Меч с камнем. Том 2 (СИ) - Гадышев Дмитрий - Страница 21

По приглашению дворецкого Роб-Рой, эт Дрейвер и Магон расположились в креслах в первом ряду. Управляющий удалился, встретившись в дверях с человеком в чёрном плаще, с широким серебристым поясом. Он был высок, широк в плечах и выглядел могучим и очень сильным, ничуть не уступая Роб-Рою. В его лице просматривались тонкие аристократичные черты, оно прямо-таки дышало благородством и фамильной гордостью.

— Граф Рест Аурей, двоюродный брат императора, — представился этот человек, — правитель подойдет через пять минут. Я буду непосредственно связан с вашей исследовательской программой.

Роб-Рой поднялся с места, чем вызвал одобрительную улыбку Магона Марка, представил графу своих спутников и поздоровался по местному обычаю, — крепким рукопожатием, глядя ему прямо в глаза. Этот здоровяк ему в целом понравился, в нём чувствовалась не только физическая, но и большая душевная сила и мужество. Если верить негласной «табели о рангах», черты которой уже обрисовывались по мере поступления информации, он принадлежал к первой семье в «списке десяти», имел солидный запас прочности и капитал влияния. Однако, первая семья была достаточно малочисленна, что указывало на начинающуюся слабость. Опальный граф Второй планеты метрополии империи Син находил слабости и у людей посильнее…

Из висевшего над дверью динамика раздался звучный, хорошо поставленный голос глашатая:

— Император Империального Союза Свободных Республик, его величество Аурей Восемнадцатый.

В тронный зал через открытую стражниками дверь вошёл император. Это был пожилой, седовласый человек, привыкший повелевать, о чём говорило суровое и властное лицо, вместе с тем умный и мудрый. Все эти качества явственно чувствовались в его манере держать себя и проникновенной речи. К тому времени он уже потерял вторую жену, что отразилось в глубокой морщине, прорезавшей чистый и белый породистый лоб, — воспитание и традиции македониан заставляют их намного глубже нас переживать такие потери.

После неё остались двое детей, единственная отрада и воспоминание об утраченной любви, которые хоть как-то смягчали боль потери. Ребёнок его первой жены, не его ребенок, но которого он любил, как родного, находился на поверхности, вместе с отцом, несмотря на благоволение императора, — он позволил бы вернуться им обоим, так как сам пережил слишком много. Роб-Рою, конечно, детали тогда не были известны.

— Я пригласил вас, экмонсоэро, чтобы поговорить о вас и о вашей родине. Мне интересно всё, так же, как и вам. Надеюсь, беседа сегодня будет продуктивной и полезной. Насколько меня успели проинформировать, вы в целом согласны на сотрудничество в области покорения Космоса?

Обычный голос, обычный для человека, который всю свою жизнь вёл дипломатические переговоры. Роб-Рой почувствовал подвох — владыка несколько удивлён, что пришельцы из иного мира согласны построить корабли и оружие, которые, может статься, будут использованы против своих. «С ним надо держать ухо востро», — подумал он.

— Да, конечно, монсоэро император, — проговорил он вслух, — у нас нет абсолютно никаких причин отказываться от сотрудничества.

— Тогда предлагаю построить разговор так — вы рассказываете о своём государстве, может быть, я задам пару вопросов по ходу дела, затем я рассказываю о своих планах на будущее относительно вас, и мы обмениваемся своими соображениями. Идет?

— Хорошо, ваше величество.

— Что ж, расскажите, каким образом вы попали сюда, а затем немного — о своих технологических достижениях.

— Я был управляющим континентальными делами Второй планеты метрополии империи Син, это официальная должность, и незадолго до событий получил наследственный титул графа, с поместьем и территорией. Под метрополией мы понимаем две наши материнские планеты в системе звезды Син, на которых когда-то была создана Творцами Цивилизаций наша раса.

— Я так понял, кроме метрополии, у вас есть и колонии?

— Не совсем колонии… Они называются «союзные планеты». Их пять, — Рокх, Карфагия, Зейонс, Процион и Ангрон. На них до нашего прихода присутствовали свои цивилизации, которые потом примкнули к нам.

