Торговец душами (СИ) - Морозова Мария - Страница 2

Чутье вояки, да еще и мага, дорого стоило. Поэтому я медленно кивнула:

– Буду иметь в виду, лен Алвус. Спасибо.

Чаще всего на вызовы я ездила на личном транспорте. Моя приземистая черно-красная машина, обозванная когда-то «Букашечкой», была небольшой, но быстрой и юркой. Идеально для пробок и парковок, а разъезжать по городу приходилось много. Только иногда, когда нужно было работать в «полях», я брала тяжелый гильдийский внедорожник. Но сегодняшний адрес был в самом Оксвиле, поэтому мне хватит и Букашечки.

Но вот предсказанные генералом неприятности начались еще в Малейне. Выезд на нужное мне шоссе находился на другой стороне Мальи, в районе, который назывался Левобережье, а это значило, что добираться до него предстояло через полгорода. Зная, что в одиннадцать утра машин в центре не должно быть много, я самонадеянно сунулась через мост королевы Анниты. И попала в пробку. Мост был старым, узким, а историки, признавшие его культурной ценностью, даже магам-инженерам не разрешали расширить полотно. Поэтому стабильно два раза в день, утром и вечером, тут случались заторы. А сегодня еще и почти в обед.

Включив навигатор, я поняла, что зря не сделала это раньше. Южный мост был закрыт на ремонт, а на мосту Освободителей случилась какая-то серьезная авария, поэтому бедной королеве Анните пришлось принять тройную нагрузку. Ну а мне – ругаться сквозь зубы и выруливать из пробки на какой-нибудь из мостов подальше.

Вообще у нас в Малейне было две реки и шесть мостов. Малья и Лейна сливались недалеко от центра, деля город на три части. Левобережье было самым старым районом. Там находился исторический центр, старые кварталы, три университета – медицинский, магический и инженерный, а еще множество разных управлений и ведомств. Правобережье начало застраиваться только лет сто пятьдесят назад. И за это время там выросли деловой центр, жилые районы из десяти– пятнадцатиэтажных домов, похожие друг на друга, как близнецы, и торговые комплексы. Ну а Междуречье осталось спокойным тихим местом, где уютно устроился заказник, на который я могла любоваться из своего окна, и несколько кварталов коттеджей.

Именно через Междуречье я и выехала. Но по закону подлости, собрала все светофоры, и оказалась на шоссе только после полудня. Еще почти три часа заняла дорога до Оксвила. Где он находится, я знала, но на въезде пришлось включить навигатор и вбить в него присланный Лаксом адрес. И уже после позднего обеда в небольшом симпатичной кафе я написала клиентам, чтобы выходили встречать.

Место, которое мне нужно было посмотреть, находилось недалеко от центра, в тихом районе, застроенном коттеджами. На перекрестке перед моим адресом маячила пожилая семейная пара, и я закономерно решила, что именно они-то мне и нужны.

Подъехав к перекрестку, я остановилась и вышла из машины.

– Лен и лена Норк? – дождавшись робкого кивка, представилась: – Сола Видар. По вашей заявке.

– Доброго дня, нейтор Видар, – немного боязливо поздоровался мужчина, пока его жена украдкой меня разглядывала.

Но это и не удивительно. Как всякий приличный Чистильщик, выглядела я эффектно. Мягкий корсет цвета запекшейся крови, удлиненный, отделанный кружевом жакет из черного шелка, широкий кожаный пояс, брюки в обтяжку и туфли на каблуках. Плюс макияж и артефакты. Обычного человека это могло ввести в ступор.

– Так что у вас случилось? – спросила я, поправляя кольца.

– Это наш дом, – женщина быстро пришла в себя и кивнула в сторону маленького коттеджа с двумя входами. – То есть, мы в нем не живем сами, а сдаем в аренду, уже лет десять. И с ним все всегда было нормально, даже жильцы попадались только самые приличные, но несколько месяцев назад начались проблемы. Ну, знаете… то одно сломается, то другое. Вроде починим, а оно еще больше ломается. Потом одна жиличка съехала, сказала, что ей в этом доме становится тяжело дышать и спать невозможно.

– Так и сказала?

