Хозяйка замка Эдвенч (СИ) - Ром Полина - Страница 12

Кони неторопливо и аккуратно ступали по смерзмерзшейся комками земле, идя бок о бок. Гнать здесь не стоило, хотя подковы с шипами и оберегали животных. За ними, также спокойно переговариваясь, ехала охрана и несколько телег с возчиками: часть запасов барон решил закупить в Вольнорке. Всадники негромко беседовали о насущном:

-- А то бы оставался… -- барон Хоггер вопросительно глянул на приятеля.

Берт много лет был в отряде его правой рукой, одним из тех, кто остался на службе вместе с Генри у марджара Арханджи. Не раз им случалось защищать друг друга в бою. Лучшего капитана барон себе и не мечтал заполучить.

Конечно, в отряде были только люди, которым Генри доверял полностью, но командовать мог далеко не каждый. Что, например, взять с Джона Ленса? Прекрасный рубака, надежный и преданный, кто бы спорил, да только большим умом никогда не отличался. На него всегда можно положиться, он ни разу не подвел, но даже читать карту не умеет, да и вообще читать. Зато всегда выполнит то, что прикажут. Где бы еще найти того, кто приказывать умеет?

А Берт – это совсем другая стать. Все же он – пусть и не титулованный, но – дворянин. То есть, такой же точно, каким был и сам барон Генри несколько месяцев назад. Образован неплохо, умен, почти не пьет. И вот сейчас, когда у Генри появились собственные земли и срочно требовался капитан замковой охраны, Берт окончательно решил оставить службу. Это было досадно, потому барон не оставлял попыток уговорить приятеля, хотя уже понимал бесплодность таких бесед.

-- Нет, твоя светлость, уволь, – улыбнулся Берт. – Наслужился я от души. А вот выкупить у твоих соседей небольшую деревеньку, да и остаться там – это дело по мне. Не зря же я ездил на той неделе к Беркоттам. Прямо на границе с твоими землями и останусь. День пути только. Найму кухарку, пару слуг и заживу спокойно. Навоевался уже, пора и о семье подумать. Будем ездить друг к другу в гости. Ну, и поможем один другому, если вдруг что…

Генри потуже затянул под горлом ремешок плаща: холодный ветер пробирал до костей, и снова вернулся к своей проблеме.

-- Как думаешь, кого лучше поставить? Арса или Дункана?

-- Тут и думать нечего, конечно, Арса.

Этот ответ вполне совпадал с собственными мыслями Генри, но он решил уточнить:

-- Почему его?

-- Несколько причин, – хитровато улыбнулся Берт. – Во-первых он моложе, но опытнее. Вспомни, это же он тогда предложил впереди каравана разведку пустить, хотя старший и возражал. Помнишь, чем кончилось?! Во-вторых на отдыхе реже пьет, а это дорогого стоит. Ну и грамоту знает, читать-считать обучен. Мало ли – записку или донесение передать – он справится.

-- Все?

-- Ан нет, – улыбка Берта стала совсем уж лукавой. – Дункана я с собой заберу! Вот теперь – всё! – не выдержав, рассмеялся он. – Да не злись, я его одного уговорил!

-- Ах ты ж… -- Генри нахмурился, но не смог удержаться и тоже засмеялся. – Когда и успел уломать?!

-- Мне ведь охрана тоже нужна, сам понимаешь. Бойцов я наберу, вместе с тобой наберу, – поправился он. – А вот доверить их смогу только кому-то своему. Земель у меня чуть, большой отряд не прокормлю, но должен быть хоть кто-то один…

Он не закончил речь, но Генри понимающе кивнул: честных и преданных людей не так и много. Это он и сам прекрасно знал. Он даже не злился на хитрована – Берт не наглел, сманил на службу только одного человека. Его тоже можно понять.

-- Ладно, расскажи лучше, что там, у тебя на землях.

-- Если пойдешь свидетелем сделки, – серьезно сказал Берт, – расскажу.

Генрих кивнул, соглашаясь. Теперь он понимал, почему Берт, сперва не желающий никуда ехать, согласился вдруг прокатиться в Вольнорк: такие бумаги лучше оформлять в герцогской канцелярии, дабы избежать потом споров и судов с наследниками.

-- Там небольшое село. Я прошелся, посмотрел: семьдесят два дома, пашни, сады. Сады старые, придется омолаживать.

