Кавказ: земля и кровь. Россия в Кавказской войне XIX века - Гордин Яков Аркадьевич - Страница 67

Первоначальное устройство Военно-Грузинской дороги.

Поездки генерал-поручика Павла Потемкина в Грузию и беспрерывные сношения России с этим царством побудили основать в 1784 году по дороге от Моздока до Кавказских гор небольшие ретраншаменты и крепость Владикавказ, с тою целью, чтобы сообщение с Закавказом обезопасить от нападения горцев, которые чрезвычайно затрудняли наши сношения, производившиеся не иначе, как посредством сильного отряда с орудиями. Хотя сии сношения и дорога были оставлены в течение 16 лет, но в 1800 году, когда Грузия поступила в совершенное подданство России, она опять возобновлена и на протяжении между Моздоком и Владикавказом построены редуты: Константиновский и Елизаветинский, а крепость Владикавказская возобновлена и увеличена. Таким только ненадежным путем Закавказские владения соединялись с Кавказскою линиею.

Заключение.

Итак, царствование Екатерины II ознаменовано постоянными успехами на Кавказе. В 93-м году образовалась Кавказская линия от Кизляра до Азовского моря, на протяжении 900 верст; на ней построено шесть крепостей и множество укреплений; поселено 8 казачьих полков и многочисленное русское народонаселение. Весь кубанский край до Тамани покорен; караногайцы, едишкульцы, джамбулуки, наврузы и кубанские ногаи смирились и приняли подданство.

Таким образом, твердо утвердившись у предгория Кавказа, мы стали к нему грудью, и, обеспечив спокойствие границ империи, нам оставалось бы укрепить эту линию еще сильнее; покровительствовать горцев от чужеземного порабощения; вступить с ними, как с соседями, в мирные и торговые сношения и иметь Кавказ с его многочисленным и воинственным народонаселением барьерою против Азии. Но силою самих обстоятельств мы увлечены за Кавказ; покоряем Дербент, Кубу, Баку, Ганжу и спасаем Грузию, порабощенную игу изуверов, а с этим вместе последнее, слабое христианство в Азии, доблестно боровшееся несколько веков с могуществом мусульманским.

С этой минуты мы начинаем войну уже собственно с кавказскими народами, ибо покорение их для спокойного и надежного обладания Закавказским краем соделывается существенною необходимостью. До этой же эпохи мы на Кавказе боролись не собственно с горцами, но с могущественною в то время Турциею и Персиею, вытесняя магометанство за пределы Европы.

Обращение всех способов на Закавказский край в продолжение первых 14 лет 19-го столетия.

С присоединением Грузии, как мы видели, покорение Закавказского края для упрочения нашего там владычества сделалось первостепенною надобностью. А потому на это употреблены были все способы Кавказского корпуса; на Кавказской же линии наступательные действия приостановлены, и она по малочисленности своего народонаселения, не имея возможности противустоять горцам без постороннего пособия, — поддерживалась только регулярными войсками в такой степени, сколько для обороны ее, по крайней необходимости, нужно было. Усилить же эти способы правительство, вероятно, не находилось в возможности, имея в них более надобности в других местах, куда привлекалось все его внимание важными политическими переворотами, в то время в Европе происходившими[108].

Первые 14 лет 19-го столетия ознаменованы за Кавказом блестящими успехами и знаменитыми победами.

С 1800 по 1814 год покорены: Елисуйское владение, Джарская область, Шурагель, ханства: Ганжинское, Нухинское, Карабахское, Ширванское, Дербентское, Кубинское и Талышинское; княжества: Мингрелия, Имеретия, Гурия и Абхазия.

Состояние Кавказской линии в 1815 году.

В это время Кавказская линия оставалась почти в том же положении, как она была в 1794 году, только между Тереком и Кубанью она немного подвинута, а в некоторых местах построены незначительные укрепления для вящего охранения границ, и между станциями Кубанского полка и Черноморскими казаками поселен в 1805 году Кавказский казачий полк, составившийся из Екатеринославского войска. Но вообще все укрепления на линии пришли в расстройство.

Последствия от устройства Кавказской линии.

Не менее того Кавказская линия со всеми своими недостатками, происходящими частию от обстоятельств, частию от неспособности тех, кои устраивали оную, и более от неспособности частных начальников, что с кордонною системою неразлучно, несмотря на все сие, устройство этой линии много уже послужило к обузданию кавказских народов. Хищничества их не так часто повторялись; набеги не простирались так далеко, как прежде, и ограничивались по большей части крайней полосою. Это дало возможность поселить в Кавказской области значительное число русских крестьян, обращенных впоследствии в казаков. Караногайцы, эджанские и джамбулуковские ногайцы, кочующие от Кизляра до Ставрополя и оставшиеся таким образом внутри линии, были прежде столько же хищны, как чеченцы, кабардинцы и другие кавказские народы. Теперь они сделались совершенно мирными жителями, занимаются особенно скотоводством и несут значительную повинность, развозя для войск провиант с Серебряковской пристани на Каспийском море. Теперь из них редко можно увидеть вооруженного. Ногайцы, живущие по Колаусу и около Бештовых гор, хотя носят оружие, но в хищничествах не бывают; даже один из их аулов обращен в казаков и причислен к Волжскому полку.

Положение кавказских народов в 1815 году.

Осетины, кабардинцы, чеченцы, дагестанцы и закубанцы в продолжение этого периода производили набеги многочисленными партиями и тревожили наши границы. Чеченцы были самые беспокойные из всех соседей. Не только в наших границах по Тереку и по Военно-Грузинской дороге производили свои хищничества, но распространяли их между соседними им кавказскими племенами, особливо между кумыками, так что кумыкские князья в собственных своих владеньях уже не осмеливались ездить без чеченского проводника.

Все многочисленные лезгинские племена были вовсе непокорны и грабили в наших пределах.

Шамхал хотя признавал часть России, но был уже слишком слаб, чтобы противиться горцам, и его подвластные занимались хищничеством вместе с лезгинами, кумыками и чеченцами.

В остальной части Дагестана только были покорны Дербент и Куба, но ханства: Кюринское, Казакумыкское, Аварское, Мехтулинское; владения Уцмия, Майсуми и многочисленные вольные общества не признавали нашей власти.

На берегу Черного моря турки занимали: Поти, Анаклию, Сухум-Кале, Пицунду, Суджуп и Анапу. Горские племена, обитающие на южном скате Кавказа, были непокорны, исключая некоторых незначительных грузинских горных обществ, принадлежавших издавна грузинскому царству.

Абхазские владетели хотя в 1811 году признавали зависимость свою от России, но беспрерывные смуты и междуусобия, шаткое положение самих владетелей и сильное влияние на этот край Турции, занимавшей в то время, как выше упомянуто, Сухум-Кале, соделывали в этом углу навсегда влияние наше совершенно ничтожным.

Грузия разорялась с одной стороны лезгинами и джарцами, с другой набегами эриванских татар и ахалцихских турок в совокупности с тамошними лезгинами.

Военно-Грузинская дорога подвергалась беспрерывным нападениям хищников, и сообщение по ней производилось не иначе, как под сильным пехотным конвоем при орудиях.

Положение России на Кавказе и дальнейшие меры к покорению до 1826 года.

Таким образом, Кавказ был, так сказать, блокирован: с севера — Кавказскою линиею, с юга и востока — Закавказскими нашими владениями; оставалось бы стеснить его с запада, но там владычествовала еще Турция. Между тем Дагестан, Чечня и Кабарда находились в средине наших владений и сильно тревожили границы наши. По этим уважениям с 1817 года открыты противу этих племен наступательные действия.