Хозяйка замка Эдвенч (СИ) - Ром Полина - Страница 43

Я ведь о нем почти ничего не знаю. Да, симпатичный мужик, даже не хам. Скуповат, но по-своему честен. Я вспомнила, как он велел похоронить Барб, и добавила еще один плюсик – добр. Возможно, у него таких плюсиков целая сотня, но это ведь не повод детей от него рожать!

Я злилась и на него, и на себя саму, допустившую подобное. Мне работать в замке еще не меньше двух с половиной лет, а я так все усложнила! Вот стоило оно того?! Хотя, конечно, целуется он божественно…

В комнате уже ждала горничная с огромным кувшином горячей воды и большой шайкой. Почему-то она прятала от меня глаза, как бы смущаясь, но ополоснуться, смыть с ног несколько полос засохшей крови и поменять одежду помогла быстро и ловко.

Свернула испорченную сорочку, вынесла воду, и все это молча, без привычного разговора. Дебби накрывала мне стол с утренним чаем, а я, чуть поразмыслив, спросила:

-- Что говорят слуги о моей ночи с бароном, Дебби?

Она смутилась и залепетала:

-- Госпожа Элиз, я… Я подумала… Там, на кухне… когда Итор прибежал и рассказывать начал… ну, Марта его заткнула сразу... А я подумала… Может, и не нужно мне было вмешиваться… А только я сказала, что врет он, и вы в спальне своей, как положено. И что спите уже, – она смотрела мне в глаза и, не понимая, как я отреагирую, продолжала: -- Вы, госпожа Элиз, уж не гневайтесь… Не знала я, как вам лучше будет! А только, если надобно, я всем скажу, что ошиблась, и у барона вы были всю ночь.

-- Дебби, я всю ночь пробыла в собственной спальне, – я серьезно смотрела ей в глаза и монотонно говорила: -- Как пришла вечером, так и уснула с ходу. Понятно?

Горничная с облегчением закивала головой, радуясь, что все угадала правильно.

-- Если кто-то из слуг начнет сплетничать, не спорь, пожалуйста. Ничего не подтверждай и не отрицай. Просто скажи мне. Договорились?

Дебби кивнула, соглашаясь, и робко улыбнулась мне:

-- И правильно, госпожа. Только…

-- Что, Дебби?

-- Сорочка, госпожа Элиз. В прачечную-то ее нельзя, сами понимаете. Да и…

-- Говори.

-- Простынь в господской спальне. Поменять бы нужно? – смущаясь спросила она.

От ее слов я начала прямо злиться на себя: вот же устроила на ровном месте кучу проблем! Это ведь не мой мир, где взрослая женщина после такого приключения улыбнулась бы и забыла через день этот случай.

У меня, за всю жизнь, было не так и много тех, с кем дело дошло до постели. Но то, что многие мои приятельницы иногда позволяли себе расслабиться таким образом, я прекрасно знала. И никогда их не осуждала – взрослая женщина сама вправе решать, где и с кем спать. Но здесь-то все иное -- и мораль, и последствия таких поступков!

Остаток раннего утра ушел на то, чтобы подстеречь, пока все слуги уйдут на завтрак, отправить Дебби в комнату к барону и дождаться ее.

-- Ну, что?!

-- Поменяла, никто и не видел.

-- А барон… Он что-то сказал?

-- Нет, госпожа Элиз. Даже не рассердился, что я его разбудила. Да он вроде бы уже и не спал. Потягиваться изволил. Как увидел меня с простыней, сам сорочку накинул и с кровати встал. Пока меняла, улыбался только и насвистывал что-то.

-- Спасибо тебе, Дебби! Спасибо. Я добро помнить умею.

Немного поразмышляв, к завтраку я решила не спускаться. Есть все равно не хотелось, а горничная из-за меня и так голодной осталась, потому я отправила ее на кухню, а сама уселась за стол и занялась бумагами.

