Искры тьмы. Часть 5 (СИ) - Зверев Павел Александрович - Страница 23

Морана — худощавая бледная женщина, в голубоватом платье под древнерусский стиль, стояла чуть в стороне. Вокруг неё земля покрылась инеем, а голубое свечение глаз приковывало к себе внимание и льдом сковывало разум.

Сет — бог, с человеческим телом, где оголенный торс, словно идеальная мраморная фигура. Голова что-то намешанное, где видны черты и шакала, и крокодила, и гиены. Бог стоит за левым плечом Ареса и скалит свои гнилые клыки. Левой рукой, закинутым на плечо, он сжимает массивный ржавый анкх. В правой окровавленный хопеш, капли крови с которого оставляют в земле рытвины.

Позади них, метрах так в двадцати — Геката. Молодая красивая девушка, с длинными волосами, что свободно спускаются по спине. Платье свободного покроя, доходит до самой земли. На голове слева и справа маски, что, по всей видимости, подчеркивают её тройственность.

К’Тун. Этот глазастый уродец увидел меня сразу. Всё его тело сплошная мешанина плоти и глаз, что находятся в постоянном движении, но, тем не менее, стараются держаться в рамках строения человеческого тела.

Арес. Воин с золотистым мечом и золотистых доспехах, что повторяют оголенный мужской торс. На голове шлем, с т-образным вырезом и гребнем из жесткого черного ворса.

Пантеон Заката в полном своём составе.

Признаться, похоронить я себя успел. Глупо было надеяться, раз из-за этой статуэтки началась такая кутерьма, что меня просто так отпустят. Тут боги, а не простые смертные, жаждущие плюшек. Как бы и вовсе души не лишиться и остаться хоть с призрачным шансом на возможность возрождения.

Все эти мысли пронеслись за те мгновения, что я провел в высшей точке зависания. После, когда сила тяжести понесла меня вниз, уже приготовился использовать Прыжок куда подальше. Но, мне не позволили.

Чужая воля и разум буквально ввинтились в мысли, вытесняя меня из собственного тела. Последнее, что я успел ощутить, будучи его хозяином, так это перекрестные взгляды всей пятерки. После мне досталась участь наблюдателя и отголосок той силы, что ворвалась внутрь тела.

— Не дергайся, — одернул голос Танатоса. — Если хочешь жить, конечно.

Это чуть успокоило. Тем не менее, чувствовать себя сторонним наблюдателем, имея доступ лишь к некоторым органам чувств, пугало. Я видел, слышал и даже ощущал запах. Но на этом всё.

Бог в моём теле плавно приземлился на землю, распахнув черные крылья за считанные сантиметры до неё. Поверх моей брони заструились прожилки черных жгутов, что, соединяясь, превращались в черный матовый доспех. Крылья из привычных пернатых, так же облачались в какой-то металл.

Интересно, на что он рассчитывает? Один, против пяти.

Смешок Танатоса был мне ответом.

Как бы отвечая на вопрос, бог повернул голову влево, где со стороны приближался Грохот. Только вот его глаза, что светились золотом и золотой же ореол, говорили о другом. А чуть дальше двигался и Шиен. Темный шел легкой походкой, а за его спиной проглядывались огненные крылья.

Мимолетный взгляд направо и Квизз. Гоблин, с ухмылкой на губах, приближался к нам, подбрасывая одной рукой длинный тонкий кинжал. Из его лба вырывались тонкие изящные рога, что загнутыми, уходили назад.

Под тихий рокот грозы, появился еще один искатель. Его я видел до этого, но познакомиться не удалось. Человек-воин с двуручным молотом окружен был еле заметными вспышками молний, что скользили по его телу и на мгновения освещали окрестности. Каждый его след, что оставался в рыхлой земле, почти сразу заполнялся дождевой влагой.

К пятерке богов Заката, нас подходило уже семеро. Узнал я всех. Не было лишь носителей Деметры, Бахуса и Хель. Семеро против пятерых? Казалось бы, мы, несомненно в большинстве, но вот сердечко почему-то ёкало.

— Твоей главной ошибкой, было убить её, — первым начал говорить Танатос.

— Да, сглупил, — хмыкнул Арес, убирая меч за спину. — Думал, блокировки Системы будет достаточно.

— Зачем? — только и спросил Танатос. — Так захотелось силы? Ты и так сейчас получаешь её чуть ли не больше остальных.

