энсли.

— Это неизбежно, — возразил Иммануээль, — учитывая масштаб событий. Однако основные факты вполне надежны. К сожалению, среди оликсов существует строгая иерархия, и квинты, созданные вне анклава, находятся в самом низу. Они мало что знают.

— Я думал, это эгалитарное монокультурное общество, — заметил Деллиан.

— Ты ошибался, парень, — хмыкнул Энсли. — Похоже, эволюция вступает в одно и то же дерьмо вне зависимости от того, с какой точки галактики начинать. Квинты, низшие из низших в цивилизации оликсов, — по сути рабочие дроны. Но имеющие определенную степень автономии.

— Свободу воли? — резко спросила Ирелла.

— Нет, это больше похоже на способность принимать малозначительные решения без руководства единого сознания. Как в любой религии или идеологии, ты волен делать то, что ты хочешь, до тех пор, пока это соответствует определяющим заповедям. Но это позволяет им продвигаться по общественной лестнице — еще один пережиток естественного отбора. Дарвин гордился бы этими маленькими засранцами.

— Значит, они могут начать сомневаться в том, что они делают?

— Полагаю. Теоретически. Но для того, чтобы квинта изменила свое отношение и убеждения, она должна подвергнуться воздействию других способов мышления, чего–то, что заставило бы ее воспротивиться идеологической обработке. А этому случиться не суждено. Как ты сказал, у них царит монокультура.

— Черт возьми, но какая же тогда ступенька для квинты — следующая? Шесть тел?

— Единое сознание. Тебя пересаживают во что–то относительно простое вроде транспортного корабля, где ты преданно трудишься, и если выполняешь свою работу хорошо, то получаешь следующее повышение. Может, корабль Избавления, потом корабль Решения или аванпост станции обитания, корабль–ковчег, корабль Гостеприимства, производственная база. Но даже у них разные уровни. Если твое существование началось за пределами анклава, то в анклав ты попадешь только после того, как завершишь крестовый поход и вернешься с сокровищем — коконами другой расы.

— В этом–то и проблема, — сказал Иммануээль. — У нас есть воспоминания квинт о звездной системе анклава, но ни одна из этих квинт никогда не проходила через врата в сам анклав. Так что информации из первых рук у них нет.

— Но вы нашли воспоминания о звездной системе анклава? — взволнованно уточнила Ирелла.

— Да. Относительно недавние, им от силы несколько лет.

Деллиан запросил через инфопочку информацию, извлеченную Иммануээлем и Энсли. Центром системы анклава служила огромная белая звезда, лишенная каких–либо планет. Вместо планет имелось невероятно плотное кольцо, вращающееся в пяти а. е. от звезды, окруженное великолепием галактического ядра.

— Это развалины, — сказал Иммануээль. — И неестественно большие сегменты тоже. Они раздробили свои планеты, обеспечивая легкий доступ к эксплуатируемой массе.

— Как по мне, так по шкале Кардашева это цивилизация второго с половиной типа, — заявил Энсли. — Перестройка звездной системы, прости господи! И только для того, чтобы подготовиться к крестовому походу.

— Мы знали, что будет нелегко, — откликнулся Иммануээль.

Оптика Деллиана показала ему изображение врат. Он заранее представлял огромную технологическую сферу, возможно, защищенную жуткими энергетическими пушками, способными разнести в клочья небольшую планету. Однако, хотя кораблей Решения кружило рядом немало, сами врата оказались почти неразличимы и выглядели гигантским воздушным шариком, наполненным темной водой, едва отражающей свет ядра.

Деллиана пробрал озноб.

«Столько истории. Люди ждали десять тысяч лет, только чтобы мельком это увидеть. Ради святых, это же дольше, чем документированная история людей на Земле. Столько усилий, столько страданий… Мне кажется, я недостоин».

— Врата в ад, — тихо произнес он. — Думаешь, мы все это время знали? Это так велико, так грандиозно, что, возможно, каким–то образом просочилось в нашу коллективную расовую память?

— Может быть, — отозвалась Ирелла.

Он знал, что она просто потакает ему, и это добавило нотку гнева в его голос:

— Иммануээль, что–нибудь в памяти этих квинт подтверждает, что Святые убиты? Я… я хочу знать.

«Знать, что это была не просто пропаганда, часть нейровируса, ложь, задача которой — сломать меня».

Он увидел, как Энсли и Иммануээль переглянулись. Странный поступок — физический показатель — с учетом того, к каким системам с невообразимо высокой скоростью передачи данных они подключены.

— В мозгу каждой квинты есть уровень базовых знаний, — сказал Иммануээль. — Расовая память — ну, так мы изучаем основные моменты нашей истории. Это способ лучше понять самих себя.

— Они мертвы, — отрезал Энсли. — Они добрались до звездной системы анклава на «Спасении жизни» и попробовали совершить прорыв на «Еретике–мстителе», когда поняли, что обнаружены. Их сбили, но им удалось прихватить с собой несколько кораблей Избавления. Только представь! Они отправились в путь, пользуясь примитивнейшей технологией — лучшей из того, что у них имелось в то время, хотя по сравнению с тем, что есть у нас сейчас, это просто ничто. Чудо, что они вообще попали на борт корабля–ковчега! Но они добрались до системы анклава оликсов и были первыми людьми, увидевшими ее. И они послали Сигнал. Они сделали все, что на них возлагалось, вопреки тому, что шансы у них были просто–таки смехотворные. Меня поразить непросто, но эти ребята действительно были лучшими из лучших. Они воистину Святые. Я горжусь тем, что знал их.

Инфопочка Деллиана воспроизвела единственный доступный файл. Он увидел размытое изображение: передатчик Сигнала, пылающий перед громадным радиотелескопом. Странная получилась визуальная инверсия естественной астрономии: как будто звезда вращалась вокруг планеты.

— Значит, первоначальный Сигнал уже на пути к нам, — благоговейно произнесла Ирелла.

— Да, — кивнул Иммануээль. — Он достигнет этой части галактики примерно через тридцать тысяч лет.

— Интересно, а он будет еще достаточно сильным, чтобы его можно было засечь?

— Должен.

— Надо следить! Мы в долгу перед ними!

— Если люди всё еще будут свободны, полагаю, мы построим немало догм и ожиданий вокруг прибытия Сигнала Святых. Это поистине великолепный символ силы нашего духа.

Деллиан еще раз прокрутил файл.

«Спасибо, — мысленно сказал он Святым. — Вы показали мне, что мы можем победить даже в самые черные времена».

Отдав дань уважения былому, он перевел дыхание и попытался сосредоточиться на планировке звездной системы анклава с ее множеством кораблей и производственных хабов.

— И что теперь?

— Теперь все аспекты комплексов соберутся, чтобы сформулировать нашу стратегию нападения, — ответил Иммануээль. — Мы приглашаем вас присоединиться к нам на решающем конгрессе.

«Конечно, как будто мы можем внести хоть какой–то вклад», — мрачно подумал Деллиан.

— Спасибо, — сказала Ирелла. — Наша приоритетная задача — добраться до «Спасения жизни» и других кораблей, где хранятся человеческие коконы.

— Мы оцениваем масштаб звездной системы анклава и ее ресурсы. Мы понимаем первостепенную важность освобождения коконов. Однако, если это окажется недостижимым, запасным вариантом будет окончательное пресечение способности оликсов продолжать их крестовый поход. С устранением угрозы люди смогут возобновить более–менее нормальное существование.

— Нет, — заявила Ирелла. — Я не могу этого допустить. Мы существуем для того, чтобы освободить наших братьев.

— Для достижения этого будут приложены все усилия. Но, создатель, пожалуйста, подумай о характере оружия, которое собираются применить обе стороны. Где–то в системе врат есть механизмы, которые разрушали планеты.