Благодаря доброте и сообразительности служанки рядом со мной остался большой кувшин чуть теплого чая с медом и кислицей, так что я вскоре почувствовала себя совсем нормально.

Мне предстояло приготовиться к обеду. Лорд Стортон все еще в замке. Надеюсь, у барона хватит порядочности не хвастаться своей победой. Иначе у меня реально могут быть серьезные проблемы: в этом мире репутация падшей женщины способна серьезно отравить жизнь. Я еще раз вздохнула, вспомнив, как целуется барон, потом решительно тряхнула головой и погрузилась в счета.

К обеду я собиралась, как на битву. Самое главное, держать покерфейс что бы ни случилось. Я не слишком представляла, как поведет себя барон Хоггер, и на всякий случай готовилась к худшему.

К тому, что я замечу гнусную ухмылку мадам Аделаиды и любопытный взгляд лорда Стортона. К тому, что барон позволит себе что-то лишнее, желая подтвердить свои права на мое тело…

-- О, леди Элиз, жаль, что вас не было за завтраком, – Стортон был, как всегда, любезен и вежлив.

Я пристально вглядывалась в него, но никакой «масленности» ни в мимике, ни в словах не почувствовала. Мадам Аделаида тоже кивнула мне вполне равнодушно. Барон задерживался, а лорд Стортон продолжал:

-- Скажите, леди Элиз, как скоро вы управитесь с делами? Утром Генри сказал, что ближайшие дни не сможет отпустить вас ко мне: вы чем-то сильно заняты. Теперь я не могу решить, дожидаться ли вас здесь или все же ехать домой…

Ответить я не успела, вмешался вошедший барон Хоггер:

-- Берт, ты всегда желанный гость в моем доме, но госпожу Элиз я привезу к тебе сам, через несколько дней. Хочешь, оставайся, поедем вместе.

-- Нет, Генри. Раз так, вернусь один. Хоть прослежу, чтобы к вашему приезду протопили все, что можно. Тем более, я же не знал, что ты захочешь сам навестить меня. Кстати, отличная идея! У меня в погребе стоит небольшой бочонок того самого вина из Бордо, что прославил Адели в поэме*. Твой приезд будет прекрасным поводом открыть его!

Обед прошел довольно спокойно, мужчины обсуждали предстоящий ремонт оружия, барон посетовал, что придется заменить несколько коней. Лорд Стортон, довольный дележом добычи, попросил у барона пару телег.

-- Можешь, конечно, и сам привезти позднее, но есть ли смысл разгружать, а потом снова загружать повозки?

-- Только не слишком задерживай. Через несколько дней я поеду собирать раненых.

Я насторожилась: раненые? Оказалось, что бойцов оставили в деревне, просто не рискнули везти. Некоторые из них были на грани…

-- Кстати, госпожа Элиз, что у нас с лекарем?

-- Ничего хорошего, господин барон, – ответила я.

-- Арс говорил, что однажды бродячий лекарь приходил в замок, но вы не велели его оставлять. Почему?

Я чуть не фыркнула. Назвать лекарем грязнулю с черными руками и десятком флаконов в холщовой сумке мог только наивный мечтатель. Действительно, приходил такой еще перед Рождеством. Хорошо, что я вовремя увидела, что он собирается вскрывать нарыв на пятке лакея ржавым ножом. Этого мало. На мое возмущение «лекарь» заявил:

-- Вы, прекрасная леди, даже и смотреть на такое не должны! Это – дело мужчин, а не нежной барышни. Но ежели вы так возражаете, – он задумчиво покосился на распухшую пятку лежащего на животе лакея, – ну, можно свеженького навозцу привязать к болячке, ежели желаете.

Я не желала, потому шарлатан отправился восвояси, а лакею я велела не дергаться. На пятке была явно видимая здоровая заноза, которую этот разгильдяй просто не потрудился выдернуть.