Немецкая классическая философия религии - Пушкарева М. А. - Страница 55

Я. Бёме где-то замечает, что желание именно жаждет, чтобы оно было; оно не духовно, а материалистично, поскольку хочет иметь, владеть, наслаждаться. Но всякое владение и наслаждение каждый раз заканчивается скукой, усталостью. Поэтому человек стремится к перемене владения, но в сущности он стремится к тому, что только под другим названием сохраняет свой приятный и "сладкий запах" (В. Шекспир. "Ромео и Джульетта").

В своей жизни мы иногда приближаемся к той пограничной черте, где всё кажется бесцветным, где смолкают любое чувство и любая страсть, где всё, следовательно, оказывается постылым до такой степени, что уже не может являться источником энергии. В эти жизненные мгновения человек оказывается как бы поставленным на вершину, где обладает силой свободного продвижения как к новому и неожиданному, так и к тому, чтобы примириться с существующим. Но истинная вера и достоинство человека заключаются как раз в том, чтобы он под толстым слоем "праха земного" умел отыскивать ростки "вечно зелёного и цветущего берега вечности" (Ф. Мархейнеке. "Речь на могиле Фихте"). При этом мы согласны с той точкой зрения, согласно которой время не гомогенно вечности, но положено наряду с ней как иное (Св. Августин, Шеллинг).

Вечно то, что никогда не может надоесть, что не потребляется до конца, а, следовательно, постоянно и непрерывно "осваивается". Не знать меры в этом освоении, хотя наш земной предел при этом исключительно мал - это Божественно. Многие вещи, говорит Аристотель в "Никомаховой этике", нравятся лишь до тех пор, пока они новы, а потом уже не так. По этой же причине мысль сначала увлечена и деятельна в новом предмете (например, когда вглядываются в лицо нового человека, стремясь его узнать), но после деятельность бывает не такой уж напряжённой. Напротив, она часто становится небрежной, а потому тускнеют и все наши наслаждения. Лишь некая духовная жизнь, не знающая меры в великом, но в то же время совершающаяся не в отрыве от здравого рассудка, может явиться таким "делом-действием" (Фихте), которое каждый раз будет пробуждать новые потенции, а вдохновение не будет при этом скользить по поверхности, воздействуя то на одну, то на другую сторону нашей души.

Творческое вдохновение охватывает человека мгновенно и всеобъемлющим образом. Желать и верить в него всеми своими силами - вот та цель, ради которой все мы существуем.

Нам не дано любви, которая обняла бы собой всё человечество, т.е. в сущности религиозной любви. Все люди разные и интересы их также различны. Стремиться сделать всех счастливыми - всё равно что заставлять всех после кровавой бойни мирно дремать. Чем человек становится счастливее, тем легче его погубить. Мысль [например, о всеобщем счастье], говорит Гёльдерлин в своём романе "Гиперион", которая "должна бы исцелять боль, сама заболевает". Такова глубокая скрытая диалектика жизни и мысли!

Современный цивилизованный человек часто остаётся исключительно бедным при всём своём материальном и, быть может, духовном богатстве, вероятнее всего, ещё и потому что не научился не игнорировать положительного смысла сна и пустоты нашего времени. Последние до тех пор, пока не противопоставляются бодрствованию и полноте деятельности, освобождают нас от ожидания близкого счастья, продлевая ожидание чего-то другого: существования, оплодотворённого вдохновением.

Поэтому мы должны научиться жить с уверенностью в творчески-конструктивном значении пустоты, ощутить наконец ту "тягость лёгкости" (В. Шекспир "Ромео и Джульетта"), в которой заключён её смысл.

Легко сказать! Однако, если мы сегодня не проявим своей преданности пустоте и отчуждению, то наша "жизненная ваза", переполненная всякого рода иллюзиями ("братства", "равенства", "борьбы за общее дело" и т.д.), уже в скором времени разлетится на части. Потенция смерти достигает своего опасного напряжения именно в тот момент, когда стремление к жизни является наивысшим. Человек, постоянно озабоченный только налаживанием своей сакральной связи с Абсолютом, в котором отрефлексирована вся полнота бытия, рискует тем, что его мышление может провалиться в бездну. "Какая жуть заглядывать с обрыва /В такую глубь!" (В. Шекспир. "Король Лир").

