Хроники былого и грядущего (СИ) - "allig_eri" - Страница 605

— Конечно, — усмехнулся бывший король. — Ведь я уже проиграл. Теперь все мои решения и действия оказались напрасными.

— Некоторые из них действительно были напрасными, — посмел вступить в разговор Визерис. — Например то, о чём сейчас старательно не поднимается речь. Я о леди Моустас.

Орис вздохнул, прикрывая лицо руками. Вид у него получился достаточно нелепый, но никто не засмеялся.

— Ну вот, — качнул я головой. — А хотел оставить это чуть-чуть на потом. Ты поспешил, Визерис.

«Таргариен» отвёл взгляд.

Я откинулся на спинку мягкого кресла. Кажется, тема беседы сама подходит к той, которая была мне нужна.

— Оставьте нас с Орисом, — приказываю я, — все.

Первую секунду никто не двигался и даже не смел вздохнуть, но потом начались движения. Люди вставали из-за стола. Они посматривали на меня, на Ориса, что-то прикидывали в уме. Бейро усмехнулся, посмотрев на бывшего короля. Вель наоборот, бросила быстрый взгляд именно на меня. В её глазах я прочитал беспокойство.

Когда все ушли, я пристально вгляделся в лицо юноши, что остался за столом. Орис кивнул, словно всё понимал.

— Я знал, что она убьёт себя, — произнёс парень. — Знания наполняли меня, подсказывая, что таким образом я сделаю тебя более уязвимым. Заставлю нервничать, сомневаться, злиться. Это должно было повысить мои шансы на победу. В то время как живой, Серсея была бесполезна.

— Но ты не стал её казнить самолично, — отозвался я. — Не стал, что называется, пачкать руки.

Орис хмыкнул над чашей с вином, которое также имелось на столе, а потом поднял брови и проговорил:

— В таком случае, я лишился бы большего, чем приобрёл. А репутация мне была нужна.

Один мельник как-то раз сказал мне: когда шестерни не сцеплены, они становятся подобны зубам. То же самое касается людей и их интриг.

— Даже не верится… — смотрю я на полированный стол. — Что ты и есть тот, кто едва не стоил мне всего. Не погибни тогда Рглор…

— Вы бы проиграли тот бой, Ваше Величество, — улыбнулся он.

— Бой… да. «Золотой Коготь», потом «Золотой Зуб», а дальше — Новиград и Ланниспорт.

Бывший король обратил на меня весёлый, заговорщицкий взгляд.

— И всё-таки, мы воевали друг с другом, как ненавистные враги. Но для чего? Нет никого, кроме Короля Ночи, на кого стоило бы обратить своё настоящее внимание. Вот — главный враг всех живых. Рглор зачем-то хотел именно твоей смерти, но её не хотел я. Более того, в твоём присутствии я нахожу даже некое успокоение.

Я рассмеялся. Какая забавная попытка манипуляции!

— Успокоение, — хмыкаю я, повторяя последнее его слово. — Даже в своём положении ты пытаешься заполучить выгоду. Я думал, что Рглор продумывал всё за тебя, но сейчас вижу, что нет. Многое из случившегося было и на твоих руках. Сколько решений нашло своё применение именно от тебя, Орис?

Бывший король моргнул, затем тихонько рассмеялся:

— Ты даже не представляешь, сколько.

Резким движением вытаскиваю кинжал и вбиваю его в тяжёлый стол, заставив подскочить чаши, блюда и самого Ориса.

— Вот, — злобно говорю ему, — вот! Вот что такое мир на самом деле!

Юноша сглотнул, отчаянным усилием сохранив на лице маску добродушия.

— И что же это значит? — спросил он.

Демонстративно скалюсь.

— Даже сейчас он заставляет тебя двигаться.

Орис Баратеон облизнул губы. Стиснул зубы. Его лицо напряглось. Почему гнев так сильно искажает лица?

— Смею тебя заверить, — ровным голосом начал он, — я не боюсь…

Удар моим кулаком был так силён, что опрокинул его на спину.

— Не представляешь, как давно я сдерживался, чтобы самолично не забить тебя, как свинью! — поднимаюсь я на ноги, поправляя одежду. — Но это легко можно исправить.

Глаза Ориса от ужаса стали огромными, как золотые драконы. Он отползал от меня по мягкому ковру.

— Даже сейчас, сознавшись в убийстве моей жены, моей златогривой львицы, ты ведёшь себя так, словно живёшь уже вторую жизнь, — мои пальцы яростно сжимаются, я неспешно подхожу к нему ближе и наклоняюсь. — Словно знаешь, чем она кончится!

Ещё один удар проходит ему прямо в живот. Без Рглора его физическая подготовка вызывает один лишь смех! И я не сдерживаю его! Ни смех, ни удары.

В какой-то миг Орис очнулся от оцепенения.

— Стой! Помогите! Нет!

Обхватив его шею, сжимаю в захвате, собственноручно душа ублюдка, который вырывался, царапался, хрипел… Когда его руки начали слабеть, кидаю полузадушенное тело парня на стол. Тарелки и остатки еды повалились на пол. Подойдя ближе, пару долгих мгновений жду, пока он начнёт вяло шевелиться. Отлично…

Ухватив его шевелюру, наматываю длинные волосы на кулак и со всей силы ударяю его головой по столу, прямо в собственное отражение Баратеона. Раз, другой, третий…

Я забивал его собственными руками, без оружия, без помощи, без кого-либо ещё. Отводил душу, превращая его красивое лицо в месиво. Останавливаюсь лишь на моменте, когда от силы ударов полетела не только кровь, но и мелкие осколки его черепа.

Отпустив руку я осматриваю зал: брызги крови капали со стола, пропитали ковёр, стекали с моей одежды, лица и рук. Всё вокруг было в крови, а посередине стол, с кровавой кашей.

Приятного аппетита, ублюдок и гори в аду.

Глава 72

«Мерна сбили с ног. Он лежал, раскинув руки и ловя ртом воздух. Ярость комом теснилась в глотке. Гарденер вспомнил свой сон: чёрная земля, красные вороны кружат в пустых небесах, а хриплое карканье с насмешкой звенит в ушах.

Таргариенам не получить Вестерос! Никогда!

Словно сама земля, пропитанная кровью, подтолкнула короля Простора в спину и подняла его на ноги. С бешеным криком Мерн ринулся в бой. Казалось, сами небеса обагрились кровью, с такой яростью рубил он головы врагам. Но багровый свод становился всё ниже, а его рёв почти заглушил шум битвы. Гарденер запрокинул голову — и лицо его опалило жаром. Не вороны, а три огромных дракона кружили над долиной, плавя огненным дыханием доспехи воинов и превращая живую плоть в прах и пепел…»

Архимейстер Агриван «Завоевание Вестероса».

— Ты шутишь! — серые глаза юноши приоткрылись в удивлении. — Нет-нет-нет! Ты ведь сам говорил, что в отличных отношениях с ними! Так почему тогда..?

— А сдерживать мертвецов будешь ты? — жёстко улыбаюсь ему, почёсывая гладко выбритый подбородок. — Кроме того, неужели ты не хочешь подкатить к главной красавице всего этого мира?

Хотя у неё есть Дрого. Живой, дикий и смертельно опасный. Вдобавок ещё и меня ненавидящий. Интересно, Гора сумел бы одолеть его в бою один на один? Может попробовать устроить этот поединок, а потом откатить всё обратно? Я бы посмотрел на такое зрелище!

— Ты же про Дейнерис, верно? — Джон покачал головой. — Я мечтал об этом несколько долгих лет своей юности. Но не сейчас. Теперь у меня есть своя… своя красавица этого мира.

Улыбаюсь ему.

— Это достойно, — скрещиваю руки на груди. — Я позабочусь, чтобы с твоей невестой ничего не случилось. Теперь это в моих силах.

— Верно, — будто бы спохватился он, — ты же стал королём… Эм-м, ничего же, что мы вот так вот..? — взмахнул руками. — По-простому? Я могу со всеми почестями, просто…

— Я сам предложил это, — пожимаю плечами. — Нет, Джон, давай уж по-простому. Ты и я. Как мужчины. А потому я спрашиваю у тебя, как у мужчины: на кого я могу надеяться в вопросе Белых Ходоков больше, чем на тебя? Ты один здесь знаешь, насколько пакостная дрянь лезет в наш мир.

Он сморщился.

— Не то, чтобы это наполняет меня радостью…

— Напомни, — делаю вид, что забыл, — сколько нападений на Стену было отражено?

— Ровно пять, — вздыхает парень. — И каждый раз количество нападающих вихтов всё растёт. Я не имею понятия, откуда они берут трупы в таком количестве!

— Кладбища одичалых, старые курганы, возможно — выжившие люди, что решили ослушаться моего приказа и остаться в Застенье. Быть может, у них и вовсе были старые запасы мертвецов, ещё с конца времён.