– Да. А две недели назад и второй жилец убрался. Ну мы и подумали, что там что-то не так. Вызвали Чистильщика из нашей Гильдии, он подтвердил, да, Гниль. Ну и вот… приехали вы.

– Женщина где жила?

– В квартире «А».

– Понятно, – пробормотала я и протянула руку: – Ключи.

Спохватившись, лена Норк вытащила из сумочки ключи и аккуратно положила мне на ладонь.

– Прошу. От обеих квартир.

– Спасибо. Можете быть свободны. Когда закончу, напишу.

Старички покивали и засеменили в сторону центра. А я вернулась в машину. В Гнилых местах случалось всякое, и на зачистках Чистильщики предпочитали удобную одежду красивой. Поэтому в багажнике Букашечки всегда лежала простая немаркая куртка и ботинки на крепкой подошве.

Переодевшись, я взяла свой верный чемоданчик и отправилась работать. А войдя во двор и окинув взглядом серые пятна на тщательно отштукатуренных стенах, поняла: Гниль здесь и правда есть.

Наверное, такое явление, как Гниль, существовало примерно столько же, сколько существует наш мир. Мерзкая энергетическая субстанция, невидимая обычному человеческому глазу, просачивается с Той стороны, как капли воды просачиваются через прохудившиеся ботинки. Она медленно проникает к нам, собирается, накапливается и начинает портить все, к чему прикасается. Проявляется это совершенно по-разному. Дома и механизмы ломаются, приходят в упадок. Леса и поля гибнут, зарастая сорняками или превращаясь в вонючие болота. Живые существа начинают болеть, даже сходят с ума. Гниль как будто задалась целью превратить все вокруг себя в источник хаоса и запустения.

И ей бы уже давно удалось это сделать, если бы не Чистильщики – люди, наделенные способностью видеть, чувствовать и нейтрализовать Гниль. Такие, как я, не были магами в полном смысле этого слова, но умели делать то, что оказалось не под силу никому другому. Спасали наш мир от разрушения, как бы пафосно это ни звучало.

Сегодня моей целью был этот дом. Небольшой, очень симпатичный, с аккуратным палисадником и чистой, несмотря на отсутствие жильцов, дорожкой. Обычный человек, проходя мимо, мог подумать только что-то вроде «Ах, какое милое место». Но если ничего не сделать, таковым ему оставалось быть совсем недолго. Гниль постепенно расползется, проедая стены и фундамент посильнее тропических термитов, попортит траву и цветы, сведет с ума даже мелочь вроде мух и муравьев, а потом возьмется за соседей. Так что моя задача – этого не допустить.

Я внимательно присмотрелась к стенам, определяя, где этой гадости больше. Как ни странно, сильнее всего пятна прорывались на половине «Б», откуда жилец съезжал последним. Поэтому я выбрала левый вход, отперла дверь и шагнула в прихожую. Да-а-а, источник явно где-то внутри.

Гнили было много. Она проявлялась темными пятнами, похожими на плесень; черными, блестящими, как нефть, потеками; неприятным резким запахом, витавшим в воздухе. Обычный человек и даже самый сильный маг не заметил бы ничего странного, но Чистильщик видел все. Чем не повод для гордости?

Ладно, тешить самомнение буду потом. А пока работа.

Раскрыв все окна, чтобы вонь стала хоть немного слабее, я неторопливо и скрупулезно обошла весь дом и участок вокруг. Коттедж состоял из двух зеркально отраженных квартир-половин. На первом этаже каждой была маленькая прихожая и совмещенная с гостиной кухня. На втором – спальня, кладовая и санузел. Действительно, больше всего Гнили было на левой половине, там, где жил мужчина. Она пропитала все: стены, пол, мебель. Особенно много черных потеков было на кровати.

– И как ты здесь спал, друг дорогой? – пробормотала я, брезгливо возвращая на место покрывало.

Наверняка мужчину мучали кошмары, это как минимум. Только почему он так поздно решил поискать другое жилье? Терпел? Считал, что все нормально? Проверить бы, вдруг у него крыша уже давно съехала.

На «женской» половине Гнили оказалось в разы меньше. Она пропитала разделяющую квартиры стену и немного расползлась по полу в спальне, но больше ничего. Сад так вообще остался чист.