Наконец, не следует думать, что добро когда-нибудь полностью отделится от зла (в этом солидарны многие религии), полнота от пустоты, деятельность от созерцания. Нет! Зло сильно как раз своей связью с добром. Однако слабая сторона зла заключается в том, что взятое само по себе, оно не обладает той духовной энергией, которая заключена в любви, представляющей собой не попытку "зацепиться за чужое бытие" (А.Н. Чанышев. "Трактат о небытии" //Вопросы философии, № 10, 1990), а силу, с помощью которой можно "совершенствовать всегда свой образ" (В. Шекспир. "Ромео и Джульетта").

Итак, достоинство человека и вся его свободная вера должны быть заключены в любви, украшенной разумом. Лишь весьма немногим знакомо это чувство, тогда как миллионы людей на разные лады лишь забавляются её покрывалами. Ни любовь исключительно "к дальнему", ни "религия любви", основанная на таком сугубо мирском отношении, как чувственная любовь между мужчиной и женщиной, ни заповедь, проповедующая любовь только к христианам или последователям других религий, не могут быть истинными.

Человека постоянно жжёт огонь небытия, человек иногда даже хоронит свою любовь, но это не даёт ему права, "чтоб из её могилы /Любовь иную к жизни вызвать вновь" (В. Шекспир "Ромео и Джульетта).

Краткие комментарии

Бакунин, Михаил Александрович (1814-1876) - русский

революционер, публицист, участник революции 1848-1849 гг. в

Германии; впоследствии один из идеологов анархизма и

народничества.

Бауэр Бруно (1809-1882) - немецкий философ, один из видных

младогегельянцев, автор ряда фундаментальных работ по истории

христианства.

Бунзен, Христиан Карл Йозиас, барон (1791-1860) - прусский

дипломат, публицист и теолог, близкий к прусским придворным

кругам.

Гегель, Георг Вильгельм Фридрих (1770-1831) - крупнейший

представитель немецкой классической философии, создатель

знаменитой "Энциклопедии философских наук".

Ганс, Эдуард (1798-1839) - рано умерший и самый выдающийся

из учеников Гегеля.

Гесс, Мозес (1812-1875) - немецкий публицист,

младогегельянец, в середине 40-ых годов XIX века один из

главных представителей "истинного социализма".

Гёте, Иоганн Вольфганг (1749-1832) - немецкий мудрец,

выдающийся мыслитель, создатель "Фауста".

Гёшель (1771-1861) - видный представитеьл правого

гегельянства. Главный труд - "Афоризмы о незнании и абсолютном

знании в отношении к христианскому вероучению".

Гольбах, Поль Анри (1723-1789) - выдающийся французский

философ, автор книги "Система природы".

Дембовский, Эдвард (1822-1846) - философ левогегельянского

направления, революционный демократ. Его статья "Несколько

мнений об эклектизме" - жемчужина во всей гегельянской

литературе.

Кант, Иммануил (1724-1804) - основоположник немецкой

классической философии.

Кьеркегор, Сёрен (1813-1855) - величайший датский

мыслитель, создатель экзистенциальной диалектики.

Лессинг, Готхольд Эфраим (1729-1781) - великий немецкий

писатель, критик и философ, один из видных просветителей XVIII

века.

Людвиг I (1786-1868) - баварский король (1825-1848).

Маркс, Карл (1818-1883) - доктор философии, один из

активных участников младогегельянского движения, впоследствии

разрабатывал проблемы политической экономии. При жизни вышел

только первый том его главного труда - "Капитал".

Руге, Арнольд (1803-1880) - публицист, младогегельянец. В

период революции 1848-1849 гг. в Германии А. Руге был избран во

Франкфуртское национальное собрание и основал

буржуазно-радикальную партию.

Фихте, Иоганн Готлиб (1762-1814) - выдающийся немецкий