Философия (Учебное пособие) - Кохановский Валерий Павлович - Страница 59

В-пятых, вскрыл элементы, зачатки новой метафизики в недрах старой, ибо о том, что природа находится в вечном движении, знали уже в XVII-XVIII вв. Но, будучи в плену тогдашних (старометафизических) представлений, не могли это движение правильно объяснить.

В-шестых, обосновал необходимость перехода к "высшей форме мышления" диалектике, ибо в конце концов все в действительности совершается диалектически, а не метафизически.

Существуют ли в наши дни, когда наука добилась столь впечатляющих успехов, метафизические взгляды, в том числе и те, которые отрицают всеобщую связь и развитие всех явлений? Оказывается, как ни странно, существуют. Так, например, идея эволюции, развития Вселенной сегодня представляется естественной и необходимой, хотя до такого понимания наука дошла трудным и противоречивым путем. Русский ученый А. А. Фридман, исходя из теории относительности А. Эйнштейна, в 1922-1924 гг. впервые убедительно доказал, что Вселенная не является стационарной, неизменной, а находится в процессе глобальной эволюции.

Любопытно отметить, что сам Эйнштейн не сразу пришел к этой мысли, пытался построить неэволюционную модель, которая предполагала Вселенную "вечно равную самой себе". Как отмечал И. Пригожин, когда в 1917 г. Эйнштейн предложил первую модель Вселенной, речь шла о статической и вечной Вселенной - физико-математическом выражении парменидовской тавтологии "бытие есть". Последующие открытия (особенно в космологии) показали, что статическая картина неприемлема ни для каких астрономических систем, какими бы устойчивыми они ни казались на уровне видимости. Тем самым был твердо установлен факт эволюции (становления, развития) всех небесных тел и их систем.

182

Однако и по сей день у ряда ученых существует "антиэволюционное предубеждение", и они пытаются найти статические решения космологических уравнений, отстоять стационарность Вселенной. И это несмотря на то, что факт эволюции, развития последней был доказан теоретически и подтвержден экспериментально (явление красного смещения, установление постоянной Хаббла и пр.). Вот почему "... удивляться надо не существованию красного смещения и расширению Вселенной (нестационарность ее есть следствие фундаментальных законов физики), а поразительной живучести консервативных взглядов" [1] проявлению метафизического способа мышления в его, казалось бы, давно преодоленной форме (отрицание развития).

1 Новиков И. Д. Эволюция Вселенной. М., 1990. С. 55.

Укрепление под напором фактов идеи о диалектическом характере всего существующего и ее распространение, проходившее в острой борьбе со старой метафизикой, привело к двум важным результатам:

1) Появилась новая, "важная форма диалектического мышления" материалистическая диалектика. Этому во многом способствовала революция в естествознании конца XIX - начала XX в., особенно кардинальные изменения представлений в физике. "Важнейшее изменение, которое было обусловлено ее (физики - В. К.) результатами, состоит в разрушении неподвижной системы понятий XIX века" [2] и в стремлении перейти к понятиям "текучим", подвижным, изменчивым.

2 Гейзенберг В. Физика и философия. Часть и целое. М., 1989. С. 125.

2) На "обломках" показавшей свою полную несостоятельность перед лицом новых фактов старой метафизики возникла новая метафизика, ставшая господствующей в XX в. Если в старой метафизике имелись элементы новой, то в последней содержатся элементы старой в их разнообразных сочетаниях и комбинациях, функционирующие в рамках и на основе новометафизической концепции развития.

183

Новая метафизика в отличие от старой не отвергает ни всеобщую связь явлений, ни их развитие - это было бы абсурдно в эпоху громадных достижений науки и общественной практики. Особенность антидиалектики в новой форме сосредоточение ее усилий на поисках различных вариантов истолкования, интерпретации развития. Новый метафизик охотно рассуждает об изменении, развитии всего сущего, о великой мировой связи всего со всем. Он даже скажет, что все в мире противоречиво и призовет к гибкости понятий, чтобы выразить развитие вещей и т.д. и т.п. Однако, соглашаясь с принципом развития на словах, сторонник новой метафизики дает на деле такую "хитрую и тонкую" интерпретацию данного принципа, что от него фактически ничего не остается.

Если для диалектики развитие - единство возникновения и уничтожения, взаимопереходы, единство и борьба противоположностей, самодвижение всего сущего по спирали, единство постепенностей и скачков и т.п., то новометафизическая концепция толкует развитие иначе. Оно здесь может пониматься следующим образом.

1. Как простой, всеобщий и вечный рост, увеличение или уменьшение, т.е. только как чисто количественные изменения без коренных качественных преобразований, без скачков ("плоский эволюционизм" в его различных модификациях). Категория развития здесь заменяется "ходячей идеей" эволюции и нейтральной терминологией ("изменение", "рост", "трансформация" и т.п.).

2. Как только качественные изменения, цепь сплошных скачков без подготавливающих их постепенных количественных изменений. Это обратная сторона "плоского эволюционизма", абсолютизирующая одну из двух взаимно связанных необходимых моментов развития - скачки, перерывы постепенности. Данная односторонняя интерпретация развития представлена в таких своих "обликах", как творческая эволюция, катастрофизм, эмерджентная эволюция и т.п.

3. Как повторение, монотонный процесс, имеющий строго линейную направленность. Здесь развитие трактуется как движение по прямой линии, осуществляющееся в одной плоскости, процесс, "тянущийся в абстрактную бесконечность" (Гегель).

184

4. Как вечное движение по одному и тому же кругу (а не по спирали) и всегда приводящее к одним и тем же последствиям. Классический пример теории исторического круговорота (Шпенглер, Тойнби и др.).

5. Как движение, из которого фактически изъята его сущность противоречие, единство противоположностей. Движение, развитие здесь истолковываются таким образом, что остается в тени самодвижение, его двигательная сила, его источник, который переносится во вне - Бог, субъект и т.п. На словах противоречие новым метафизиком вроде бы не отвергается, но поскольку он все-таки его "оставляет в тени" или "переносит его во вне", понять движение как самодвижение не в его силах. Самое большое, на что он способен, - это описать результат движения, изобразив последнее как сумму, связь состояний покоя.