И жар-птица в подарок (СИ) - Серина Гэлбрэйт - Страница 31

Как и многие княжны до меня, я училась стискивать зубы, опускать голову и год за годом терпеть унизительные, отвратительные отборы, насмешки и сплетни. Но более я терпеть не желаю. И если мне суждено умереть до срока, то лучше я умру, познав перед тем хоть немного счастья. Лучше я умру от руки любимого, нежели от собственной, измученная, на грани отчаяния и безысходности.

Новый взгляд на часы и Ребекка протянула руку. Одна из подруг приняла, помогая Ребекке спуститься со скамейки, другая начала споро расстёгивать белое платье. «Молния» значительно сэкономила время, и наряд пеной морской осел у ног княжеской племянницы, оставив её саму в туфлях, кружевных трусиках и корсете. Ребекка перешагнула через платье, которая подруга тут же убрала, сняла туфли и дождалась, пока расстегнут и корсет, благо что тот хоть и на шнуровке, но «молнией» для удобства снабжён. Зашептавшийся было народ настороженно притих, Дэйм по-прежнему стоял столбом и с усталой, покорной обречённостью наблюдал за действиями племянницы. Корсет отправился к платью, светлые волосы рассыпались по плечам и обе женщины отступили. Ребекка повернулась к дяде, улыбнулась безмятежно и опустилась на четвереньки.

Юлисса искренне понадеялась, что детей и слабонервных в зале нет.

Смена ипостаси у зверолюдей зрелище не самое приятное, а уж когда с пола вместо хрупкой женщины поднимается даже не волк или тигр какой, но жутковатого вида гибрид…

Крупное, почти под два метра ростом существо выпрямилось, с некоторым усилием, однако всё же стоя только на задних конечностях. Массивное тело покрыто чёрной шерстью с багряными подпалинами на животе, груди, загривке и прижатых к голове ушах. Передние лапы и шея длиннее, чем бывало у тех же волков, и потому некоторая непропорциональность Динеша-гиены теперь казалась незаметной, сглаженной, в отличие от режущей глаза нескладности неведомого зверя. Впрочем, на сей счёт Юлисса не шибко обольщалась — видимая неповоротливость, грузность могла быть обманчивой, да что там, не была, но есть. В этой ипостаси Ребекка сильна и опасна не меньше любого крупного хищника, возможно, она не слишком быстро бегает и не особа ловка в стеснённых условиях, зато если вырвется и догонит… мало точно не покажется.

Существо обвело притихших гостей торжествующим взором алых глаз и оскалилось, демонстрируя клыки, достойные саблезубого тигра. Местные хоть и привычны ко всяким чудо-юдам, но такого сюрприза на празднике никто не ожидал и потому первый ряд слаженно отступил на шаг, расширяя полукруг свободного пространства между собой и зверем. Откуда-то из-за ёлки вынырнул возлюбленный Ребекки, бесстрашно приблизился к ней и Дэйм наконец отмер, дёрнулся было в его сторону, явно собираясь остановить потенциального самоубийцу.

И ровно в этот момент часы начали отбивать полночь.

Юлисса вздрогнула, и не она одна. Громкие удары разбили напряжённую тишину зала, гости зашевелились, загомонили. Молодой укротитель чудовищ остановился перед возвышающимся над ним существом, с удивительной нежностью посмотрел в красные глаза и протянул руку. Под бой часов Ребекка плавно опустилась на все четыре лапы, а там и легла на живот, позволяя своему мужчине положить ладонь на её холку. Замершие возле скамейки подружки заулыбались, словно Ребекка только что получила долгожданное предложение руки и сердца, и зааплодировали. Гости, недоумённо переглядываясь, неуверенно присоединились.

— Ну, млин, актриса! — не сдержалась Юлисса.

— Зато как сыграно, — отозвалась Арнетти.

Часы умолкли, и народ наконец решил подойти ближе. Ряды смешались, и направившиеся к княжне гости скрыли главную звезду этой ночи от Юлиссы. Дэйм тоже шагнул вперёд, но Юлисса ухватила его за руку, останавливая.

— Значит, я та, кто сумеет озарить твой мрак? — спросила в лоб, едва властный обернулся к ней. — А чтобы не прогадать, ты решил найти ту, кто пылает огнём в прямом смысле? Вдруг да выгорит, угу?

