Если женщина ждёт (СИ) - "Miss Spring" - Страница 36

— А Неля, значит, не любит? — прищурился Глеб, задав главный вопрос, в ответе на который и сам сомневался.

— Неля любит твою любовь к себе. — уже спокойнее сказал друг. — А ты полный идиот, Пантелеев. Если упустишь Лилю — больше никогда и никто не будет тебя так любить. Я пошёл, у меня сейчас консультация с юридическим отделом. — и он быстро вышел из кабинета.

Через несколько дней, когда вечером Пантелеев вернулся домой, он обнаружил Лилю собирающей чемодан. Глеб сразу же насторожился.

— Лиль, что случилось? — задал вопрос мужчина, став напротив неё и наблюдая за сбором вещей.

— Я еду на несколько дней в Питер. Справишься без меня? — спросила в ответ жена.

— Зачем тебе в Питер?

— Этого я сказать пока не могу. — улыбнулась она. — Но повода для ревности нет, поверь.

— Давай я поеду с тобой. — предложил Пантелеев, всё ещё тревожась.

— Ты под подпиской. — напомнила девушка. — Всё будет хорошо. Я потом тебе всё обязательно расскажу. У меня через два часа Сапсан. Проводишь?

— Конечно. Поехали.

Глеб ничего не понимал, но отвёз жену на вокзал и посадил на поезд, убедившись в том, что она с комфортом разместилась и точно едет именно в Санкт-Петербург.

В северную столицу, в которой прожила достаточно долгое время и считала родной, Лиля приехала по делу. Дело, конечно же, касалось её мужа.

На Московском вокзале её встретил водитель и уже через час она оказалась в гостеприимном доме Родиона Сергеевича Стриженова, которому за вкусным ужином организованным им самим и рассказала сложную ситуацию Глеба и Акима.

— Ну что же… Я думаю, смогу помочь решить эту проблему. — нахмурившись, произнёс Стриженов. — Только вот, почему ты решаешь эти вопросы, а не муж твой?

— Он с Вами и не знаком то особо… — смутилась девушка. — Я тоже, признаться, до последнего не хотела прибегать к тому, чтобы отнимать Ваше время и внимание, Родион Сергеевич. Я попрошу Глеба, мы постараемся…

— Так, прекрати! — прервал её мужчина. — Я помогу и помогу безвозмездно. Раз в моих силах решить подобный вопрос, я решу его. Ты, бедная, и так в жизни хлебнула, не хватало ещё, чтобы мужа посадили. Только знаешь, пообещай мне кое-что, девочка.

— Что? — Пантелеева посмотрела на него широкораспахнутыми зелёными глазами.

— Что уйдёшь от него, как только дело с обрушением дома будет улажено. — спокойно и уверенно произнёс Родион Сергеевич.

— Что вы такое говорите… — растерялась Лиля.

— То, что нужно. На тебя же смотреть больно, Лилечка. Не любит тебя этот человек, к сожалению или счастью. Я не знаю… Не любит. А ты душу рвёшь. Рассказывала мне тут дочка накануне. Ты же пойми, я переживаю за тебя. Хорошая ты, добрая, солнечная девочка, Ингу мою любишь, уважаешь, поддерживаешь сколько лет. У неё вот, хотя бы есть к кому прийти, я её и поддержу, и защищу, если что… С детства и за папу, и за маму, и за того парня, как говорится. А у тебя, ведь, никого нет.

— Родион Сергеевич, я не смогу бросить Глеба. — тихо произнесла в ответ девушка.

Стриженов вздохнул. Он всё понимал, но ещё надеялся, что сможет как-то повлиять на Лилю.

Через два дня, она вернулась в Москву, обрадовав Глеба с Акимом хорошими новостями. С ними вскоре должен был связаться личный помощник Родиона Сергеевича.

— Лиль, — тем же вечером они сидели обнявшись в постели. Пантелеев был счастлив. Они с женой пили шампанское. — спасибо тебе. — поблагодарил её он.

— Я уверена, что Родион Сергеевич сможет помочь. Он и сам в этом уверен. — улыбнулась девушка и положила голову на плечо супруга.

— Я и не думал, что ты к Стриженову обратишься.

— В день нашей свадьбы он сказал, что я могу обращаться к нему за помощью. Это единственный случай. Поняла, что надо срочно предпринимать какие-то меры, чтобы спасти вас с Акимом.

— Откуда ты такая взялась… — Глеб поцеловал её в висок.

— У нас всё хорошо? — внезапно спросила Лиля, пристально взглянув на мужа.

— Да. Конечно. — усмехнулся он и погладил её по голове.

После того, как узнал о лилином решении и о том, зачем она ездила в Санкт-Петербург, Пантелеев окончательно убедился — ему надо забыть Нелли раз и навсегда. Его счастье и его путь здесь, с этой златовласой девочкой. Да, он не любит её по-настоящему, не горит такой пылкой страстью, но его любит она и, кажется, этой любви с лихвой хватит на двоих, на всю жизнь.

Прошло ещё две недели.

Всё шло своим чередом, проблема с обрушением дома решилась в рекордно короткие сроки благодаря вмешательству Родиона Сергеевича, имеющего связи далеко за пределами Санкт-Петербурга и, вроде бы, больше ничего не грозило.

Пантелеевы планировали очередной совместный отпуск, после которого Лиля должна была выйти на новую работу в Пушкинский музей.

Однако, в один день все планы рухнули, как и впрочем, вся мирная жизнь.

Тем вечером Лиля собиралась на встречу с Ингой, но её отвлёк звонок в дверь. Девушка быстро открыла дверь, даже не глянув на экран домофона и будучи уверенной, что приехал курьер — она заказывала доставку продуктов на дом.

На пороге стояла Нелли Огарёва.

Пантелеева удивлённо смотрела на внезапно появившуюся гостью и не могла вымолвить ни слова. Кто она, Лиля знала, спрашивать к кому пришла, было как-то глупо, разве только зачем…

— Проходите. — спустя паузу, произнесла девушка.

Огарёва уверенной походкой вошла в их с Глебом семейное гнёздышко, сбросила с плеч пальто, пристроив его на вешалку и сняв ботильоны прошла на кухню так, будто бы точно знала, куда идти.

Лиля неуверенно последовала за ней, ощущая себя не хозяйкой, а случайно пристроенной приживалкой.

— Ну что ты стоишь, садись! — сказала Нелли, которая уже уселась на один из стульев, смерив её взглядом с головы до ног.

— Мы давно перешли на ты? — самообладание потихоньку возвращалось к Пантелеевой.

— А, будем церемониться. Хорошо. Присаживайтесь, Лилия… Как вас там по батюшке? — усмехнулась любовница мужа.

— Владимировна. — не отступала от позиций жена, всё же сев на стул.

— Ну что, Владимировна, что делать то будем?

— В каком смысле? — снова растерялась от такой постановки вопроса Лиля.

— Не буду ходить вокруг да около. Я беременна. От Глеба, как Вы — Огарёва особо подчеркнула это местоимение. — понимаете.

Девушка сидела как будто поверженная громом и с трудом пыталась осознать происходящее.

— Какой срок? — еле выговорила Лилия.

— Три недели. — спокойно отозвалась соперница.

— Этого не может быть. С момента возвращения Глеба из Новосибирска прошло почти два месяца. — парировала Пантелеева, казалось бы, убийственным по силе, аргументом.

— Какая же ты наивная. — рассмеялась брюнетка. — Правда поверила тому, что он меня бросил раз и навсегда ещё тогда, в Новосибирске? Вот. — она достала телефон и раскрыв галерею показала Лиле фото сделанные в офисе Глеба три недели назад. Эти фотографии говорили сами за себя.

Пантелеева молчала. Очередное предательство мужа упало тяжелейшим камнем и она вдруг поняла, что больше не верит ни во что.

— Отпусти его. — попросила Нелли. — У него будет семья со мной. Ты не смогла родить ему ребёнка, а я смогу.

— Я вас услышала, Нелли. — произнесла Лиля.

Язык будто не слушался её, она с трудом сдерживала слёзы.

— Вот и отлично. — Огарёва встала и ушла.

Какое-то время Пантелеева сидела в абсолютной тишине, потом встала и нашла лист А4.

«Ну вот и наступило время прощаться. Глеб, я ухожу. Теперь, когда дела в твоей компании пошли на лад, я могу осуществить давно созревшее решение» — рука не слушалась и, буквы, порой, получались кривыми, но Лиля упрямо продолжала писать дальше. «Прости, что так и не смогла понять, чего же хочешь на самом деле ты. Не могла терпеть, но терпела. Быть всегда рядом, но понимать, что ты не со мной, не здесь… Упрямо верить, что любишь, но снова плакать, я больше не могу. Устала стучаться в закрытые двери, которые никогда не откроются. Я ухожу не куда-то, я ухожу от тебя, Глеб. Мне тоже хочется счастья, любви и настоящей жизни. Я никогда тебя не забуду. Будь счастлив».