Меч с камнем. Том 2 (СИ) - Гадышев Дмитрий - Страница 24

— А вам хочется большего?

— Мне не хочется в отставку. У вас здесь в целом неплохо, но…

— С вашего разрешения, — сказал незнакомец, пересаживаясь в свободное кресло, — А если представить… теоретически… что появятся посты выше простого сенатора. Вы бы попытались занять один из них?

— Это зависит от прочих обстоятельств, — с бесстрастным выражением лица проговорил граф, — в том числе, что за посты и при каких условиях они появятся.

— Хмм… О да, ещё один нюанс. Вы сказали об отставке. Почему?

— Я, конечно, чужак. Но у меня есть все возможности изучать ваше общество, историю, культуру. Эта информационная сеть — гениальная штука. Если сосредоточиться на телепрограммах, можно прождать год, пока озвучат нужную тему. Если на книгах, срок сократится, только там тоже надо изначально знать, о чём спрашивать, а для чужака и это — задача не из лёгких. А в сети всего лишь по намёкам можно найти всё, что угодно. Так вот, за последнюю тысячу лет «лишний» шестнадцатый сенатор занимал свой пост сорок пять раз. Я — сорок шестой. Каждый раз этот человек выполнял или не выполнял свою задачу, после чего уходил с поста, и сенаторов снова становилось ровно пятнадцать человек. И здесь нюанс — обычно шестнадцатый сенатор являлся неким аристократом, ему было куда возвращаться. У меня же нет связей и имущества. Уйдя в отставку, мне придётся искать работу и жильё.

— Ага, я понял. Здесь вы несколько не правы, монсоэро. Насколько мне известно, будет создаваться новая отрасль промышленности, и вам искать работу не придётся. Однако, вы считаете, что достойны большего.

Роб-Рой промолчал.

— Извините, монсоэро сенатор, забыл представиться. Меня зовут Стерк Вэстервиль, имею честь состоять в гвардии Его Величества в чине капитана. Мы давно наблюдаем за вами. Вы, хотя и новый человек в нашей стране, честолюбивы и умны, а в наше время это стоит дорого.

— «Мы» — это кто?

— Наша партия. Я предлагаю поехать в более надёжное место и там обсудить этот вопрос.

— Что за партия?

— Там я всё расскажу. Идёмте. Причины поехать со мной у вас есть, поверьте!

— Могу я узнать, что за причины?

— Наша партия хочет предложить вам вступить в её ряды, — Стерк понизил голос, — а также власть. Ничем не ограниченную. Всё, ни слова больше здесь. Или вы едете со мной, или катитесь к дьяволу. Без поддержки вам всё равно ничего не добиться.

Роб-Рой машинально коснулся рукой кобуры с пистолетом. Он предпочёл привычное оружие, широко распространённое в империи Син. Бластер с высокой огневой мощью и массой ограничений в применении приобрёл эт Дрейвер, для поддержки, он не так хорошо стрелял из стрелкового оружия, как пилотировал.

Граф кивнул, соглашаясь, и они направились к машине Стерка, находившейся на стоянке возле ресторана. Серый «феллерин» отвёз их к приземистому зданию на окраине города. Быстро оглядевшись, Стерк вышел из машины и направился ко входу, инопланетники последовали за ним.

— Здесь мы можем абсолютно спокойно поговорить, — заявил капитан, когда они вошли в небольшую комнатушку на первом этаже.

— Почему вы так уверены?

— Здесь, так сказать, штаб-квартира нашей партии. Она — одна из значимых сил в обществе, хоть и находится в оппозиции императору. Партией управляют несколько человек, в число который вхожу я, на мне — силовой блок. Несколько месяцев назад у нас был сбор… Который показал, что… В общем, передрались, — он усмехнулся, — нам нужен лидер, компромиссная фигура, которая примирит враждующие стороны и не даст развалиться организации. Мы решили предложить эту роль вам, монсоэро.

— За что такая честь? — с сарказмом произнёс Роб-Рой.

— Я же сказал, мы давно присматриваемся. Вы — прирождённый политик верхних эшелонов власти, кем, вероятно, и были на своей родине, к тому же, новый человек в нашей стране. У вас пока нет политических противников и противников вообще. Именно такой человек нам и нужен. Меньше дрязг, больше дела.

— Допустим. А чего вы ждёте от меня взамен?

