Председатель 3 (СИ) - Нот Вай - Страница 52

— У нас даже комната есть небольшая, как раз для ребёнка. Если ты этого хочешь, то я полностью поддерживаю тебя.

— Ты точно не против заниматься его воспитанием?

— Нет, — уверенно ответила Мария, — я очень люблю детей. Если так подумать, мальчик он уже взрослый, его в школу отправить нужно, да он и сам знания новые получить не против. Будет чем заняться, такого не страшно без присмотра оставить.

Вместе с Марией мы направились к директрисе. Разговор выдался информативный, удалось узнать некоторые подробности жизни мальчика.

Сначала у ребёнка погиб отец, его Витя даже не помнит, а когда ему исполнилось семь, то болезнь унесла жизнь матери. Никого кроме бабушки у мальчика не осталось, но и той было уже за семьдесят. Прожив четыре безмятежных года, Витя снова потерял дорого человека, оставшись без каких-либо родственников. В такой ситуации выбора особо небыло — детский дом и всё тут. Его история поразительно напоминала жизнь настоящего Филатова, такой, какой показала мне его память. Он тоже воспитывался бабушкой, а потом детдом.

Что касается характера, директриса отметила спокойный нрав ребёнка, тягу к знаниям и дружелюбность.

Долго думать с Марией не стали. Женщина быстро принесла все необходимые документы. Уж для депутата, да ещё и в сопровождении жены, взять ребёнка из детского дома не очень трудно. Конечно, пришлось подождать пару дней, пока местный исполком вынесет решение, но тут тоже проблем не возникло.

Когда мы закончили с формальностями, воспитательница привела к нам Виктора. Мальчик буквально светился от счастья, а когда увидел меня, то и вовсе замер на месте от удивления.

— Вы меня усыновить решили? Правда?

— А что тут такого? Моей жене ты тоже понравился, вот мы вместе подумали и решили. Или ты сам не хочешь?

— Конечно же хочу! Очень хочу! Просто все знают, что взрослых не берут, точнее берут, но реже, чем малышей. Вот я и не надеялся уже, — поделился своими наблюдениями мальчуган, — но я не могу уйти.

— Как не можешь? — нахмурившись вмешалась директриса.

— Нужно книгу дяде Ване отдать, но его сегодня здесь нет. Не могу же я её оставить, порвут.

— Отдай воспитательнице, она передаст, — махнула рукой женщина.

— Мы через это уже проходили, один раз не отдала и второй не отдаст! — смело заявил юнец, заставив директрису смущённо на меня посмотреть.

— А где сама книга? — обратился я к мальчику.

— Спрятал, — гордо заявил он.

— Принеси её сюда, можешь мне довериться.

Через пять минут книга оказалась в моих руках. Я положил её на стол директрисы и попросил женщину лично передать книгу Ивану Анатольевичу, да такой интонацией, что да побелела.

— Лично проверю, будьте уверены, — предупредил напоследок я.

С момента, как мы усыновили ребёнка, прошло уже больше недели, и ни я, ни Маша, ни разу не пожалели о принятом решении. Витя быстро освоился и с пониманием относился к тому, что его новые родители много работают и могут проводить с ним время только вечерами и на выходных. Но в свободные часы, мы действительно старались, чтобы мальчику было с нами хорошо.

К счастью, он и сам был из тех, кто за любой кипеш, кроме голодовки. Так что я и сам с ним снова почувствовал себя немного ребёнком. Мы то вместе клеили модели по журнальным схемам, то ходили в лес за грибами, то просто всей семьёй гуляли и играли с Рексом.

С собакой у них, кстати, возникло полное взаимопонимание с первого дня. Виктор ужасно обрадовался, когда понял, что это теперь и его пёс тоже. Да и Рекс принял его как родного.

Конечно же, я почти сразу показал парню нашу небольшую клубную секцию с журналами, где он теперь тоже постоянно зависал. К сожалению, в большую библиотеку в Калуге, я отвезти его пока не успел, но это было в планах.

Вообще, было бы здорово, со временем прямо у нас в колхозе тоже построить настоящую библиотеку. Судя по тому, как востребованы были у нас журналы, на книги тоже будет очередь. Но оставлю эту мысль на время после объединения колхозов. Сначала стоит в Свете Коммунизма отстроить самые необходимые здания.

К тому же, в один из вечеров, когда мы с Витей мастерили модель самолёта, мне в голову пришла идея.

Мы как раз недавно разговаривали с Масловым, что надо повышать урожайность в следующем году, тем более, что у нас теперь будет полей в два раза больше. И новые поля нужно брать на полный контроль, чтобы не повторилась ситуация с нашествием колорадского жука. Конечно, теперь от него есть хорошее подходящее средство, но оно не решало всех проблем, да и обработка такого количества полей вручную — дело хлопотное.

И вот смотрю я на этот наш самодельный самолётик и понимаю, что решение-то прямо перед глазами. И правда, как я сразу не вспомнил. Малая авиация! То, что в будущем сохранить не удалось, но здесь и сейчас всё иначе. Да, у нас в колхозе пока нет посадочной полосы для кукурузников, как и в соседних колхозах, но это значит только то, что пора её построить.

Если всё получится, то это в разы ускорит обработку полей от паразитов, да и многие другие возможности откроются.

Да и вообще я всегда считал, что малую авиацию нужно было продолжать развивать и преумножать. В нашей большой стране такое подспорье — это просто подарок.

В голове начали всплывать картинки и истории из прошлой жизни. Знакомый лётчик дядя Серёжа, друг отца. Пару раз он даже брал меня на борт и мы летали к отдаленным сибирским посёлкам, где и дорог-то толком не было.

Помню, как местные жители ждали его с посылками и новостями, как лучшего друга.

А потом то ли просто стало не выгодно поддерживать такие полёты, то ли перестройка их добила, то ли всё сразу... в общем, постепенно, всё это сошло на нет.

И раз уж я об этом знаю, то надо, помимо того, чтобы просто поставить малую авиацию себе на службу, ещё и обязательно глубже изучить вопрос. Кто знает, может быть я смогу как-то поспособствовать тому, чтобы всё сложилось иначе.

Но не буду торопить события.

А вот что можно сделать уже здесь и сейчас, так это открыть у нас в клубе кружок для детей и подростков по моделированию и конструированию. Может быть и тот злосчастный плот Богдана бы не развалился, если бы парень лучше понимал, как всё работает, а ведь стремление что-то мастерить у него есть, но вот условий нет. Может поэтому он вечно и встревает в какие-то дурацкие истории.

А, когда появится посадочная полоса или даже небольшой аэропорт, то можно больше молодёжи привлечь к нам в колхоз. Может даже не только рабочие полёты будут, но и прыжки с парашютом.

Осталось воплотить всё это в жизнь, но, уверен, у меня получится. С такими мыслями я ещё сильнее погрузился в работу, тем более что в обоих колхозах уже вовсю шла уборочная, и это очень важно. Ведь для любого глобального начинания нужна твёрдая почва. А это — наши животноводческие фермы, поля и урожай.

Время летело быстро, вот мы уже и выполнили планы по урожаю, а кое в чём даже перевыполнили. Заготовительная контора, хоть и проработала не всё лето, но тоже показала себя неплохо, мы и мёда собрали почти триста килограмм, и грибы с ягодами колхозники охотно несли на продажу.

Гвоздики из теплицы тоже получилось весьма выгодно реализовать.

В общем, сезон удался на славу. А ближе к ноябрю, наконец, раздался долгожданный звонок. Через месяц, двадцать четвёртого ноября, начинается сессия верховного совета, после которой окончательно решится судьба объединения наших колхозов.

Но вместе с этим звонок лично Мацкевича меня озадачил, он не стал говорить по телефону о цели своего звонка и просто многозначительно пригласил меня в Москву на празднование очередной годовщины Великой Октябрьской Социалистической Революции.

Уважаемые читатели, третий том председателя подошёл к концу. Надеемся, что вам понравилось.