Цветок для короля (СИ) - Моран Маша - Страница 83

— С чего вы решили, что нам интересны похождения этого смазливого красавчика?

Айми открыла и закрыла рот, на время позабыв об образе обеспокоенной будущим принца подданной.

— Ну что же вы, господин Гэ? – Чернобородый улыбнулся и погладил свою бороду. – Разве не понимаете, к чему клонит достопочтенная госпожа?

Он сжал в кулаке кончик бороды и улыбнулся. Неприятно. Опасно. По-змеиному.

— Ну же, госпожа Айми, продолжайте. Что еще натворил господин лекарь?

На мгновение Айми сделалось очень страшно. А что, если этот человек решит… как-то навредить ее сопернику? Нет, ее не пугало то, что с лекарем может случиться. Ее пугало то, что принц может об этом узнать. То, что он сделал со стражниками, уже стало достоянием всей крепости. Она своими глазами видела, как Ясуо с братцем грузили изувеченные тела в телегу. Небрежно брошенные в солому отрубленные кисти рук теперь будут сниться ей в кошмарах. Но с другой стороны, откуда ему станет это известно? Министры уж точно не признаются в своем участии в этом щекотливом деле.

А в том, что они будут против связи лекаря и наследника престола, она не сомневалась. Почему-то казалось, что этот, с прищуром и обманчиво-доброжелательной улыбкой, способен на все.

И если он решит избавиться от Рэйдена, то она поможет.

— Он… – Айми добавила дрожи в голос и изящно опустилась на низкий пуфик, изо всех сил делая вид, что более не может стоять на ногах: – …Он решил, что если у него есть покровительство командующего, то ему уже ничего не страшно. Конечно же генерал не пошел бы против своего сына. Ведь наказать господина Рэйдена, значит – заставить страдать командующего Рена. И господин Рэйден прекрасно это знает. Он находится в очень близких отношениях с командующим. Они… они предавались плотским утехам прямо там, где лекарю должно лечить. Я видела эту развратную картину собственными глазами. – Айми перевела дыхание, раздумывая, как наиболее эффектно подать главную новость. Решив, что лучше всего будет сгустить краски до предела, она медленно, делая паузу после каждого слова, произнесла: –Господин лекарь… развратный мужеложец… Он бесстыдно совратил Его Высочество… Сначала мы подумали, что это лишь слух… Будто нечестивый развратник призвал призрака, чтобы удовлетворять свою низменную похоть… И он даже не отрицал этого… Но теперь выяснилось, что он заставил Его Высочество надеть маску… чтобы скрывать их встречи… Должно быть, принц под сильнейшим колдовством, раз пошел на это… А что если он не сможет оправиться от влияния жестокого господина Рэйдена? Что если станет зависим от распущенных утех? Я боюсь за его судьбу…

Чернобородый согласно покивал, и устроив ладонь на ее спине, заставил встать, подталкивая к выходу:

— Вы совершенно правы, госпожа… Сказанное вами вызывает большие опасения. И будет очень хорошо, если вы пока сохраните эти ужасающие подробности в секрете.

Это был не тот ответ, на который она рассчитывала.

Возможно, этих старых хрычей нужно подтолкнуть в нужном направлении?

— Что если… – Она вовремя вспомнила, что должна изображать скромность и одновременно показывать, как сильно обеспокоена благополучием будущего короля. – …что если из-за колдовства Его Высочество утратит разум? Как такое можно допустить?! – Ее голос сорвался.

Пока Айми хвалила себя за отлично сыгранное беспокойство, даже не заметила, как оказалась у выхода.

Министр бесцеремонно толкнул ее к дверям:

— Такое действительно нельзя допускать. Очень хорошо, что вы нам сказали. – Он снова погладил свою бороду.

И это все? Ему говорят, что принц развлекается с другим мужчиной, а он даже не пытается изобразить ужас.

— Но разве вы не должны что-то предпринять? Возможно, если принц познает женскую ласку, то сможет избавиться от чар господина лекаря? Вы – министры… Вы могли бы его заставить! Есть особые напитки и порошки… Если добавить их в еду, то принца охватит пожар страсти. Ему не останется ничего другого, как искать избавления от нее в руках единственной доступной женщины. И когда бы он распробовал… уже бы никогда не поддался отравляющим его душу чарам.

— Госпожа Айми… вы не только красивы, но и умны… Нам необходимо обдумать эти шокирующие новости. Давайте подождем до утра и решим, что делать… Мы проделали такой долгий и сложный путь – опрометчиво будет принимать важные решения, не отдохнув с дороги.

Айми и сама не поняла, как оказалась выставленной за порог. Министр буквально вытолкал ее. Дверь захлопнулась, а она оказалась на лютом морозе. Кругом шумела вьюга, какой не было уже давно.

Айми задрала голову вверх. В воздухе носились жуткие призраки. Они выли, хохотали и то ли водили хороводы, то ли дрались друг с другом.

Айми обхватила себя за плечи. В тоненьком плаще, сшитом для того, чтобы красоваться перед господами, было жутко холодно. Айми задрожала и шмыгнула носом. По щекам покатились слезы. Она ведь заслужила! Заслужила жить во дворце, одеваться в красивые платья, носить драгоценности. Заслужила множество служанок и поклонников, преклоняющихся перед ее красотой! Заслужила быть в гареме самого принца!

Айми уже представляла себя главной в гареме. Представляла, как перед ней склоняются юные наложницы, как пытаются ей угодить. И как чиновники вздыхают по ее красоте, а их жены провожают ее завистливыми взглядами. Как ей приносят подарки, каких нет ни у кого, чтобы она замолвила словечко за них перед королем.

Картинка была настолько яркой и отчетливой, что Айми заплакала еще сильнее. Горячие слезы жгли выстуженные морозом щеки.

Ну почему лекарь?! Почему этот демонов иноземец? Неужели, он может дать принцу больше, чем она?! Его ласки просто не могут быть слаще, чем ее! Он ведь всего лишь мужчина. Да и не самый красивый, к тому же. Тощий, бледный, невысокий.

Разве что губы пухлые… А уж ей ли не знать, на что способен умелый рот!

Ну, ничего! Айми решительно шагнула прямо в снежную вьюгу.

Если старые хрычи ей не помогут, она справится сама.

Главное, что посланник здоров. Каким чудесным образом ему удалось избавиться от своих хворей Айми не знала, да ее это и не сильно интересовало. Принц! Наследный принц в их обветшалой унылой крепости. О, нет… Она его не упустит! Дворец содрогнется перед своей госпожой. И даже король встанет перед ней на колени.

Спеша в свой павильон по влажным сугробам, Айми не могла видеть, какими задумчивыми взглядами обменялись министры и писчий.

— А в качестве «единственной доступной женщины» она предлагает себя? – Министр Гэ понюхал вино и, брезгливо скривившись, выплеснул его прямо на пол.

Писчий Люй устало опустился на кровать:

— Будь я на месте Его Высочества, тоже выбрал бы лекаря… А не эту… Зачем нужны черные монахи, когда есть подобные… «искренне озабоченные»…

Министр Гэ тяжело плюхнулся рядом: