Хроники былого и грядущего (СИ) - "allig_eri" - Страница 529

Разумеется, как честный человек, Орис не делал из ситуации тайну. Вся Королевская Гавань узнала про каждый грех Тайвина: регулярное воровство из казны (откуда-то Ланнистерам ведь надо было брать своё золото?!), подкуп чиновников (на то самое, ворованное золото!), использование своего положения в личных целях (вот как они с Моустасом землю у простых лордов отнимали!) и многое другое.

Законы, принятые «Небесным Клинком», сразу встали под большой вопрос, ведь стало очевидно, что они принимались для его же собственного возвеличивания и обогащения. Отдел дознания и местные палачи мастера над законом сами встали на скамейку подсудимых, оказавшись в кандалах. На их место пришли новые, «честные» люди.

Целый день глашатаи бродили по столице, зачитывая списки преступлений, казавшиеся бесконечными. Под стражу пошли все родственники десницы, а также жена, дочь и внуки. Аналогично сделали и с близкими Арвинда, включая его помощников и заместителей, таких как Демей. Пока что их поместили на верхние этажи подземелья Красного Замка, под надёжную охрану.

Многочисленных «Алых Плащей», «Небесную стражу» и «Небесных братьев», где мирно, а где не очень, задержали, а после отравили в переполненные казематы.

Работы было очень много, но принц пользовался элементом внезапности, так что у него практически не возникало осечек.

В дополнение ко всему, Орис был коронован. Всё произошло так быстро, ловко и без заморочек, что кто-то даже невольно посчитал подобное событие заранее спланированным. Вот только возраст самого принца, ставшего новым королём, уже позволял обходиться без опеки, так что никто не мог понять, кому подобное было выгодно? Убрать сразу короля и десницу?

Кто-то поглядывал на несвоевременно захворавшего Аррена, который активно конфликтовал с Ланнистером, кто-то утверждал, что «яд — оружие дорнийцев», но сам мастер над шептунами был, мягко говоря, в шоке, что мимо него прошла столь серьёзная ситуация.

— Я вас прощаю, лорд Мартелл, — с улыбкой сказал новый король прямо на своей коронации. — Но прошу, внимательнее относиться к своим обязанностям и уделять больше внимания слухам, а не борделям.

Это вызвало всеобщий смех. Людям нужно было прийти в себя, чтобы хоть как-то адекватно отреагировать на случившееся.

Но вот сам Оберин задумчиво хмурился. Ему казалось, что «что-то не так». Он даже заподозрил было ещё одного сильного игрока, но Арвинд Моустас отсутствовал в столице, а других, столь же серьёзных личностей, попросту не было. Все они были заранее задавлены, что Ланнистером, что Моустасом. Тогда «Красный Змей» написал своему брату, составив подробное письмо, расписав все свои выводы и подозрения.

«Доран умнее меня, глупо это отрицать. Да и в «силе» Моустаса тот не сомневается, ведь не зря же Арвинд дважды лечил его. Следовательно, сумеет связать всё воедино», — думал Оберин.

В это же время, пока народ, придворные и знать ещё не до конца смогли понять и подстроиться под ситуацию, юный Орис сполна воспользовался ей, играя на опережение. Он отдавал сотни приказов и целыми днями общался с самыми разными людьми да делегациями.

Тут были всевозможные лорды, купцы, даже иностранцы. Все спешно стекались в столицу и искали одобрение нового короля, который уже успел пожалеть, что не может разорваться, так много навалилось дел. Благо, что на всё у него был план. Там же, где плана не было, помогал Рглор, который с каждым днём и даже часом всё больше и больше раскрывался юному Баратеону.

В Утёс Кастерли было послано сообщение, где «Хранитель Запада, Джейме Ланнистер», вызывался в столицу, для проведения присяги и ответа за преступления отца.

— Десять миллионов золотых, в качестве компенсации, — зачитывал Орис приказ, среди всех своих лордов. — Дети его, а также всех его знаменосцев, в качестве заложников. А также предоставление временного доступа королевским войскам в крепости, названные «Золотые Когти», на проживание в течение пяти лет, и контроля региона.

