Ева. Зов полуночи (СИ) - Цвик Катерина Александровна - Страница 27

Я уже хотела кинуться к парням и как-то помешать драке, как вспомнила холодный взгляд Алекса и его жесткие слова: «Никогда. Слышишь, никогда не становись между двумя оборотнями, когда они готовы к схватке».

А тут они не просто готовы — уже дерутся! Наверняка даже не заметят меня, и хорошо если просто отшвырнут подальше. Что же делать?!

— Алекс! Давай! Начисти ему морду! — раздался радостный мужской крик.

Я вздрогнула, оглянулась и только сейчас поняла, что вокруг собралось уже много оборотней, которые обступили дерущихся и с азартом смотрят на бой.

— Зах! Покажи этому черному, как нужно драться! — завопила какая-то девчонка.

— Зах, Зах, Зах!.. — внезапно начали скандировать в разрастающейся с поразительной скоростью толпе.

И, вторя им, завопили фанаты Алекса:

— А-а-алекс, А-а-алекс!..

Что это за дикость?! Мне хотелось вопить и трясти этих поджигателей драки за грудки, но я понимала, что всех не перетрясу, да и не поможет это. В отчаянии кусала губы и в ужасе смотрела, как выступает кровь на разодранных боках обоих котов. Рык, шипение, открытые в страшном оскале пасти, клыки, которые тянутся пропороть друг другу шеи.

Дикие необузданные оборотни, которые совсем недавно казались такими цивилизованными и отличающимися от людей лишь наличием второй ипостаси и более взрывным характером, предстали передо мной с той стороны, с которой я еще их не видела.

Толпа вокруг и не думала разнимать дерущихся, а цвет и запах крови лишь больше ее раззадоривал.

Нет, я не могу на это смотреть! Так нельзя?!

Я уже почти решилась кинуться их разнимать и будь что будет, как услышала, что шум толпы начал лавинообразно стихать, и увидела, как вперед из разомкнувшегося прохода вышла директриса гимназии. Она оглядела через свои очки в золотой оправе дерущихся и внезапно очень громко и властно произнесла:

— Прекратить!

От этого требования вздрогнули все. Только Зах с Алексом его даже не услышали, потому что продолжили драть друг друга когтями.

Директриса сощурилась, невозмутимо, но быстро, сняла очки, пиджак, передала их появившейся из-за ее спины всполошенной секретарше, сняла с ног лодочки, покачав головой, с сожалением посмотрела на свои юбку и блузку и… перекинулась в большую матерую львицу. После чего издала такой яростный рык, что сцепившиеся пантера и рысь тут же разлетелись в разные стороны и, все еще скалясь, не отойдя от пыла боя, посмотрели на ту, что решила вмешаться.

Посмотрели и не посмели дальше скалиться. Львица зло рыкнула, заглядывая в глаза каждому из них, и развернулась. Тут же в толпе снова образовался свободный проход, и парни, понурив головы, последовали за директрисой в гимназию.

— Накажут, — со знанием дела сказал внезапно появившийся рядом сосед по парте.

— А не выгонят? — с волнением провожая процессию взглядом, вытянув шею, спросила я.

— Вряд ли. Но накажут.

— Они бы еще прямо перед деканатом драку устроили, — оказалась рядом и староста и заправила рыжие пряди за ухо. — Додумались, где накручивать друг другу хвосты! — и без перехода, но с кардинальной переменой интонации: — Но какие же они кла-а-ассные.

Денис состроил кислую мину и беззвучно передразнил девушку так, чтобы она не увидела, а потом усмехнулся и посмотрел на меня:

— А ты у нас, оказывается, восходящая звезда школы.

— Чего?

— Ой, вот только не нужно делать такое недоуменное лицо! Все в курсе вчерашней гонки, и что эта драка наверняка из-за тебя.

— Вот уж не хотела такой славы, — скривилась я,

— Ты не хотела, а она тебя нашла, — приобнял и похлопал меня по плечу парень.

Я недовольно посмотрела на его руку, но он не обратил на это никакого внимания.

— Я бы не советовала тебе к ней прикасаться, а то мало ли… — хмыкнула Тася, тоже покосившись на его вальяжно разместившуюся на моем плече руку и оглядывая не торопившуюся разойтись толпу.

Парень задумался, окинул меня заинтересованным взглядом и сдавил плечи еще сильнее:

— Ничего, им сейчас так ввалят, что ближайшее время они даже рычать лишний раз будут опасаться!