— Схема проста — вы становитесь императором, мы — правящей партией. Главная цель — сохранить монархию, в ней наша сила, и именно на этой почве у нас резкое расхождение с курсом на Реконструкцию.

— Здесь есть нюанс. Занять трон мы сможем только после завершения Реконструкции. И это будет уже не монархический трон.

— Ну, насколько я понял, вы решили не останавливаться ни перед чем?

— То есть, вы намереваетесь совершить государственный переворот?

— А иначе никак не получится. У нынешней политики в стране очень много противников, причём есть довольно могущественные, просто вы пока не получили возможность этого заметить. Сложившейся ситуацией мы можем воспользоваться. Или вы чистоплюй?

Роб-Рой и эт Дрейвер быстро переглянулись. Страшный удар в челюсть поверг Стерка на пол. Когда он с проклятиями поднялся, вытирая кровь с разбитых губ, на него уже смотрел холодный ствол пистолета.

— Я… согласен стать лидером вашей организации. На своих условиях.

Эт Дрейвер открыл дверь, держа бластер наготове, и быстро выглянул в коридор. Никого.

— Сколько у вас… э… руководителей?

— Какого чёрта?..

— Уже лучше, — усмехнулся Роб-Рой, — правило номер раз: не стоит вываливать всю информацию непроверенному человеку. Так сколько?

— Пятеро вместе со мной.

— Эти четверо из партии должны уйти. Ты ведь во главе боевой организации стоишь?

— Да.

Стерк достал из кармана платок и принялся вытирать кровь. Брыкаться он не пытался, может, увидел в глазах держащего его на прицеле сенатора решимость. А пули обычного пистолета на таком расстоянии не менее смертоносны.

— Правило номер два: заслужил — получил, — сказал Роб-Рой, — нечего затаивать на меня обиду. Я наведу порядок в вашей партии и научу её, как надо работать. Только тогда она сможет стать настоящей, а не «достаточной» силой.

Капитан неожиданно посмотрел на него с уважением.

— Мне нужно поговорить с человеком, знающим все местные политические условия. В том числе, не заметные на первый взгляд.

— Это один из первых пунктов нашего плана. Найдите во дворце Ротхема, одного из придворных, он введёт вас в курс.

— Член вашей… теперь — нашей партии?

— Нет. Странно, что вы о нём не слышали. Его знает весь дворец и свет столицы.

— Я не вхож в свет. Пока.

Стерк проворчал что-то неопределённое.

— Как нам найти этого Ротхема?

— Он живёт во дворце императора. Спросите кого-нибудь из придворных, вас проводят.

— Хорошо. Пойдёмте, лейтенант.

— Я отвезу вас во дворец!

— Правило номер три, не всегда стоит показывать, что кто-то с кем-то связан, — обернувшись, сказал эт Дрейвер, — нам лучше добраться раздельно.

Автобусная линия здесь не проходила, сенатор поймал такси, заметив при этом, что нашёл несравненно более удобный вид транспорта. Шофер узнал Роб-Роя, как он объяснил, его сын пытался пройти отбор в слушатели лётных курсов и не попал, оказался слабоват в математике. В беседе время пролетело незаметно, вскоре инопланетники оказались возле дворца императора. Водитель отказался от платы, взамен получив обещание выслушать его сына лично сенатором.

В холле первым им встретился дворецкий, он рассказал, как найти Ротхема, но при этом посмотрел на них с каким-то странным выражением лица.

Ротхем оказался довольно пожилым человеком, в волосах пробивалась седина, а лицо было испещрено морщинами. Но при всём этом в нём не было ни капли солидности и уверенности в себе, — маленькие, хитро прищуренные глазки всё время бегали, в голосе слышалась вкрадчивость, а в облике — подобострастие. Желтоватое лицо выдавало плохо работающую печень, что было неудивительно, ещё не минул полдень, а от царедворца уже разило спиртным.

«Вот мерзкий субъект», — подумал Роб-Рой, а эт Дрейвер сразу понял причину удивления дворецкого. Однако, при всех внешних недостатках Ротхема, он имел и чрезвычайно полезные качества, — обладал умом и чутьём на события в стране, знал все дворцовые сплетни, все слухи, в лицо — всю высшую власть и военное руководство. При этом он умел быть достаточно надменным при обращении с нижестоящими. Солдаты его не любили, слуги боялись, высокопоставленные офицеры презирали, а император держал в качестве неофициального советника, ибо только от этого человека можно было достоверно знать о настроениях, как в столице, так и среди верхушки власти.