-- А дом?

-- Башня. Не совсем развалина, но старая очень. Оттуда баронство и начиналось, так что крепкая еще – на века строили. Казарму вот для бойцов придется самому возводить, но тут уж ничего не поделаешь. Через пару лет, как немного на ноги встану, хамам поставлю и женюсь.

-- Хорошие планы. Только ведь народу-то для безбедной жизни маловато, вроде бы?

-- А вот тут я еще подумаю. Может, овец начну разводить или сыроварню поставлю. Сейчас земли мерзлые, но староста говорил, что господский луг большое стадо не прокормит. Смотреть нужно по весне будет.

До города добрались без происшествий, но первый же трактирщик заломил такую цену, что они только переглянулись, и решили ночевать у костра, за воротами города – этак и разорится недолго при таких-то ценах. Благо, что с собой были и палатки, и попоны для коней, да и настоящих морозов еще не случилось.

Рынок Вольнорка встретил приятелей шумом и гамом, бесконечные ряды свежей рыбы упирались в загоны орущей живности. Под ногами скрипел песок и нужно было внимательно наблюдать, чтобы не вляпаться в лепешку навоза. Телеги оставили за воротами рынка и пустились по рядам, выясняя, где продают прислугу.

Генри, недовольно морщась, отсчитал несколько золотых в руки Томаса, сына разорившегося купца. Отец парня торговал скотом, и доверить покупку коров ему вполне можно было – разбирался с детства.

-- Смотри, Том, внимательнее – ворья здесь хватает. И возьми с собой пару ребят: все поспокойнее будет.

Томас понятливо кивнул, слушая поручение.

-- Значит, как я и говорил – пару хороших коров, молочных. Свиней я и у себя выкуплю, а вот овец лучше здесь посмотреть. Если цена подойдет, бери на мясо, а то зимой оголодаем. Ну и если несушки добрые будут, возьми.

Пришлось разделиться – так выйдет быстрее. Рабский рынок был относительно невелик, да и по сравнению с другими рядами здесь было почти тихо. Несколько покупателей бродили в длинном холодном сарае, выбирая себе людей и негромко разговаривая с продавцами.

Иногда громко взвизгивала высокая дама, укутанная в дорогой атласный плащ с меховым подбоем. Ее сопровождали горничная и два лакея. Возмущалась она ценой:

-- За такую заморенную девку вы, почтенный, просите как за добрую служанку! Это ведь деревенщину вашу еще обучать всему придется!

-- Вы, почтенная госпожа, учтите то, что сумма-то долга у семьи немалая. Этак она у вас всю жизнь и прослужит. Всяко, это выгоднее, чем вы вольную возьмете в дом, обучите, а она и сбежит от вас через год-другой, – солидно басил торговец.

Девушка, о которой шла речь, типичная селянка, куталась в штопанную шаль, испуганно переводя взгляд со своего продавца на крикливую госпожу.

Дама недовольно фыркнула и отошла. За ней следом отправились лакеи и пожилая горничная. Стало видно следующего торговца.

Недалеко от этой группы, у поручня, за который прикреплена была длинная цепь, идущая к ноге селянки, топталась пышнотелая тетка, за спиной которой жалась костлявая девица в нелепом чепце. Там же стояли на продажу три достаточно прилично одетых красотки. Возле них отирался пожилой, добротно одетый купец.

-- Повариху бы мне, почтенный, повариху бы… -- гудел он солидным басом.

-- Вот, извольте, – невысокий жирный мужичок кивнул на толстуху. – Отличная повариха, из самой Франкии! Сами изволите знать, как там готовить умеют! А она много лет в баронском замке работала, так что опытная и еще не старая.

Купец смотрел на кухарку, поджимал губы и морщился, невольно возвращаясь взглядом к симпатичным девицам. Продавец, заметив это, начал нахваливать товар:

-- Горожанки, почтеннейший. Все из Франкии, молодые и здоровые. А красоты какой – сами видите!

-- Кухарку бы мне… -- уже не так уверенно повторил купец.

-- А много ли народу в вашем доме, почтенный? – неожиданно вмешалась одна из тех самых девиц.

Купец глянул на говорившую и разулыбался – симпатичная, даже очень, этакая полукровка цыганская – яркая, красногубая, черноглазая. А девица зачастила: