Семья и развитие личности. Мать и дитя - Винникотт Дональд Вудс - Страница 57

Вы у начала новых отношений с младенцем, который не может общаться с вами нормальным путем, как взрослые, но который нашел способ разговора без слов. Он как будто говорит: «Кажется, мне хочется покакать. Тебе это интересно?» И вы (без слов) отвечаете: «Конечно» и даете ему знать, что вы заинтересованы не потому, что испугались, или не потому, что он создаст грязь, или не потому, что хотите приучить его к чистоте, а потому, что то, что важно для него, важно и для вас. И вам все равно, если вы опоздаете, потому что главное не содержать младенца в чистоте, а ответить на призыв другого человеческого существа.

Позже ваши отношения с младенцем в подобных терминах станут еще богаче. Иногда предстоящее выделение пугает младенца, а иногда он считает экскременты чем-то очень ценным. Поскольку все, что вы делаете, основано на любви, вы очень скоро научитесь отличать случаи, когда помогаете младенцу избавиться от чего-то плохого и когда получаете ценный подарок.

Стоит здесь упомянуть одно практически важное положение. Когда произошло удовлетворительное выделение, вы решаете, что это конец, меняете младенцу пеленку и занимаетесь тем, чем занимаетесь. Но ребенок почти сразу может снова запачкать пеленки. Часто опустевшая прямая кишка немедленно снова заполняется. И если вы подождете, то ребенок сможет выделить и эту часть, когда начнется следующая волна сокращений. Это может происходить снова и снова. И если вы не торопитесь, то оставляете ребенка с совершенно пустой прямой кишкой. Это поддерживает ее чувствительность, и когда несколько часов спустя она снова заполнится, ребенок сможет проделать всю процедуру естественно.

Чуткое отношение на протяжении длительного времени закладывает у ребенка естественное основание для ощущения порядка в отношении к выделительным функциям. Если же вы торопитесь и не позволяете малышу полностью пережить все этапы процесса, он испытывает смятение. Ребенок, не испытывающий смятения, позже сможет отсрочить то огромное наслаждение, которое он ощущает, выделяя именно в тот момент, когда почувствует стремление к этому. Ребенок сделает это не только из-за вашего желания, чтобы было как можно меньше грязи, но и потому что вы довольны. И ради этого он готов подождать. Много позже ребенок сможет контролировать анус и выделять, когда ему хочется доминировать над вами, и не выделять, если хочется вам понравиться, доставить радость.

Я знал многих детей, которым так и не выпало возможности найти себя в этом важном деле выделения. Знаю мать, которая никогда не допускает естественного стула у своих детей. Она считает, что задержка экскрементов в прямой кишке так или иначе отравляет организм младенца. Это неправда: младенцы и маленькие дети могут на сутки удерживаться от выделения, не причиняя себе вреда. Эта мать на каждое наполнение прямой кишки у детей реагирует свечами и клизмами, и результат более чем хаотичный. И она не может надеяться на то, что ее дети будут счастливы и хорошо к ней отнесутся.

Вы, конечно, ждете, что я заведу разговор о другом типе выделений — о моче. Общий принцип одинаков для обоих типов выделения.

Вода переходит в кровь, а та, что не нужна, проходит через почки младенца и уходит в мочевой пузырь вместе с растворенными в ней отходами. Когда заполняется мочевой пузырь, возникает позыв к мочеиспусканию. Вначале это происходит более или менее автоматически, но со временем младенец начинает понимать, что, удерживая мочу, он получает некую награду: после того как сдерживался, очень приятно избавляться от воды. Возникает еще один небольшой оргазм, обогащающий жизнь ребенка, делающий ее стоящей.

Со временем это сделанное младенцем открытие — сдерживание приносит награду — может быть вами использовано, потому что по внешним признакам вы видите, что что-то произойдет, и еще более обогатите жизнь младенца своим интересом к этому происходящему. Постепенно ребенку начнет нравится ожидание, если оно не слишком долгое, потому что оно добавляет нечто к процессу любовных взаимоотношений, уже происходящему между вами.

Теперь вы видите, что мать необходима младенцу во время выделения также, как необходима во время кормления. Только мать чувствует, что стоит в мельчайших деталях изучать и удовлетворять потребности младенца, чтобы эти возбуждающие эксперименты стали частью любовных отношений, существующих между двумя людьми: младенцем и ею самой.

Если это происходит и осуществляется на протяжении достаточного времени, то приучение к туалету совершается без особого труда, потому что мать заслужила право предъявлять ребенку требования, которые он в состоянии выполнить.

Это еще один пример того, как обычная мать в своей обычной любящей заботе о младенце закладывает основы здоровья.

6. Младенец как личность

Я долго думал, как начать разговор о младенце как личности. Легко увидеть, что съеденная младенцем пища переваривается, часть ее разносится по всему организму и используется для роста. Часть запасается в виде энергии, а от какой-то части организм избавляется тем или иным способом. Таков подход к ребенку со стороны тех, кто заинтересован в физической стороне проблемы. Но если мы на того же ребенка взглянем с точки зрения его личности, то заметим, что есть не только физический процесс кормления, но и процесс, в котором участвует воображение. Одно основано на другом.

Можно представить себе, что ваша любовь так же необходима младенцу, как пища. Из того и другого ребенок создает нечто. И сходство не только в этом. Ребенок обращается с вами, как с пищей, иногда использует вас, а иногда от вас отказывается. Может быть, это будет легче объяснить, если позволим младенцу немного вырасти.

Перед нами десятимесячный мальчик. Пока мать разговаривает со мной, он сидит у нее на коленях. Ребенок живой, энергичный и естественно интересуется окружающим. Вместо того чтобы позволить ему бесцельно исследовать это окружающее, я кладу на угол стола, за которым сижу и перед которым сидит мать, какой-то привлекательный предмет. Мы с матерью продолжаем разговор, но краем глаза наблюдаем за ребенком. Можете быть уверены, что, если ребенок нормален, он сразу заметит привлекательный предмет (допустим, это ложка) и потянется к нему. Но, потянувшись к ложке, он вдруг как будто передумает. Как будто он размышляет: «Пожалуй, не стоит торопиться; интересно, как мама относится к этому предмету. Лучше подождать, пока не узнаю». И он отворачивается от ложки, будто совершенно о ней забыв. Однако через несколько мгновений интерес к ложке вернется, и ребенок осторожно прикоснется к ней пальцем. А может, схватит ее и тут же посмотрит на маму, постарается поймать ее взгляд. В этот момент мне, вероятно, стоит сказать матери, как себя вести, потому что в противном случае она либо будет усиленно помогать младенцу, либо остановит его; поэтому я прошу се играть как можно меньшую роль в происходящем.

Взглянув на мать, младенец понимает, что то, что он делает с ложкой, не встречает ее осуждения, поэтому он хватает ложку крепче и присваивает. Однако он очень напряжен, потому что не знает, что произойдет, если он сделает с этим предметом то, что ему так хочется сделать. Он даже точно не знает, чего хочет сам.

Однако мы догадываемся, что скоро он поймет, что хочет с нею сделать, потому что рот его начинает возбуждаться. Ребенок по-прежнему тих и задумчив, но из его рта начинает течь слюна. Язык выглядит мокрым. Его рот начинает хотеть ложку. Десны хотят насладиться кусанием ее. И очень скоро он сунет ложку в рот. И тогда испытает те обычные агрессивные чувства, какие испытывают тигры, львы и младенцы, когда получают нечто хорошее. Ребенок начинает «есть» ложку.

Теперь мы можем заключить, что младенец принял предмет и сделал его своим. Он утратил все свое спокойствие, которым отличался в состоянии сосредоточенности, размышления и сомнений. Теперь он уверен в себе и чувствует себя обогащенным своим новым приобретением. Я сказал бы, что в воображении он уже съел ложку. Точно так же как пища поглощается, усваивается и становится его частью, то, что он съел в воображении, тоже становится его частью и может быть использовано. Но как оно будет использовано?