Веренианские Львы (СИ) - Грай Владислав - Страница 58

— Справлюсь, — процедил Уэллер.

Дорм выпрямился и сделал шаг в сторону.

— Веренианские Львы! — раздался сзади рычащий голос. Сэм не стал оборачиваться. — …от дерьмо. Соболезную.

— Благодарю, полковник Дэвис, — поприветствовал Арут. — Не ожидал увидеть вас здесь.

— Я случайно тут оказался. Нас перебрасывали во время удара, — пояснил пожилой полковник. — Я оказался здесь очень кстати. Пилота для этой пташки нигде не могли найти. Я вызвался и в несколько рейсов вывез уцелевших.

— Куда вы их вывозите? — спросил Дорм.

— На Медузу. По ней не ударили. Колония не рассчитана на такую кучу народу, но лучше потесниться, чем остаться здесь.

— А откуда поступил приказ? Губернатор ещё жив?

— Не было никакого приказа, — ответил Дэвис. — Мы вообще ни с кем не могли связаться.

— Точечно отработали, что ни говори, — прорычал Дотс, выслушав рассказ о бомбардировке полка. — Когда я пролетал орбиту, не увидел ни одной станции орбитальной обороны. Зато обломков там… Думаю, тоже по одному выстрелу хватило.

— Недалеко от города упал один из наших кораблей, от остальных новостей нет?

— Тихо, как в космосе. Думаю, они тоже уничтожены.

— И как нам с этим бороться! — вздохнул Дорм.

— Я не знаю, повесили они новые орудия на старые корабли или же построили новый флот, но по старинке точно не выйдет. — Дэвис отвлёкся на персональный коммуникатор. — Ладно, полковник, заправка почти окончена, мне пора движки прогревать. Собирайте всех, кто у вас остался, и поднимайтесь на борт. Следующего рейса не будет.

Дорм обернулся на Сэма. Уэллер сидел рядом с мешком, в котором лежал Джо. Капитан обхватил колени руками и смотрел куда-то вверх. Арут не видел лица своего подчинённого, но его эмоции представлял отчётливо. Дорм решил не трогать Сэма в таком состоянии и спустился с насыпи.

Полковник направился к самому большому скоплению людей и начал звать майора, которого оставил за старшего. Тут и там ему попадались ряды чёрных мешков и медики, пополняющие их. Но были и живые. Дорм видел на лицах гражданских страх, отчаяние, скорбь и апатию. Но они были живы! Они продолжат жить, а не сгорят в огне взрыва. Они будут теми, кто вернётся сюда и отстроит этот город.

Наконец Дорм нашёл своих людей — потери были минимальными! Ударив с тыла, бойцы выиграли себе время и возможность занять хорошие позиции. Дорм улыбался под шлемом, глядя на грязные и уставшие лица. Он собрал всех бойцов и приказал помочь гражданским, а после подниматься на борт. Солдаты несли детей и пожитки стариков, успокаивали плачущих и вселяли надежду в отчаявшихся. Дорм был горд ими. Каждым из них.

— Тревога! — выкрикнул кто-то. — Вертушки летят!

В один миг толпу охватила паника. Горожане кричали и суетились, толкались и убегали. Дорм попытался успокоить людской поток, но без толку. Никто не слышал его в поднявшемся гомоне. Юноша врезался в полковника. Ещё один. Взрослый криком подгонял детей. Женщина ревела навзрыд. Дорм отыскал взглядом Сэма. Уэллер снова взвалил Джо на спину и спокойно шёл за толпой. Полковник понял, что капитан сам разберётся, и позвал своих людей. Он рассредоточил их, чтобы урегулировать движение.

Вдалеке послышался гул лопастей. Толпа всколыхнулась и рванула к кораблю с новой силой. Солдаты уже не могли их удерживать. Дорм дал бойцам команду самим подниматься. Он обернулся. Вертолёты замирали над зданиями и скверами, они высаживали пехоту и прожекторами выискивали берницианцев.

Когда Дорм убедился, что все его люди поднялись на борт, он позвал последних часовых и сам ступил на трап. Как раз в этот момент по обшивке застучали бронебойные пули. Полковник вместе с последними бойцами вбежали по ступеням, и кто-то запер за ними люк.

Корабль вздрогнул. Вибрации нарастали, и вдруг Дорм упал. Они взлетели! Полковник, ещё несколько человек, а также две сумки, пустой ящик, ботинок и чья-то куртка заскользили по полу, когда судно наклонилось, устремляясь вверх. Арута унесло в заднюю часть коридора и с силой прижало к стене. Всей своей мощью его сдавила перегрузка в девять единиц. В груди заболело, кровь отхлынула назад, поле зрения сузилось. Дорм не мог пошевелиться, его тело словно стало в десятки раз тяжелее. Пехотинец рядом с ним потерял сознание. Арут сконцентрировался на дыхании. Он не хотел отключаться. Только не в такой момент.

Когда корабль наконец покинул атмосферу и ускорение стабилизировалось, Дорм обнаружил на себе чей-то рюкзак, полковник даже не заметил, в какой момент тот прилетел. С трудом поднявшись на ноги, Арут прошёл в главный зал, который оказался просто-таки завален беженцами. Одни сидели на своих сумках, другие взобрались на край отключенного фонтана, кто-то сидел на полу. Они были живы. Чтобы они ни пережили, они выбрались. Полковник наконец снял шлем, и его губы слегка тронула улыбка. Он отыскал своих людей и, убедившись, что все целы, начал протискиваться через толпу, чтобы попасть в капитанскую рубку.

— Как вам такой взлёт, полковник? — усмехнулся Дэвис, когда Дорм вошёл.

— Не надо больше так делать. На борту есть старики.

— Дети тоже, но по-другому было никак. — Полковник развернул кресло. — Отчёт мне пришёл, конечно, неполный, но новостей о пострадавших я пока не получил.

Дорм глянул за плечо Дэвиса, где среди звёзд покоилась Медуза. Бледные огни колонии казались лучиком надежды.

— Сколько нам лететь?

— Часа два, не хочу нагружать двигатели сверх меры. — Дэвис вывел на экран отчёт о состоянии судна. — В топливной системе есть повреждения, некоторые отсеки разгерметизированы, но на среднем ходу всё будет в порядке.

Дорм сел в пустое кресло радиста — команда едва ли насчитывала половину необходимого состава. Арут упёрся локтями в колени и уставился в пол. То ли ему самому хотелось излить душу, то ли он нуждался в уверенности, что кому-то было хуже, но он задал самый бестактный из возможных вопросов:

— Как вы лишились глаза?

Дэвис нахмурился. Он отхлебнул из своей фляги и протянул её полковнику.

— Тогда на ты, Дорм.

— На ты, Теодор, — Арут глотнул горькую жидкость.

— Тогда в двадцать пятом была настоящая мясорубка. Тот бой на орбите я не забуду никогда. Да и кто бы смог забыть? — Дэвис откинулся на спинку, не сводя взгляда с Дорма. — Когда фрегату, на котором мы дежурили, понадобился ремонт, мы выскочили наружу и принялись за работу. Кто же знал, что этот ад будет длиться целые сутки?! Бегай туда-сюда за кислородом и запчастями! Самое смешное поджидало нас в конце. Свой корабль мы спасти не смогли, но полетели к соседнему. У них не осталось деталей, и нам пришлось несколько раз летать на свой разбитый фрегат и обратно, чтобы хоть что-то починить. Час назад ты прикрутил деталь к одному кораблю, а теперь эту же деталь ставишь на второй! И всё это посреди носящихся вокруг обломков, взрывов и снарядов. Мне не хватало опыта в управлении целой бригадой, так что мои приказы погубили половину состава. Мне самому осколок прилетел в забрало. Благо я был рядом со шлюзом и меня втащили на борт. Хоть от декомпрессии не сдох… Пока меня штопали, остатки моей бригады погибли. Тридцать шесть человек накрыло тем самым разбитым фрегатом. Остался только я. Вот такая история, мать её! — Дэвис снова отхлебнул из блестящей фляжки и вздохнул. Дорм не знал, что сказать, он слышал только о героическом подвиге ремонтников, но в новостях не упоминали о гибели всей бригады. — Ну а ты какое дерьмо видел?

— Семнадцатый год. Ловиатар…

Дорм пошатнулся, выйдя из лифта. Он слишком увлёкся пойлом Теодора. Полковник отыскал глазами Сэма. Капитан всё так же сидел рядом с чёрным мешком, но в этот раз он уже чистил свой костюм.

— Сэм. Там в городе… — начал Арут, подойдя к Уэллеру.

— Мне нужна мокрая тряпка, — выдавил Сэм и, поднявшись, направился в сторону туалета.

Да, ему действительно нужна была тряпка. Хотя одной её могло и не хватить. Нижнюю половину шеи, всю спину и левую руку покрывала запёкшаяся кровь. С пластин её можно было просто оттереть, а вот отстирается ли поддоспешник?