Каламбурчик, однако…

— Юлисса, послушай, всё не совсем так, как кажется, и… — Дэйм досадливо огляделся. — Давай позже поговорим, хорошо? Сейчас неподходящее время и место и вообще всё складывается не так… как следовало бы.

Юлисса глянула через плечо на Арнетти, на Ройса, тенью маячившего за спиной подруги, затем повернулась к Дэйму и поцеловала его. Почувствовала, как властный застыл снова, вероятно, окончательно перестав понимать, что происходит в этом мире, и отстранилась. Посмотрела внимательно в растерянные зеленовато-карие глаза и улыбнулась.

— Позволь мне самой решить, возвращаться или нет, остаться или улететь навсегда, а иначе… иначе у нас просто ничего не выйдет и в клетке ты меня не удержишь, какой бы золотой она ни была, — провела подушечками пальцев по мужской щеке, вновь коснулась губами губ, на сей раз легко, едва ощутимо.

Отступила, развернулась, цапнула Арнетти за руку и толкнула Ройса.

— Всё, я готова спасаться.

— Похвальное решение, — откликнулся ловец.

Суета вокруг Ребекки и растерянность Дэйма давали небольшую фору и все трое быстро затерялись в собирающейся возле княжеской племянницы толпе. Юлисса тащила за собой Арнетти и старалась не отставать от Ройса, ухитрявшегося ловко маневрировать даже в плотном кольце народа. Они добрались до двустворчатой двери, вышли в соседний зал, много меньшего размера и пустынный. Ловец бегло осмотрелся, достал из кармана жилета артефакт для активации портала.

— Пчёлка ледяная, а у тебя нож есть? — поинтересовалась Юлисса.

— Какой нож?

— Только не говори, что ты с собой ничего колюще-режущего не таскаешь!

— Прямо сейчас? — Юлиссу удостоили взглядом, полным нелестной оценки её умственных способностей.

— Да! И поживее!

Узкий короткий клинок возник из рукава сюртука. Юлисса схватила его почти не глядя, подцепила тёмную прядку. В мгновение ока локон обратился огненным язычком, и Юлисса отрезала прядь — чуть повыше, где ещё были волосы, — положила пылающее пёрышко на пол возле двери и вернула клинок владельцу.

— Ой, это вместо туфельки? Как романтично! — восхитилась Арнетти.

— Сбегать в одной туфле не слишком-то удобно, — заметила Юлисса. — И так половину гардероба здесь оставляю.

— Напиши тёмному, пусть пришлёт его обратно, раз тебе так дороги твои тряпки, — бросил Ройс с привычной каплей презрения в суховатом голосе.

— Как? Службой доставки почтовых отправлений?

— Хоть бы и ею, — и ловец активировал артефакт.

Следовало признать, что в портал Юлисса шагнула не без сожаления. Но ничего не поделаешь, иначе и впрямь не получится, что бы там Дэйм себе ни думал. А так…

Кто знает?

«Немало удивления и даже шока вызвали недавние вести из Тёмного княжества, где в первый день нового года было объявлено о помолвке княжны Ребекки Хилдебранд и сновидца Ивандера Мэлколма, что явилось беспрецедентным случаем. За всю историю существования княжества, насчитывающего уже четыре тысячелетия, девушки из правящего дома Хилдебранд ни разу не выходили замуж по личным предпочтениям, но сугубо за победителя отбора, традиционно проводившегося ежегодно при наличии в роду девицы, достигшей брачного возраста…»

Юлисса глазами пробежала статью до конца, однако не обнаружила ничего нового, чего бы ещё не довелось прочитать в других изданиях.

Помолвка Ребекки с возлюбленным шума произвела и впрямь немало. Новость разошлась, кажется, по всей этой стороне, не написал о беспрецедентном случае разве что ленивый, слепой и глухой, и газеты княжества Светлого от своих коллег по перу не отставали. Юлисса уже кучу статей прочитала, и повествующих о помолвке, и строящих предположения, как подобное могло свершиться, и детально пересказывающих историю рода и самые известные брачные союзы тёмных княжон. Ребекка не преувеличивала, когда упоминала о высоком проценте самоубийств — зачастую бедные женщины обрывали собственные жизни своими же руками, наводя на мысль, что неспособность контролировать вторую ипостась коснулась не только первых князей.