— Зачем? — вздохнул бог войны, оглядывая всю семерку. — Мы — боги. Это мы должны устанавливать рамки, а не над нами. Система, игра, глупые правила. Так не должно быть. Этот мир по праву наш! И если, чтобы вернуть всё на свои места, мне придется служить Ей, то так тому и быть.

— Помнится, — вставил своё слово Ра, — раньше ты даже Зевсу не позволял стоят над собой. А сейчас что? Решил примерить ошейник?

— Не кудахтай, — сморщился Арес. — Свобода в служении Ей лучше, нежели оковы Системы. Да и надсмотрщики из младших богов? Не смешно. Подобные оскорбления смываются только кровью.

Остальные из пантеона Заката молчали.

— Уходите, — тихо, но веско упало слово Танатоса.

— Отдай мою реликвию, и мы уйдем, — кивнул Арес. — И я даже закрою глаза на этот мешок с костями.

— Этот мешок с костями уже дважды щелкнул тебя по носу, — фыркнул Танатос. — Великого бога войны дважды уделал смертный! Дважды! Ты смешон, Арес. Или в своем желании подчиняться Ей, ты настолько ослеп, что не видишь дальше своего носа? Так сильно затянут ошейник? Хотя, ты и до этого не отличался сообразительностью.

Было видно, что слова Танатоса падают на благодатную почву. Глаза Ареса сузились, ноздри стали раздуваться. Заиграли желваки на идеальном лице.

— Решил поиграть в добрячка? — процедил бог войны. — У Отсупника не может быть покровителя! Таковы правила.

— Как видишь, — развел руками Танатос, — ты снова делаешь неправильные умозаключения. Нет, правда, — повернулся крылатый к Ра, — ему точно ошейник передавили.

— Он солдат, — фыркнул Ра. — Не для дум рожден был. Как только Зевс его в младенчестве не удавил.

Мать моя женщина!

Вспыхнувший меч, что появился в руке Ареса и устремился к голове Танатоса, я заметил лишь краем глаза. Как он не пронзил МОЮ голову насквозь, оставалось только диву даваться.

Понять, что всё это делалось не просто так, я смог. Но и только. Осознать, что сейчас случится что-то страшное, получалось с трудом.

Бой начался с яростной вспышки, цвета солнца, что породил Ра. Толстый луч устремился вперед, как разу туда, где только что стоял Арес. Только вот его там уже не было. Бог войны оказался позади Ра и уже опускал клинок тому на шею. Спас положение Чаак. Он буквально смел Ареса своим телом, поддавая тому молнией вдогонку. Ну а дальше уже никто из богов не стоял на месте.

Танатос, попытался, было, взлететь выше, но вокруг его лодыжек сомкнулись ледяные цепи. Ледяной вихрь устремился к моему телу, но огненный гейзер, что вспыхнул в его центре, заставил магию богини зимы опасть. Люцифер любил огонь. И по тому, как вокруг нас вспыхивали очаги огня, превращая окружающую местность в филиал ада, это становилось понятно и без подсказок.

Странно, но запах мокрой собачей шерсти я почувствовал на полную. Хопеш Сета промелькнул сбоку, въедаясь в крыло Танатоса. Боль пронеслась по телу, но тут же угасла, стоило только крыльям потерять плотность. Полупрозрачная цепь обвилась вокруг шеи Сета и утащила его вниз, а Танатос продолжил подниматься вверх. Не знаю уж, чего ради, но, когда на высоте метрах так в пятидесяти, на него обрушилось что-то огромное, длинное и скользкое, я только глаза закрыть и успел. Танатос вспыхнул черной звездой, создавая вокруг себя купол из тьмы, на который то ли щупальце, то ли змеиный хвост, обрушилось со всей своей силы. И вместо полета ввысь, наше восхождение превратилось в падение вниз. А где-то на фоне К’Тун принял свой истинный облик, что я помню еще по вахе.

Как же мне хотелось оказаться подальше отсюда. Чувствовать себя пассажиром, ощущая при этом силу, хотя скорее МОЩЬ тех, кто сейчас сражается, было страшно. Я и правда всего лишь песчинка по сравнению с теми силами, что собрались здесь и сейчас.

— Вот тварь, — вырвались из моих губ слова Танатоса. — Это морок! Не ведись!

Услышать это одно, а вот понять — совсем другое. Когда мысли начинают крутиться хороводом и появляется злость. Злость на этого божка, что пару раз меня уже прокидывал. Что против моей воли решил сделать меня своим жрецом. Что вот так в наглую вторгся в моё тело, беря его под контроль!