Л.Е.С. Прозрение (СИ) - Хорс Игорь - Страница 42

Уведомление ЛЕС.

Лава радиоактивная.

Уровень отсутствует.

Сила не определяется.

Выносливость не определяется.

Интеллект отсутствует.

Дух отсутствует.

Опасно! Не рекомендуется приближаться ближе 10 метров.

Это что-то новенькое! Ничего нет, а опасно!

Дор пропустил вперед Соню и Анта, наклонился, чтобы прошептать мне в ухо. Я улыбнулся.

— Я же могу с тобой телепатически разговаривать.

Дор кивнул, выпрямился, посмотрел вслед Анта, спросил.

— Там ведь нет нашего кристалла, да, Ник?

— Нет, — ответил я так же молча. — Там вообще что-то странное. И опасное. В общем, радиация оттуда прямо хлещет.

Дор покосился на меня с прищуром. Я пожал плечами:

— Вижу.

— А я знаю, что это такое опасное, — сказал Дор вслух, но шепотом. Я услышал впервые нотки испуга в его голосе. — Это зараза от того камня, который мутации все запустил. Он же так и лежит в центре Тридуба!

— И продолжает распространять мутации, правильно?

— Да, — потом словно бы спохватился. — Надо остановить Бура! Быстрей!

И побежал, топая огромными лапами, цепляясь за стенки плечами.

Я заспешил за ним.

Извивающая пещера стала спускаться вниз. Мы рисковали оступиться и скатиться на пятой точке, как на горке.

Но все обошлось. Мы догнали нашу команду. Соня и Ант прижались к стенкам, пропуская нас. Дор догнал Бура у самого выхода из прохода. Но поздно.

Перед нами открылся огромный зал метров двадцать в диаметре с высоченным арочным потолком. Там в мутной вышине сходились и срастались три гигантских дуба, образуя единый Тридуб. Черные изрезанные стены подсвечивались тусклыми лучами, бьющими из расщелин и рассекающими мутное зеленоватое пространство зала как софиты. Земля под ногами была сухая, пыльная и горячая. Я ощутил это за минуту через толстую подошву ботинок. Мы остановились на краю площадки, прижались к стенам. Защипало глаза, во рту появился кисловатый привкус. В центре зала воздух вибрировал, дрожал, искажался. Из земли исходил видимый даже обычному глазу зеленый пар.

Бур с гигантской лохматой ношей на плечах приближался к центру. Каждый следующий шаг давался ему заметно все тяжелей.

Дор догнал его за несколько шагов до центра зала, выхватил с его плеч тело Хорта, бросил на землю, пыль облачками поднялась, медленно осела.

Бур сделал два шага в сторону, обессиленно упал на колени, ладони погрузились в пыль, дышал тяжело, с хрипом. И дело было не в усталости, он друга и наставника мог и километр нести на своих плечах. Дело было в радиации.

Дор ухватил Бура подмышки, приподнял, потащил от центра. Сам обессилел, но глаза горят, мышцы вздулись, дрожат от напряжения, видно даже под толстым слоем шерсти.

— Давайте-ка, ребята, отсюда на выход! — сказал я, повернувшись к друзьям, поднял взгляд на застывшего лесовика. — Иначе мы все тут упадем, как Бур! Ну, Соня, пошла, пошла! Ант! И ты, здоровяк, давай!

Я силой вытолкал Соню в проем, Ант, держась за стену, поковылял сам, оглядывался на Дора и Бура. Видно, что облучение воздействовало быстро и сильно.

— Я им помогу, — сказал я, вытолкал мутанта.

Я метнулся к Дору, перехватил Бура за другую руку, которая бревном легла мне на плечи. Дело пошло быстрее. Дор не смотрел на меня, только вперед, туда, где чернел узкий продолговатый проход. Перед глазами у меня постоянно вылетало предупреждение от Системы.

Опасно для жизни!

Срочно выходите из зоны поражения!

Вы теряете Силу и Энергию!

Я мысленно сбрасывал эту горящую красным вывеску. Она снова появлялась и появлялась до тех пор, пока мы с Дором не вытащили совершенно обессилевшего Бура из этого страшного места. Умение Прозрение работало в постоянном режиме, и мне слепило глаза от ярко-алого цвета, когда я оглядывался в центр зала. Ядро опасности находилось на глубине примерно пяти метров под землей. Я так понимаю, если это был метеорит, упавший три сотни лет назад, как он до сих пор излучает столько дерьма?

Оставленное тело гигантского Хорта медленно, но неотвратимо опадало, сдувалось, втягивалось в землю. Через пару минут, пока мы дошли до проема, почти полутонное тело лесовика так растворилось, что сравнялось с уровнем пола, только голова оставалась на поверхности.

Мы оттащили Бура метров на двадцать от зала Тридуба, опустили на пол, он припал к стене, дышал сипло, глаза закрыты. Дор обессиленно упал рядом.

— Здесь ведь нет никакого кристалла, Ник? — спросил он.

— Нет, — ответил я, сел на пол напротив. — Вообще не видно.

— И что делать?

— Искать дальше. Друидов надо искать. Но я пока не знаю где.

Дор кивнул.

— Найдем, — сказал он твердым голосом. — Обязательно найдем. Глотки порву этим друидам за всех своих братьев. И верну наш кристалл. Верну. Я сказал!

Что тут скажешь? Я ему верил. Мужик сказал — мужик сделает.

А уж этих трехметровых волосатых гигантов в необязательности не упрекнешь. Настоящие мужики.

Глава 20. Новые возможности

Облучения мы нахватались, будь здоров.

Бур даже как будто позеленел. Но Дор сказал, что у лесовиков иммунитет высокий, оклемается.

Как оказалось, ближе к центру зала земля была горячая, как на сковородке. У меня подошвы оплавились, у Дора и Бура голые ступни обгорели. Как только мы отошли на безопасное расстояние от центра Тридуба — вывеска об опасности перестала появляться — Соня принялась нас лечить. Первым делом утолили сушняк, пока она занималась Буром. Выделила нам с Дором по баночке мази, мол, вы и сами справитесь. У меня лицо и открытые части рук полыхали от жара, хорошо прожарило. Тело пробивал озноб, пот лился ручьем, щипало глаза и кожу, во рту, словно кошки наваляли куч.

Лесовики, заросшие шерстью до самых глаз, в этом смысле почти не пострадали. Дор сидел напротив меня, методично втирал мазь в ступни, смотрел на Бура, сдвинув брови.

Молодой лесовик был не очень. Совсем плох, если честно.

И что ему в голову втемяшилось тащить друга к центру Тридуба? Неужели они не чувствовали опасности? Да на полпути можно было бы уже догадаться, что никакой живительной силы впереди нет, а скорее наоборот. Только одно объяснение напрашивается: переклинило у Бура в голове, шел в пекло, не соображая. А когда облучение высосало из него почти всю жизненную силу, было уже поздно.

Сейчас он лежал без сознания. Грудь вздымалась рывками, неритмично. Из горла сипело и булькало.

Дор вернул Соне бутылочку с мазью, спросил угрюмо.

— Как он?

Я не стал переводить, Соня поняла его по интонации.

— Дырг, — ответила она. — Очень плохо. Я не знаю, выживет ли.

Дор опустил голову в ладони. Потом тихо зарычал.

— Это друиды, — сказал он. — Они его разум затуманили, Морок напустили. Пока мы их не убьем, они так и будут нас по одному…

— Надо возвращаться, — сказал я. — Хотя бы Бура унести к остальным.

Дор поднял взгляд на меня, глаза блестели гневом.

— Нам нужен кристалл, — сказал он твердо. — Только он спасет Бура.

— Но его нельзя здесь оставлять.

— С ним Соня побудет! — настаивал на своем Дор.

— Оставить одну девчонку посреди Тридуба? — удивился я. Кажется, и на Дора Морок стал действовать.

— Еще Анта, — предложил Дор.

— А что мы с тобой вдвоем будем делать? Нам нужны кристаллы! Ты же видел, что только все три могут справиться с этими мутантами-вампирами!

Дор обреченно замотал головой, зарычал так, что воздух завибрировал.

— У нас нет выбора, — сказала Соня примирительно.

Дор посмотрел на нее исподлобья, отвел взгляд, рыкнул невнятное. Потом тяжело поднялся, подошел к Буру, легко поднял его себе на плечи, ничего больше не сказал, двинулся по проходу.

— А мы чего стоим? — спросил Ант. — Он один найдет дорогу обратно через дерево?

— Найдет, — уверенно сказала Соня, глядя ему вслед.

Я подождал, пока гиганты не скрылись в изломанном лабиринте, сказал тихо.