Встретимся у Ральфа - Джуэлл Лайза - Страница 35

— Вообще-то кровать не моя. Хозяйская. Это его Дворец Траха. Он сюда своих пташек приводит. Не дрейфь, ребята, я не маньяк.

Пит прыгнул на кровать, и та затряслась, как телеса толстухи.

— Ой, водяная кровать! — Джемм издала восторженный визг. — Всю жизнь мечтала попробовать!

— Вот и дождалась — только туфли скинь. Мигом избавившись от обуви, Джемм принялась скакать рядом с Питом.

— Класс! Ральф, иди к нам!

Ральф колебался. Кайф выветрился, но не до конца, и он все еще чувствовал себя не в своей тарелке. Тем более здесь, в подозрительном китайском логове. Мало ли кто затаился за зеркальными дверцами шкафов? А вдруг там сидит целая банда извращенцев-фетишистов? А вдруг этот чудила Пит в свободное от прилавка время поставляет доверчивых олухов своим дружкам для секс-забав? А вдруг хозяин супермаркета — член «триады», и квартплату берет жертвами? Ральф прочесал комнату взглядом в поисках глазков видеокамер, кандалов с наручниками, плеток и прочих орудий пыток. В глазах зарябило от стократных отражений его самого, Джемм и мясника в калейдоскопе цветных огней.

— Э-э… неохота. — Сунув руки в карманы, он затоптался на одном месте.

— Да не бойся ты, — подбодрил мясник. Джемм повернулась к изголовью:

— А для чего все эти кнопки?

Пит с улыбкой ткнул в одну. Кровать завибрировала. Ткнул в другую. Кровать заходила волнами на манер исполнительницы танца живота. Пит щелкнул выключателем — лампочки замигали, полилась музыка, появился поднос со встроенными золотой сигаретницей, зажигалкой и пепельницей. В открывшейся соседней нише оказалась коллекция мини-бутылочек джина, рядом два бокала.

— А лично я балдею от вот этого, — сказал Пит, берясь за какой-то рычаг.

Кровать с легким бульканьем приподнялась на пару дюймов от пола и повернулась на 180 градусов вокруг оси, изголовьем к Ральфу.

— Ух ты!

— А я что говорил! — торжествующе ухмыльнулся Пит. — Глядите. — Очередная панель сдвинулась, открыв нишу с небольшой деревянной коробочкой. Пит достал ее и протянул Джемм: — Мой тайник! — В «тайнике» были папиросная бумага и марихуана. — Угощайтесь, пока я быстренько приму душ и побреюсь — мне скоро на выход. Устраивайтесь на кровати. Я скоро.

Когда за ним закрылась дверь, Джемм выглянула из-за кроватной «консоли»:

— Ты как? В порядке?

— Нет. Откровенно говоря, у меня поджилки трясутся. Что мы тут делаем? Это опасно, Джемм! Мало ли кем он может оказаться. Мало ли кто может оказаться там. — Он метнулся через комнату и начал дергать за все ручки подряд, заглядывая в шкафы.

— Какого черта ты делаешь, Ральф? — Джемм сползла с кровати и прошлепала к нему.

— Доверяй, но проверяй. Вот я и проверяю, — пробурчал он смущенно. В самом деле, со стороны он сейчас наверняка похож на параноика.

Скрестив руки на груди, Джемм смотрела на него с улыбкой, как снисходительная мамаша на свое неразумное, но любимое дитя.

— Ну? В чем дело? — нахмурился Ральф. — Над чем смеешься?

— Над тобой.

— Это еще почему?

— Потому что ты такой милый.

— Да ладно тебе. — Но он уже улыбался.

— Иди ко мне.

У Ральфа желудок завязался в узел. Он шагнул навстречу, еще не веря своему счастью. Лампочки на изголовье кровати мигали в такт негромкой мелодии, и комната, наполненная огнями и звуками, казалось, кружилась вокруг них. Ральф знал, что будет помнить все это до конца своих дней.

Он обнял Джемм за шею. Хотел что-то сказать, но слова были лишними. Они прижались друг к другу, очень крепко. Приподнявшись, Джемм прильнула щекой к груди Ральфа. Лучших объятий в его жизни не было. Такое мгновение… Колдовское. Джемм пахла счастьем. Он обнимал счастье. Если бы только она была свободна… свободна и могла подставить ему свои яркие, сочные, пухлые губы.

— Ральф?.. — Да?

— Помнишь то утро? Когда ты попал в аварию?

— Да.

— А помнишь, как я на кухне хотела что-то тебе сказать?

Они оторвались друг от друга.

— Д-да.

Он знал, знал, что когда-нибудь она все-таки вспомнит свое обещание.

— Так вот… я хотела сказать…

— Да?

— Я хотела сказать, что ты особенный…

Особенный. Такой особенный, что аж тошнит.

— И что я очень рада нашему знакомству, и что… повезет той девушке, которую ты полюбишь. Мне страшно нравится дружить с тобой, я к тебе очень… привязалась. Надеюсь, и ты ко мне тоже.

Ральф, улыбнувшись, стиснул пальцы Джемм.

— Господи, конечно. Да, Джемм, да! Я… я… я… — Сказать или нет? Признаться наконец, что без памяти в нее влюблен? — Я…

— Ну? — вырвалось у Джемм. — Говори. Ральф шумно выдохнул.