— Именно они к вам?

— Да. Все они, кроме Зейонса, на момент контакта были достаточно развиты, чтобы выходить в Космос, но недостаточно, чтобы летать между звёзд. Благодаря Творцам, у нас был более совершенный технический уровень. Они все приняли правильное решение, несмотря на некоторые трения в процессе контакта.

— Я бы хотел, чтобы вы подготовили в свободное время доклад об истории присоединения союзных планет метрополией. Какой уровень развития был у упомянутых планет, какие были вопросы и, как вы выразились, трения в процессе. Для вас это просто история, для нас же — ценная информация сразу в двух областях, дипломатии и ксенологии.

— Я подготовлю доклад, ваше величество, — сказал Гредж.

— Хорошо. Продолжайте.

— У меня было два младших брата, один из которых, Ларрен, являлся лидером одного из пиратских кланов Южного Сектора. Предвидя ваши уточняющие вопросы, сделаю отступление. Южный Сектор — общее название пустых секторов пространства южнее метрополии империи. Там нет пригодных для жизни планет, есть много разных мёртвых космических объектов — планетоиды, астероидные поля, необитаемые системы. Сектор огромен, но зацепиться там не за что. Где есть возможность нормального снабжения, там ведутся разработки газов, льда и полезных ископаемых. В остальном пространстве официальных баз и колоний империи нет. Там властвуют пиратские кланы — изгои, беглецы, преступники и прочий народ. Империя как бы ведёт с ними войну, на самом деле проворачивая незаконные сделки, испытания и так далее. Многие значимые люди в доле доходов с этой «войны».

— Ничего личного, просто бизнес, — понимающе кивнул император.

— Хорошая поговорка. Напрямую с кланом брата я дел не имел…

Брови императора подпрыгнули.

— Могу честно сказать, я действительно не имел никаких дел с любым преступным элементом Южного Сектора, у меня репутация и всё такое. Ларрен мой брат, мы общались, конечно, в личном плане. Но, как и вы, мне не поверил и император Великий Дандар. Собственно, он ни о чём не спрашивал. Его заинтересовал клан Ларрена, и потому моя резиденция подверглась атаке правительственных сил. Безо всяких переговоров.

— Что конкретно заинтересовало моего коллегу, вы не знаете?

— Нет, — стараясь изо всех сил держаться в прежней манере разговора, сказал опальный граф, — может быть, люди брата нашли какое-нибудь месторождение чрезвычайно редких элементов. Мой титул достался не по наследству, зато я смог бы передать его детям. Видимо, его ценность была не так велика, как то, что…

— Хорошо, я понял. Продолжайте.

Роб-Рой не смог прочесть по лицу Аурея Восемнадцатого, уловил ли тот колебание или нет. Потому продолжал в том же духе.

— После нападения у меня было немного вариантов. И все они имели общую черту — в любом случае покинуть территорию империи вместе с людьми, которые на меня работали.

— Мне стал понятен ваш мотив, и это важно, — кивнул император, — сколько людей ушло вместе с вами?

— Экипажи и некоторые члены их семей, на шести кораблях. В общей сложности около пяти тысяч человек.

— И вы вдвоём — все, кто остались?

— Да. Нас преследовали, мы дрались. Потому, собственно, и попали в вашу систему, из-за повреждённого гиперпривода.

— Что-то очень ценное нашёл этот Ларрен, как думаешь, Рест?

— Что-то уровня планеты с атмосферой, благодаря которой всё же появилась возможность зацепиться в Южном Секторе и потеснить пиратскую вольницу, — кивнул тот.

— Ваш брат, граф… Сможет найти вас?

— Он погиб. В вашу систему мы летели на его корабле, на нём же садились на планету. Весь мой флот к тому моменту уже был потерян. Выжившие эвакуировались на крейсер брата, в том числе и мы.

— А второй брат?..

— Джарк погиб в самом начале, при штурме резиденции. Я сам не видел, сообщили по коммуникатору.

— Вы допускаете, что он мог остаться в живых?