Тася демонстративно закатила глаза и взяла меня под руку:

— Отвянь, болезный. В лазарете же закончишь.

— А тебе какое дело? Что, переживаешь за меня? — пристроился он уже со стороны старосты.

— Кедрин, ты придурок, — постановила она и потащила меня вперед. — Пошли, скоро начнется урок, а ты мне еще не сказала, какой выбрала кружок. Между прочим, мне нужно заполнить по тебе ведомость, и я не хочу откладывать это в долгий ящик.

Я мысленно застонала. Вот уж о чем я думала в последнюю очередь, так это о кружках.

Глава 36

— Ребят, а куда она их повела? В лазарет? — спросила с надеждой.

Вид крови, выступившей из ран Алекса и Заха, до сих пор стоял перед глазами.

— Кого? — удивился Денис. — Да они даже толком не успели друг друга исполосовать. Перекинутся пару раз и следов не останется.

— Как это? — удивилась я.

— Ты чего? — с недоверием посмотрели на меня ребята.

А что мне было им ответить? Что я пока жила в человеческих землях, оборачивалась так редко, что не заметила такой детали?

— Ну… У Алекса же есть шрам на брови и… — про спину отчего-то упоминать не хотелось, и я закончила невпопад, — … и брови.

— А, так это он в детстве умудрился. До того, как начал оборачиваться. Такие ранения заживают почти как у обычных людей, особенно если нанесены когтями оборотня. Во взрослом возрасте только самые глубокие раны могут оставить шрамы, — пояснил Денис.

— Так его в детстве подрал оборотень? — холодея, спросила я.

— Откуда мне знать? Сам Алекс ничего не говорит, а слухов ходит тьма. Девчонки особенно любят версию, в которой маленького Алекса похищают ради выкупа, — взмахнул рукой Денис.

— А это правда? — голос отчего-то сел.

— Да откуда ж я знаю? Такие эксцессы предпочитают держат в тайне, чтобы не подрывать престиж семьи, — и посмотрев на меня, усмехнулся. — Ты бы видела сейчас свое лицо! Вот потому я и говорю, что девчонки любят эту историю больше всего, — и мечтательно зажмурившись, протянул: — Знаешь, сколько у него уже было утешительниц? Мне бы так…

— Кедрин, закатай губу, тебе такая популярность не светит, даже если ты внезапно покроешься шрамами с ног до головы, — заявила староста и задрала свой симпатичный носик.

— Носова, я как-нибудь обойдусь без твоего ценного мнения.

Они продолжали препираться, а я шла и никак не могла отделаться от мысли, что в версии, которая так нравится девчонкам, есть доля истины. Иначе я даже представить не могу, кто мог оставить на спине ребенка такие ужасные шрамы.

— Кстати, Ева, а ты на самом деле с кем? — внезапно прекратил перепалку Денис и обратился ко мне.

— В смысле?

— С кем ты встречаешься?

— Денис, Алекс — мой брат, а Зах — друг. О каких встречах может идти речь?

Он посмотрел на меня как на дуру, перевел недоуменный взгляд на Тасю и выдал:

— Она прикалывается?

— Непохоже… — протянула девушка, оглядывая меня.

Мы уже почти подошли к дверям класса и притормозили среди шумного коридора.

— Ева, у вас с Алексом нет общей крови. Зах — оборотень, а оборотни дружить с девушками не умеют. Уж поверь мне, — авторитетно заявил Денис, — они либо их не замечают, либо тра… Уй! Носова, ты совсем, что ли?! — парень запрыгал на одно ноге.

Вторую ему отдавила староста.

— Кедрин, я знаю, что ты в курсе, но повторю: ты — придурок! Пошли, Ева, а этот болезный следом… прискачет, — и потянула меня в класс мимо продолжавшего постанывать парня.

— А ты его не сильно? — я посмотрела на ее хоть и невысокий, но острый каблучок.

— Не сильно. Заделался тут, видишь ли, спецом по взаимоотношениям. Ты его не слушай. Но все же в чем-то он прав. — Мы остановились у парты, которую вчера закрепили за мной и Денисом, и она начала рыться в сумке. — И мой тебе совет: ходи теперь и оглядывайся. Алекс с Захом — клевые, и о них мечтает чуть ли не каждая девушка в гимназии. Блин, где же этот лист!.. — и начала рыться ожесточеннее.