Мой (не)выносимый сосед - Сакру Ана - Страница 45

– Киса моя, – довольно шепчет в волосы.

Убирает руку – она у него вся мокрая от меня. Качает как ребенка, обняв. Меня еще потряхивает. Поворачиваю к нему лицо. Целуемся как дети, быстро и часто чмокаясь в губы. Обнимаю его тоже, зарываюсь носом в ключицу, вдыхаю запах, слизываю вкус солоноватой кожи, крепче прижимаюсь к нему, до хруста в ребрах, до боли в руках. Еще хочу.

Хочу-хочу-хочу…!!!

Не секса хочу – между ног после его финта сейчас все болезненно ноет, а близости хочу физической. Очень.

– Кис, нам уже вещи пора собирать, – пытаясь отстраниться, вздыхает Сашка.

– Еще почти пять часов до поезда, – ворчу, не отпуская, – Успеем.

– Хм-м-м, – тянет задумчиво и делая вид что не понимает, – И что предлагаешь?

– Ты знаешь…

– Переместиться в спальню?

– Да.

18.

Лютик:" Как успехи?"

Читаю Сашкино сообщение и, поджав губы, кошусь на немолодую пару, устроившуюся со мной в одном ряду и сейчас бурно обсуждающую, забыли они или нет закрыть дачные ворота. Спрашивать пересядет ли кто-то из них, явно не имеет смысла. Пишу.

Лиза:" Без вариантов. А у тебя?"

Лютик: "Тоже"

Отправляю в ответ гневный и плачущий смайлы. Сашка что- то набирает, а я в это время веду пальцем по его фамилии и, поддавшись порыву, меняю в контактах "Лютик" на "Лучик". Улыбаюсь своему маленькому хулиганству, и внутри и правда словно солнце целует ласково и тепло. Лицо розовеет, когда на экране высвечивается сообщение уже от "Лучика".

"Давай тогда в вагон- ресторан"

Отправляю "ОК" и поворачиваюсь к своим тихо переругивающимся соседям.

– Извините, можно я выйду?

Молча дают вылезти из моего кресла у окна, гневно посверкивая глазами, что не успели отъехать, а я уже их беспокою.

***

Когда добираюсь до ресторана, Сашка уже сидит за длинной волнообразной барной стойкой в конце вагона и крутит в руках кофейную чашку перед собой. Замечает меня сразу, повернувшись вполоборота и следя за тем, как иду к нему. Чем ближе подхожу, тем сильнее заметна ленивая полуулыбка на его губах и приглушенный собственнический блеск в серых глазах. От которого у меня колени подкашиваются, а внизу живота становится горячо-горячо. Мы вылезли из постели три часа назад, а меня до сих пор слегка ведет, и я просто не могу об этом не думать.

Кожа зудит, будто одежда ее натирает, и между ног тянет, и…

– Будешь что-нибудь? – Сашка перебивает вопросом мое сбивчивое мысленное перечисление испытываемых неудобств.

– Не хочу.

Обнимает за талию и притягивает к себе, заставая встать между его расставленных ног. Улыбаюсь, смотря на его губы. Они немного припухшие, будто воспаленные, и это…Закусываю свои и поднимаю глаза выше. Наши взгляды встречаются. Сашка тянется ко мне и целует. Совсем не так, как надо бы у всех на виду в вагоне – ресторане. Прикусывает нижнюю губу и медленно просовывает язык мне в рот, находя мой. Пошатываюсь, потому что тело ватное и стремительно мечтает превратиться в лужицу…И только ощущение, что он уж совсем нагло при всех начинает мять мою задницу через плотную ткань джинс, отрезвляет.

– Эй! – отталкиваю его и демонстративно бью по рукам, – Молодой человек, вы много себе позволяете.

– Я – жених, мне можно, – ухмыляется Сашка, правда улыбки тут же застывают на наших лицах, потому что шутка оказывается с горчинкой для обоих.

Повисает неловкая пауза, во время которой я усаживаюсь на соседний барный стул.

– Давай все-таки принесу что-нибудь. Странно просто так тут сидеть, – предлагает Сашка, снова прокрутив чашку кофе в ладонях и искоса поглядывая на меня.

– Да, давай, фрэш апельсиновый если есть у них.

– Ок.

Возвращается через минуту со стаканом сока. Чокаемся молча по какой-то странной, уже сформировавшейся привычке. Сашка тарабанит пальцами по барной стойке, пока я делаю пару глотков. Потом сцепляет руки перед собой в замок и подается ко мне, внимательно смотря исподлобья.

