Первый закон. Трилогия: Кровь и железо. Прежде чем их повесят. Последний довод королей - Аберкромби Джо - Страница 67

– Сэр, могу я говорить прямо?

– Я не придворный, Вест. Вы всегда должны говорить со мной прямо. Я требую этого!

– Назначение в штаб лорд-маршала, сэр, как вы должны понимать… Я сын помещика. Не из знати. Даже в качестве командующего батальоном мне нелегко добиться уважения от младших офицеров. А если мне придется отдавать приказы в вашем штабе, сэр, высокопоставленные дворяне благородных кровей… – Он помрачнел и сделал паузу. Маршал смотрел на него непроницаемым взглядом. – Они просто не допустят этого!

Брови Берра сошлись к переносице:

– Не допустят?

– Им гордость не позволит, сэр, они…

– К черту их гордость! – Берр наклонился к нему, вперив взгляд темных глаз в лицо Веста. – А теперь слушайте меня, и слушайте внимательно. Времена меняются. Мне не нужны люди благородных кровей. Мне нужны люди, способные планировать, организовывать, отдавать приказы и следовать приказам. В моей армии нет места тем, кто не делает этого. И мне наплевать, каких они кровей. В качестве члена моего штаба вы представляете меня, а мной нельзя пренебречь и меня нельзя игнорировать. – Внезапно он снова рыгнул и ударил кулаком по столу. – Я позабочусь об этом! – проревел он. – Времена меняются! Может быть, они еще не ощутили этого, но скоро почувствуют!

Вест тупо глядел на него.

– В любом случае, – Берр махнул рукой, отпуская его, – я не советуюсь с вами – я вас информирую. Это ваше новое назначение. Вы нужны вашему королю и вашей стране, этого достаточно. У вас пять дней, чтобы сдать командование батальоном.

И лорд-маршал вернулся к своим бумагам.

– Да, сэр, – пробормотал Вест.

Непослушными пальцами он затворил за собой дверь и медленно пошел по коридору, глядя в пол. Война. Война на Севере. Дунбрек пал, северяне вторглись в Инглию. Мимо сновали офицеры, кто-то толкнул его, но Вест едва это заметил. Люди в опасности, в смертельной опасности! Может быть, знакомые люди, соседи. Сражения идут внутри границ Союза! Он потер подбородок. Эта война может оказаться ужасной, похуже Гуркхула, а он попадет в самое сердце событий. Он назначен в лорд-маршальский штаб! Он, Коллем Вест? Простолюдин? Майор до сих пор едва верил в это.

Вест ощутил на щеках тайный, виноватый румянец удовлетворения. В конце концов, ради такого назначения он и трудился как вол все прошедшие годы. Если все пойдет хорошо, даже трудно предположить, каких высот он сумеет достичь. Эта война… конечно, это плохо, это ужасно. Вест почувствовал, что улыбается. Ужасно. Но война может стать его путем к победе.

Лавка театрального реквизита

Палуба скрипела и шаталась под ногами, парус тихо полоскался на ветру, морские птицы оглашали соленый воздух хриплыми или звонкими криками.

– Никогда не думал, что увижу нечто подобное, – пробормотал Логен.

Город расстилался огромным белым полумесяцем, целиком обнимал широкую голубую бухту и переползал по множеству крошечных – как казалось с этого расстояния – мостов на скалистые острова в море. То здесь, то там на фоне скопища зданий выделялись зеленые парки; тонкие серые нитки рек и каналов сияли в солнечном свете. Виднелись и стены – увенчанные башнями, они окаймляли дальний край города, смело пробиваясь сквозь путаницу домов. Логен стоял, глупо раскрыв рот, его глаза метались туда и сюда, не в состоянии воспринять все сразу.

– Адуя! – проговорил Байяз. – Центр мира. Поэты называют ее городом белых башен. Не правда ли, она прекрасна, когда смотришь на нее в отдалении? – Маг доверительно наклонился к нему: – Однако уверяю тебя, она воняет, если подойти поближе.

В центре Адуи располагалась огромная крепость. Ее отвесные белые стены возвышались над ковром городских строений, солнечный свет сверкал на ярких куполах. Логену и не снилось, что человек может создать нечто столь величественное, столь горделивое, столь могучее. Одна башня вздымалась особенно высоко, выше всех остальных: сужающийся к вершине пучок гладких темных колонн как будто поддерживал небо.

– И Бетод собирается идти на это войной? – прошептал он. – Он, должно быть, сошел с ума!

– Бетод тщеславен и горд, но он хорошо понимает Союз. – Байяз кивнул в направлении города. – Они все завидуют друг другу. Назвали себя «союзом», но дерутся друг с другом зубами и когтями. Простые люди дерутся по пустякам, а большие люди ведут тайные войны за власть и богатство, что называют правлением. Войны ведутся при помощи слов, уловок и коварства, но они не менее кровавы. Военные потери весьма существенны. – Маг вздохнул. – За этими стенами люди кричат, спорят и вечно кусают друг друга. Старые распри никогда не утихают, но расцветают и пускают корни, которые с течением лет врастают все глубже. Так было всегда. Здешние люди не похожи на тебя, Логен. Человек может улыбаться и ластиться, называть тебя другом и подносить подарки одной рукой, другой втыкая в тебя нож. Ты сам поймешь, какое тут странное место.

Логен уже осознал, что это самое странное из всех мест, какие он когда-либо видел. Город казался бесконечным, он вырастал и становился все шире по мере того, как корабль скользил в глубь бухты. Целый лес белых зданий, усыпанных темными окнами, обступал путешественников со всех сторон. Его крыши и башни сгрудились стена к стене, теснясь к самой воде у линии берега.

Корабли и лодки всех мастей обгоняли друг друга в водах бухты, паруса надувались, члены команд перекликались сквозь шум плещущей воды, торопливо сновали по палубам и лазали по снастям. Там были и маленькие корабли – еще меньше двухпарусного суденышка, на котором прибыли Логен и маг, – и огромные. Логен восхищенно глядел на огромное судно, что направлялось в их сторону, рассекая волны и вздымая в воздух веер сияющих брызг. Целая деревянная гора, как по волшебству плывущая по морю. Корабль прошел мимо, подняв высокие волны, но осталось великое множество других, пришвартованных у бесчисленных пристаней.

Логен прикрыл глаза рукой, защищаясь от слепящего солнца, и понемногу начал различать людей на растянувшихся вдоль берега причалах. Он уже слышал слабый гул голосов, громыхающих повозок, сбрасываемых на землю грузов. Сотни крошечных фигурок кишели возле кораблей и зданий, словно черные муравьи.

– Сколько же здесь жителей? – прошептал он.

– Тысячи. – Байяз пожал плечами. – Сотни тысяч. Из всех краев Земного круга. Северяне, темнокожие кантийцы из Гуркхула и из стран, расположенных за ним. Люди из Старой империи на дальнем западе и купцы из свободных городов Стирии. Некоторые совсем издалека – с Тысячи островов, из далекого Сулджука, из Тхонда, где поклоняются солнцу. Их здесь столько, что и не сосчитать. Они живут, умирают, работают, размножаются. Добро пожаловать, – и маг широко развел руки, обнимая этот чудовищный, прекрасный, бесконечный город, – в цивилизацию!

Сотни тысяч жителей. Логен мучительно пытался осознать это. Сотни… Тысячи… Может ли в целом мире быть столько людей? Он изумленно вглядывался в город вокруг себя, протирая утомленные глаза. Каково это – сотня тысяч жителей?

Часом позже он это узнал.

Лишь во время сражений Логен испытывал нечто подобное – теснящее окружение людских тел. Жизнь в портовом районе походила на битву: вопли, гнев, давка, страх и смятение. Беспощадная бесконечная война, не имеющая победителей.

Логен привык к открытому небу, к открытому пространству вокруг, к одиночеству. Даже в дороге ему было тесно, если Байяз и Малахус подъезжали к нему слишком близко. А теперь люди наступали со всех сторон, толкались, толпились, кричали друг на друга. Сотни! Тысячи! Сотни тысяч! И у каждого из них – свои заботы, мысли и мечты. Лица мелькали и надвигались на Логена, угрюмые, озабоченные, мрачные. Они появлялись и исчезали в разноцветном круговороте толпы. Логен сглотнул, замигал глазами. Его горло мучительно пересохло, голова кружилась. Вне всякого сомнения, это ад, и Логен его заслужил, только не мог припомнить, давно ли умер.

– Малахус! – в отчаянии прохрипел он. Ученик обернулся. – Подожди минутку! Я задыхаюсь!