— Нет, ничего. Ничего. Я тоже очень рад нашему знакомству. Ты чудо, Джемм. Смит просто счастливчик. — Он рассмеялся, чтобы скрыть волнение. Нет. Время еще не пришло.

Джемм поцеловала его в щеку и с разбегу снова запрыгнула на кровать.

— Давай, разувайся! Не пропусти одно из лучших изобретений человечества!

Ральф улыбнулся. Будь что будет. В такую ночь все позволено. Развязал шнурки, сбросил ботинки и упал рядом с Джемм.

— Ну смотри — сама будешь виновата, если нас возьмут в плен двадцать два китайских мафиози и расчленят на кусочки с помощью мачете и вибраторов из нержавейки!

Джемм скрутила сигарету. Они качались на экзотическом ложе, любовались экзотической панорамой Чайна-тауна и представляли себя пассажирами роскошной белой яхты, пришвартованной где-нибудь в центре Сохо.

Вернувшемуся с пивом Питу тоже предложили самокрутку.

— Вот это, я понимаю, — жизнь! — Джемм клацнула кольцом пивной банки. — Будет о чем рассказать внукам.

— Это точно, — кивнул Пит, с наслаждением затянувшись. — Свои минусы, правда, тоже есть, не без того. Во-первых, я должен испариться, как только явится босс со шлюхой, а потом сменить постельное белье. Во-вторых, квартира моя, только пока я у него работаю. Вместе с работой и квартирка — тю-тю. Но ты права, Джемм, местечко что надо.

Он открыл одну из зеркальных дверей, покопался в шкафу и вынырнул с одеждой на вешалках.

Под любопытными взглядами гостей Пит натянул плотные густо-фиолетовые штаны, шелковую рубаху в лилиях, с чудовищной величины воротником и огромными отложными манжетами, кричаще оранжевый галстук и черный сюртук с невообразимыми лацканами.

— Ну? Шикарно, а?

— Не то слово, — протянула Джемм, в трансе от перевоплощения. Пит выглядел настоящей поп-звездой. — Полный улет. Суперстар.

— Спасибки. — Пит расплылся в счастливой улыбке. Джемм, похоже, нашла нужные слова. — Это нам не новомодное тряпье. Коллекционные вещи! На распродаже в Гринвиче отхватил. — Он вставил в манжеты соответствующих размеров запонки со стразами. — Эй, ребята, а как насчет буги-вуги в «Немезисе»? Не присоединитесь? Это тут, за углом, — добавил он, по лицам гостей сообразив, что те понятия не имеют ни о каком «Немезисе». — Приличное место, не подумайте чего.

Джемм и Ральф переглянулись. Каждый понял, что другой «присоединиться» не желает.

— Нет, Пит, спасибо. Мы не впишемся в своем прикиде. — Джемм скосила глаза на Ральфа.

— Спасибо, Пит. — Ральф наконец уверился в том, что Пит не собирается превращать их в фарш. Маньяки-психопаты не носят шелковых рубашек в лилиях и запонок со стразами.

Пит пригладил бачки, взбил чуб и расправил манжеты, после чего с довольным вздохом предложил гостям оставаться до утра, а когда те отказались, настоял, чтобы взяли на дорожку еще пива и косячок.

— Будете поблизости, заглядывайте, ребята. В любое время. Хоть на работу, хоть домой. Выберемся куда-нибудь, опрокинем по стаканчику.

— И часто ты приглашаешь незнакомцев в свою квартиру? — спросил Ральф.

Пит фыркнул.

— Всегда, приятель. Какой толк от жизни, если людям не доверять? Ни удовольствия, ни приключений. Я пашу как вол, зато и развлекаюсь по полной, а если завтра отдам концы, то по крайней мере буду знать, что прожил не как мой папаша. Вот он перемен не терпит, нудит, когда витрины в универсаме меняют или если «Обратный отсчет» пустят на пять минут позже. Никому не верит, думает, все под него яму копают. В Лондон за всю жизнь не выбрался, чего уж говорить про заграницу. А лично я вот как мыслю: кого-то тянет по свету бродить. Таиланд и Африка им требуются. Рвань какую-нибудь нацепят, за спину — мешок, и топают на поиски приключений. — Пит покачал головой и скорчил презрительную мину. — Не, это не по мне. Приключений и тут предостаточно, если к жизни относиться как надо. Ну сами поглядите — где мы живем? Великий город… кого тут только нет. Бедняки в полном дерьме, богачи на машинах ценой с хороший дом… артисты, банкиры, звезды, наркодилеры, уроды всех мастей, красавицы, камбоджийцы, шведы, евреи, ганцы, португальцы. Сходи на Стэмфорд-Хилл, посмотри на хасидов — чем не приключение? А американские денежные воротилы в Сент-Джонс-Вуд? Японцы в Финчли-Сентрал? Арабы на Эджвер-роуд? Ирландцы в Килберне? Киприоты в Финсбери-парк? Турки на Тернпай-лейн? Или португальцы в Вест-бурн-парк? Да взять хоть мой Чайна-таун. Людей шумнее, грубее и нахальнее в жизни не видел. Но мне здесь нравится, потому что я открыт всему, что мне может предложить этот город.