Наказание Дамира - Сакру Ана - Страница 30

— Блять, сейчас… — недовольно и хрипло бормочет Керефов, быстро стягивая боксеры по бедрам.

Приподнимаюсь на локтях и зачарованно впериваю взгляд в его член. На крупной потемневшей от притока крови головке в полумраке блестит капелька смазки. По моему телу прокатывается режущий сладкий импульс. Оседает требовательным зудом между ног. Дамир зажимает член в кулаке, машинально ведет по нему вверх- вниз, пока нагибается за штанами, валяющимися на полу. И у меня даже ладони начинают вибрировать от того, как хочется повторить это движение. Рот наполняется вязкой слюной. Сглатываю…

Дамир рвет зубами серебристый квадратик, раскатывает по стволу презерватив, поднимая на меня глаза. Лоно мучительно сжимается в спазме опять, ловя пустоту…

— Иди сюда, — рывок за щиколотки, и я вновь падаю на кровати.

Тяжесть тела, жесткие волоски на его торсе, царапающие мои грудь и живот, влажный поцелуй в губы со вкусом моих соков, обжигающая бархатистая головка, давящая в промежность, руки обнимающие мою голову, плечи, по-хозяйски сгребающие под себя. Толчок и… Меня уносит почти сразу от того, как мне под ним горячо.

Это еще не оргазм, но какой-то бесконечный экстаз, смахивающий на транс. Сознание плывет, перед закрытыми глазами все расцвечивается красными всполохами. Мне так жарко, сложно дышать — он слишком крепко обнимает, наваливается всем телом, смешивая наши запахи, пот и, кажется, сами клетки. Входит медленно и глубоко, двигает бедрами внутри, почти не выходя, и в лоне словно кипяток. Такое ощущение, что я сейчас сгорю и его спалю заодно. Я чувствую, что он тоже это ощущает. Слышу по его сбивчивому рычащему дыханию, по тому, как он хочет сильно отстраняться, как ему хорошо во мне, и это сводит с ума. Целую влажную соленую ключицу, прижимаюсь лбом к плечу. Его рука на моей макушке прижимает голову сильнее.

— Горячая какая, Женька… — неразборчиво бормочет Дамир, постепенно ускоряя темп и меняя угол, от чего я начинаются резко впечатываться в диван, — Что там у тебя там, м?

— Как у всех, — шепчу около уха, отпуская его.

Руки безвольно раскидываются по кровати, будто не мои. Ноги тоже ощущаются ватными. Все средоточие моей жизни сейчас в пульсирующем низу живота. Куда Дамир с каждой секундой быстрее вбивается. И уже почти ничего не соображаю. Только думаю, чтобы ещё, ещё…

— Ну да. Ка у всех… — фыркает он, и мне кажется, что это звучит раздраженно, почти зло, но я не в том состоянии, чтобы точно утверждать.

Тем более Дамир наконец приподнимается с меня, практически садится, крепко перехватывает за предплечья, прижимая их к телу, словно сдавливает тисками и начинает быстро- быстро трахать меня, так что диван жалобно стонет под нами. Лоно немеет, мышцы сжимаются от напряжения, из горла вырывается прерывистый стон, и меня скручивает в долгожданном пароксизме оргазма. Еще пара сильных, глубоких толчков, и Дамир резко наклоняется, прижимаясь лбом к моему лбу. Ловим дыхание друг друга через рот. Я медленно открываю глаза. Вижу совсем близко его пьяный расфокусированный взгляд. Поднимаю руку и медленно глажу от ягодицы вверх, по влажной спине, напряжённому плечу, бородатой щеке. Он поворачивает голову и целует мою руку. Быстро и отрывисто.

А потом встает.

Сразу холодно. Тянусь за одеялом. Тело еще тихонько вздрагивает от затухающих волн оргазма. Между ног так сыро, что отчаянно хочется в душ, но спать все-таки больше. Дамир стягивает презерватив и зажимает его в кулаке. Не стесняясь, пялюсь на него голого — у него красивое тело, на которое хочется жадно смотреть.

— Воды принести? — его спокойный голос, будто ничего не произошло, режет по-живому.

Натягиваю одеяло выше. Наверно меня это даже заденет. Завтра. Если вспомню. А сейчас мне просто дико хочется спать.

— Да, спасибо, — пытаюсь подавить зевок и поуютней сворачиваюсь под одеялом.

— Только не засыпай, Жень, — хмыкает Дамир, выходя из гостиной.

— Почему?

— Ещё хочу! — летит насмешливое из коридора.

— Пф-ф-ф, — фыркаю я и вырубаюсь, едва закрыв глаза.