– Так, Лиз, надо обсудить, что и как говорить, раз уж мы на все это подписались.

– Скажем правду, – пожимаю плечами, – Ты же сам призывал поменьше врать.

– Правду, – едко хмыкает, – И что у нас за «правду»? Точнее давай.

– Правду. С небольшим дополнением, как Ратмиру. Встретились летом, потом вот сейчас на сессии зимой, Арсения я из-за тебя бросила, и мы решили пожениться.

– Ну да, – скептически тянет Сашка, хмурясь.

– Ну так же бывает? – настаиваю я.

– Еще и не так бывает, но… – с обреченным вздохом трет лицо, – Ладно, я понял, с меня – полоумный романтик без тормозов.

Смеюсь, утешающе обнимая его за плечи.

– Бе-е-едный!

– Прекращай, – в шутку рычит.

Демонстративно убираю руки, но улыбку с лица стереть не так и легко.

– Ну допустим, все поверили, что мы такие улетевшие идиоты, ты у нас в конце концов вполне себе импульсивная барышня, – мстительно щурится, улыбаясь, на что я конечно реагирую возмущенным «э-эй!» и тычком в Сашкин бок.

Перехватывает мою руку и переплетает наши пальцы под столом. Чувствую, как ведет большим пальцем по внутренней поверхности моей ладони, и от этого внимание предательски расфокусируется.

– Еще нас обязательно спросят, как мы собираемся жить дальше, – тише продолжает Саша.

– Ну…– мой голос слегка дрожит, я если слишком отчетливо ощущаю свою руку в его руке, – Пока учеба, а потом посмотрим…

– Нет, так не пойдет. Никаких «посмотрим». Раз уж мы говорили о свадьбе, значит точно планировали нашу жизнь. Так что говоришь, что после учебы ты переезжаешь ко мне. Это без вариантов.

– Куда? На Домбай?

– Да.

– Саш…– я растерянно фыркаю, – Не уверена, что моим родным это понравится.

– То есть от всего остального они будут в восторге, – тут же язвит он, – Раз во внезапную неземную любовь поверят, то и это смогут переварить. Главное сама, Лиз, не забудь убедительно радоваться по этому поводу.

– Можно хотя бы умеренно пищать от восторга, а то я пока с твоими хоромами не знакома, – заводясь, отвечаю Сашке в тон.

– Просто почаще повторяй «с милым рай в шалаше» в любой непонятной ситуации, – советует Лютик, смеясь. Очевидно, что мой нахохлившийся вид его забавляет. Он притягивает меня к себе и целует в нос, а потом толкается лбом в мой лоб.

– Что? Правда шалаш? – горестно вздыхаю, повисая на его шее и чуть не падая со стула из-за этого.

– Не переживай, канализацию и электричество мы провели.

– Хорошо. Никогда не была поклонницей деревенских туалетов.

Улыбаемся. Целуемся. Сначала чуть-чуть. Потом опять, не удержавшись, глубоко. Мне все-таки приходится слезть со своего барного стула и встать у Сашки между ног, прижимаясь всем телом к нему. Шалаш…П-ф-ф-ф…Переживу. В конце концов всегда можно построить рядом что-то поприличнее.

– Еще у тебя нет кольца, – Сашка отстраняется и убирает мне прядь за ухо, проводя жесткими подушечками пальцев по щеке, – Тоже, знаешь ли, важная деталь. Скажем, что у меня есть фамильное. Когда поедем к моим, я его подарю.

– М, а это правда? – я тянусь за его рукой, прижимаясь щекой к внутренней стороне ладони. Перемещаю свои руки с Сашкиных плеч на его талию и крепко обнимаю. Так стоять гораздо удобней.

– Ну…Было бы, если бы мы реально собирались пожениться, – щурится Сашка в ответ, – У мамы хранится от отца кольцо моей три раза пра бабушки. Когда они разводились, он почему-то его не забрал, а она сама не стала напоминать – оно ей очень нравится. А потом, когда отец умер, отдавать кольцо его младшему брату Егору не было смысла, жениться он не собирался, да и велика вероятность, что он просто сдал бы его в какой-нибудь ломбард. Поэтому мама решила сохранить его для меня.

– А кто была твоя три раза пра бабушка? – улыбаюсь.

– Женой одного богатого фабриканта из немецкой слободы. Фамилия его на самом деле была Людвиг. Но…революция, пара войн…И что-то пошло не так.