Грязная Земля (СИ) - Окольнов Юрий - Страница 5

— Пошли в школу уже, — громко сказала она, не желая дослушивать шуточку Пахана.

Сзади раздался гогот Вадика, которому полная версия шутки, очевидно, зашла. Но громкий голос Алисы привлек внимание Пахана, и он среагировал:

— Эй, ботаны, а ну, чтобы хорошо учились! А то на работу не возьму через год! — и уже более угрожающим голосом. — В глаза смотреть, когда с вами начальство говорит!

Друзья нехотя обернулись навстречу Пахану. Алиса стояла прямо и смотрела с вызовом. Петя чуть сжался и чуть опустил плечи. Лёшик нервничал, у него дергался глаз. Рафик стоял с расслабленным спокойствием, глядя в землю. Он знал главное правило общения с агрессивными животными: не смотреть им в глаза, ведь они могут воспринять это как вызов на бой.

А перед ними была стая ещё тех агрессивных животных — «банда» Пахана, а точнее — Паши Лисюкова, сына мэра.

Незнакомому наблюдателю, в первый раз увидавшему банду, вначале почти всё поле зрения занимал здоровенный бугай Владимир, которого Пахан звал в зависимости от настроения «Боб» или «Бобик». В переходном возрасте Боб злоупотреблял качалкой и стероидами, поэтому теперь выглядел как Халк — разве что, не зелёный. Спокойный, но мрачный, с тяжёлым лицом — Бобик был самим воплощением скрытой угрозы. Хотя, пожалуй, был самым безопасным в банде.

Когда глаз наблюдателя привыкал к малоподвижному Бобику и начинал скучать, то взгляд реагировал на движение и цеплялся за энергичного кикбоксера Вадика. Тот который крутился вокруг Бобика туда-сюда, словно заводной апельсин. Вадик был среднего роста, спортивный, жилистый, но не мощный — зато быстрый, ловкий и опасный на ринге и в подворотне. Тренер как-то назвал его «наш Мухамед Али», ну а Пахан потом звал просто «Муха».

Сам Пахан слегка терялся на фоне примечательных миньонов. Коренастый, с пузиком, среднего роста — он вполне мог бы вписаться в компанию Алисы, Пети, Лёшика и Рафика. Но жизнь подарила ему отца, ставшего мэром и бросившего мать. И его судьба изменилась навсегда…

— Вот так-то! — довольно подчеркнул Пахан, не придумав больше ничего остроумного.

Он двинулся вперед. Друзья спешно расступились, в основном реагируя на айсбергоподобное движение громилы Бобика. Пахан следовал за этим своим танком, а Вадик крутился вокруг — и неловкий Лёшик получил от него локтем под ребро, не успев сдвинуться с дороги.

— Козёл, — тихо выдохнул Лёшик, охнув.

Но Вадик услышал. Резко обернувшись, он недобро оскалился, глядя на друзей:

— Ты чо сказал? Кто чо сказал?

Он быстро обшаривал их лица внимательным взглядом. Друзья опустили глаза.

— Козёл ты, говорю, а не Муха, — сделала шаг вперед Алиса, сжав кулаки и напрягшись.

Вадик сплюнул. С девкой драться — себя не уважать, пацаны засмеют. Пахан, обернувшийся было с интересом, хохотнул и снова двинулся в школу. Вадик погрозил друзьям указательным пальцем, изображая пистолет, и поспешил за своим боссом.

Пахан же подошел к Изольде, стоящей у крыльца с отстранённо-холодным лицом, и осклабился:

— Ба, кого я вижу! Такие красотки и без охраны!

Изольда ответила непроницаемым взглядом, но всё же повернулась к нему. Лиза с Кириллом уже ушли — отметила Алиса, ощутив укол в сердце. Два укола.

— Изольда, ты мне должна один танец с летнего бала, помнишь? — развязно подмигнул Пахан.

— Времена изменились, Павлуша, — равнодушно ответила Изольда. — Улетело твоё счастье. Теперь, вон, с Бобиком танцуй. И с Мухой. Танго втроем.

Анжелика и Дарина захихикали. Пахан поморщился, но снова заулыбался:

— Да ладно тебе, Изя! Ты же мне тогда обещала приватный танец. Такие обещания надо держать. Долг есть долг!

Дарина и Анжелика наморщили носики и переглянулись. Изольда почему-то очень не любила, когда её звали «Изя». Может быть, слышала в этом неприятный намёк, что она easy. А может — имела что-то против евреев. В общем — лед треснул и Изо льда проступил оскал:

— Какой тебе нахрен долг? Я скорее вон с джамшутом приватно станцую, чем с тобой! — и она, не глядя, кивнула в сторону Рафика. — Так что вали, танцуй соло… Писюков!

Изольда отвернулась и широкими шагами двинулась в школу. Анжелика и Дарина захихикали и поспешили вслед.

Вокруг раздались смешки. Пахан побагровел. Его кулаки сжимались и разжимались. Он оглянулся в поисках жертвы, на которой можно было бы сорвать злобу. Бобик с туповатым лицом смотрел в небо. Вадик злобно глядел вслед девушкам. Но рядом были ещё и ботаны.

Алиса успела напустить на лицо безразличие. Петя и Лёшик опустили хихикающие лица и спрятались в толпе. А вот Рафик замешкался. С задумчивой улыбкой он смотрел вслед Изольде. Бесправный, нищий, слабый. Идеальная жертва.

— Эй ты! Какого хрена на белых женщин пялишься! — невпопад заорал Пахан, накручивая себя. — Охренел, черножопый?

Быстрее всех сориентировался Вадик. Он мухой подскочил к Рафику, ухватил того за ворот старой рубашки и поднес кулак к носу, глядя на Пахана. На лице Вадика было жестокое предвкушение. Алиса, Петя и Лёшик остолбенели и замерли. Рафик застыл в изумлении. На его лице проступили недоумение и запоздалый страх.

— Держи его, — запоздало скомандовал Пахан, оглянувшись на Изольду.

Но та уже ушла, не оборачиваясь. Он сплюнул и подошел к Рафику:

— Тащи его за угол, там поговорим с уродом. — добавил Пахан, оглядевшись.

Вокруг стояли остальные старшеклассники и внимательно наблюдали за сценой. Кто-то из обеспеченных достал смартфон.

— Вы охренели? — с возмущением сказала Алиса.

По сути, она нарушила неписанное правило разборок — девочки молчат в тряпочку, когда мальчики меряются рогами. Но Алиса никогда не могла стерпеть подобного. И если бы под рукой оказался кирпич — Вадику с Паханом бы не поздоровилось. Однако кирпича на ухоженном плацу не было, да и Пахан был слишком высокоуровневой целью.

Подошёл Бобик, перехватил у Вадика ворот Рафика, и без усилия потащил в сторону от крыльца. Рафик захрипел.

Стратагема На Самом Верху