Я с трудом разлепляю тяжелые веки и тут же жмурюсь снова от яркого солнечного света, слепящего глаза.

Черт! Уже утро?

Закрываю лицо руками, перекатываясь на спину и откидываясь на подушках. В голове обезумевшим калейдоскопом проносятся картинки вчерашнего дня. Меня мутит от одних воспоминаний. И становится совсем плохо, когда краткое содержание дня заканчивается и пред внутренним взором всплывает ночь…

Ох, твою мать…Я что? Я…САМА???

Мучительно, невыносимо стыдно. Топит с головой, будто с разбегу нырнула в вязкое, вонючее болото. А воспоминания всё идут и идут, добивая меня. Как первая пришла, как сама на него залезла, как он…

Я свожу колени и зажимаю между ними ладони, ощущая, как горячо простреливает между ног. Вся внутренняя поверхность бедер стянута от моих высохших соков. Грязная…

И ведь…От этой пришедшей мысли лицо полыхает так, что, кажется, сейчас сгорит до тла.

И… ведь у меня…пушок! Я, твою мать, на секс не рассчитывала!!! А он…

Перед глазами мелькает картина, как черноволосая макушка торчит между моих разведенных коленей, и я стону уже в голос, сгорая от запоздавшего стыда.

Чё-ё-ёрт!

— Жень, проснулась? — тут же долетает до меня голос Дамира, судя по запаху кофе, находящегося на кухне.

Я подскакиваю на диване и зажимаю рот рукой. Чёрт! Не хочу его видеть, не хочу!

Взгляд в панике мечется по гостиной, перетекает на смятую рядом со мной простыню, еще, кажется, хранящую тепло мужского тела, а потом замирает на окне. Какой этаж? Может выпрыгнуть?

Нет, идиотская мысль…

— Же-е-ень??? — требовательно кричит Дамир.

Из страха, что он решит прийти удостовериться, проснулась я или нет, нахожу в себе силы и каркаю:

— Да!

— Хорошо, вставай, скоро выходим, — удовлетворенно сообщает невидимый Дамир.

— Куда? — кричу я в ответ, мысленно добавляя "на принудительную депиляцию???", и краснею еще гуще.

— У меня дела, — доносится с кухни, а потом что-то начинает громко шкаврчать. Судя густому, аппетитному запаху — бекон.

— Так… — бормочу себе под нос, пытаясь побыстрее сориентироваться.

Блуждающий взгляд падает на мою валяющуюся неопрятным комком на полу одежду.

Первым делом надо бы одеться, да.

Покосившись на дверь и убедившись, что в ближайшие пару секунд никто сюда не зайдет, откидываю одеяло и спрыгиваю с дивана. Из одежды на мне остался только бюстгальтер, и тот сполз за ночь куда-то на талию, содрав при этом крючками кожу на спине. Быстро возвращаю его на место, при этом находя парочку маленьких засосов на моей скромной груди, впопыхах натягиваю трусы, многострадальную юбку. Дрожащими пальцами застегиваю пуговицы на мятой, будто из задницы, рубашке. Делаю глубокий вдох и, крадучись, открываю дверь и высовываюсь в коридор. Проверив, что всё чисто и Дамир точно на кухне, стрелой залетаю в ванную. Плотно закрываю за собой.

Возможно, это невероятно глупо, но видеть хозяина квартиры я не хочу вообще!

Сейчас надену оставшиеся тут высыхать пошли нашей водной перестрелки колготки, умоюсь, переметнусь в коридор, заберу валяющуюся там мою сумку, крикну "пока" с чистой совестью и убегу. Отличный же план!

Мне по крайней мере так будет безгранично легче…

А потом…А что потом? Ничего такого не произошло…Ну, переспали по пьяни- с кем не бывает. Керефову точно не нужно что-то большее, чем разовый секс и очередная галочка. А мне…А мне тем более не нужно ничего! Ни от него, ни от кого-то другого.

Натянув колготки, замечаю длинную стрелку от пятки до самого колена.

Чё-ё-ёрт…Почему-то это обыденная неприятность доводит меня чуть ли до слёз. Я итак выгляжу ужасно сейчас. Мятая рубашка, не уложенные, примятые с одной стороны волосы, потекший макияж, нездоровая краснота щек, безумно сверкающие глаза. Еще и стрелка эта дурацкая! Ненавижу…

Я включаю холодную воду и остервенело тру лицо, смывая круги туши под глазами. Становится легче. Я почти окончательно прихожу в себя…Только зрачки все так же расширены и фанатично блестят. И капли воды мокрыми пятнами расползаются по рубашке.