Условия, мягко говоря, были неприемлемы и это понимали все. Но вместе с тем осознавали и положение Запада. Улики против Тайвина были весьма внушительны и даже если хотя бы часть из них была правдива, то «львам» нужно будет очень долго отмываться. Кроме того, остальные грандлорды давно «точили зуб» на слишком сильно возвысившийся Запад, который теперь остался в одиночку против всех. Слишком агрессивную политику они себе позволяли, слишком надеялись на своё влияние и контроль, верных людей и армию.

— Что они будут делать теперь? — перешёптывались лорды.

В Джейме Ланнистера, хоть он был уже взрослым и серьёзным мужчиной, никто не верил. Не было у него столь активного опыта, ни в военном деле, ни в интригах. Его жизнь была мягкой, полной довольства и сытости. В ней не было места для оттачивания навыков вырывания зубами кусков из горла своих врагов. А потому смотрели лишь на одну фигуру, оставшуюся на противоположной стороне доски. Однако, фигура эта внушала уважение, страх и трепет одним своим видом.

Непотопляемый Арвинд Моустас, человек, — нет, Бог! — который сокрушил абсолютно всех своих врагов. И вроде бы он остался один против всех, лишился денег «Золотого Банка», которые были изъяты предприимчивым Орисом, лишился чуть ли не всех шпионов и верных людей в столице, а его жена и дети находятся в заложниках, но…

Нет-нет, да кто-то из придворных боязненно косился вокруг, а иные невольно приглушали голос. Люди до сих пор опасались этого человека и не могли поверить, что такой юнец, как Орис Баратеон, пусть умный и хитрый, сможет противостоять легенде.

Король же лишь улыбался, глядя на них.

Вместе с тем готовились похороны Роберта Баратеона. Писались тысячи писем, приглашающих грандлордов и лордов в столицу. В них также напоминалось, что созыв войск остаётся в силе, хоть и было непонятно, зачем и почему. Но аристократы осознавали, что все ответы будут даны в столице и речь вряд ли идёт только про Север.

Из опасений за своё положение, большая часть отнеслась к словам новоявленного короля, уже успевшего показать свою силу, максимально осторожно. Они брали с собой не всех воинов, но многих. Во всяком случае, гораздо больше, чем планировали.

Писари работали без продыху, Орису требовалась максимальная гласность происходящих вокруг событий.

Вместе с тем, волны арестов не прекращались. Королевская Гавань тщательно чистилась от всех неугодных новой власти людей. Хватали купцов, стражников, наёмников, владельцев многих трактиров, борделей и прочих горожан. Аналогичным образом сумели захватить внушительное количество апостолов и столичных инквизиторов. Всех тех, кто так или иначе, работал с Моустасом.

«Хорошо, что сразу повязал ключевых помощников «Небесного Клинка» в Красном Замке», — подумал Орис. Он сумел захватить Демея и всю группу его людей. Катакомбы уже давно были переполнены, но вот-вот начнутся казни, так что король не переживал.

«Главное, удерживать баланс, — мысленно прикидывал парень. — Знать и простые горожане не должны меня бояться. Необходимо также избегать нападок религиозных фанатиков. Впрочем, пока у меня дети и жена Моустаса, он должен будет держать своих верующих в узде. А далее… уже будет не важно».

Жаль только, что новоявленный король захватил не всех ключевых лиц «Небесного Клинка». Далеко не всех. Многие видные деятели сумели скрыться, например Филипп Йордан, на которого Орис имел планы. Верховный Апостол мало того, что сбежал, так ещё и убил оставшихся в «Небесном Храме» колдунов. Это стоило предвидеть, но…

«За всем не уследишь», — вздыхал Баратеон. Его сила иногда могла по разному интерпретировать получаемые видения, что вызывало путаницу. Сам же Рглор сообщил ему, что нужно просто больше тренироваться и тогда всё будет получаться само собой.

Юный король собирался ни много ни мало показательно расправиться со своим врагом, вдоволь унизить Запад, а дальше, используя собранные войска и долженствующих вскоре присоединиться Таргариенов — с которыми он уже видел способ заключить союз, сокрушить армию Короля Ночи.