Мифы Поволжья. От Волчьего владыки и Мирового древа до культа змей и птицы счастья - Муравьева Татьяна Владимировна - Страница 37

Одна женщина-татарка ехала по дороге. На мосту через реку ей повстречался незнакомый человек в крестьянской одежде и попросил его подвезти. Женщина побоялась подсадить незнакомца в безлюдном месте и проехала мимо. Миновав мост, она обернулась и увидела, что там, где только что стоял человек, светится огненный шар, который взлетел в воздух и упал прямо к ней в телегу. Не успела она испугаться, как шар превратился в маленькую девочку. Тут же лошадь начала спотыкаться, покрылась пеной, как будто тащила огромную тяжесть, а потом и вовсе встала. Женщина поняла, что в телеге сидит Уряк. Она прочла молитву (женщина была крещеная) и столкнула девочку с телеги. Испуганная лошадь тут же пустилась вскачь, но девочка побежала следом, и сколько женщина ни подгоняла лошадь, Уряк не отставал ни на шаг. Тогда женщина вспомнила, что в таком случае надо развернуть лошадь задом наперед. Она остановилась, поставила лошадь в оглобли мордой к телеге — и Уряк сразу же исчез. Женщина, посидев еще полчаса, чтобы прийти в себя от пережитого страха, снова запрягла лошадь как положено и поехала домой.

Жил некогда алып по имени Йастай-Монке. Не знал он ни отца, ни матери, жил один-одинешенек. Были у него верный конь и дойная корова.

Однажды ехал Йастай-Монке на коне через поле и повстречал олениху с олененком, который хромал на одну ногу. Поздоровался алып с оленихой, спросил, куда она держит путь. Ответила олениха: «Иду я к тебе, Йастай-Монке. Моя дочь повредила ногу, но если напоить ее молоком от твоей коровы, то она исцелится».

Йастай-Монке вернулся домой, подоил корову, напоил молоком олененка — и нога у него сразу зажила. Поблагодарила олениха алыпа и на прощание сказала: «Через семь лет мы снова встретимся на оленьем пути».

Прошло семь лет. Сел Йастай-Монке на коня и поехал по тому пути, по которому ушли олениха с олененком. Долго ехал, наконец увидел каменный дом, где сидела красивая девушка. Поднялась она навстречу алыпу и говорит: «Здравствуй, Йастай-Монке. Узнаешь ли ты меня? Я — тот олененок, которого ты семь лет назад напоил молоком. Моя мать назначила меня тебе в жены».

Увез алып девушку к себе, стали они жить вместе.

Однажды спросил Йастай-Монке молодую жену: «Не знаешь ли ты какого-нибудь алыпа, с которым я мог бы сразиться?» Ответила молодая жена: «На краю земли живет алып Ер-Кара. Он похитил мою любимую сестру и хочет на ней жениться. Уничтожь этого злого алыпа, освободи мою сестру!»

Простился Йастай-Монке с молодой женой, оседлал коня и пустился в путь. Долго ехал. Когда падал снег, понимал алып, что пришла зима, когда лил дождь — знал, что настало лето.

Вот достиг он края земли. Там готовились к пиру по случаю женитьбы Ер-Кары на свояченице Йастай-Монке. Зашел Йастай-Монке на кухню, попросил казанщика, который варил в казане мясо: «Дай мне поесть, я проголодался в пути». Ответил казанщик: «Не дам. Это мясо варится для моего господина Ер-Кары и его прекрасной невесты». Рассердился Йастай-Монке, щелкнул казанщика по лбу, да так, что тот упал бездыханным. Пнул алып его тело ногой — ушло оно глубоко под землю. А Йастай-Монке встал вместо него к казану и стал доваривать мясо.

Тут пришел за мясом слуга невесты. Говорит ему Йастай-Монке: «Мясо еще не сварилось. Как сварится, я сам отнесу его твоей госпоже». Слуга ушел, а Йастай-Монке положил мясо на золотое блюдо и понес сестре своей жены.

Хотела девушка разрезать мясо, да не нашла ножа. Говорит она Йастай-Монке: «Казанщик, дай мне свой нож». Протянул алып ей свой нож и предупредил: «Будь осторожна, не порань руку. Мой нож очень острый». Отрезала девушка кусок мяса, а вместе с ним разрезала золотое блюдо. Удивилась, что за нож такой, стала его рассматривать. А Йастай-Монке заранее написал на рукояти: «Я — муж твоей сестры, пришел освободить тебя от Ер-Кары».

Обрадовалась девушка, стала расспрашивать, как поживает ее сестра. Тут явился сам Ер-Кара со своими нукерами[32]. Хотел Йастай-Монке вызвать его на бой, но свояченица шепнула: «Погоди, еще не время!» Сел Ер-Кара за стол, стал есть и пить, напился допьяна и заснул.

Говорит свояченица Йастай-Монке: «Теперь мы можем бежать». Посадил алып девушку перед собой на коня и пустился в обратный путь.

Тем временем проспался Ер-Кара, смотрит — нет его невесты. Обернулся он черным ястребом и полетел в погоню.

Говорит свояченица Йастай-Монке: «Гонится за нами Ер-Кара в образе ястреба, вот-вот настигнет». Отвечает Йастай-Монке: «Раз так, я обернусь соколом, и мы сразимся в небе. Только запомни: если иссякнут у нас обоих силы и упадем мы на землю, разожги большой костер и брось в огонь и его, и меня».

Тут показался в небе черный ястреб: гремят его крылья, словно гром. Обернулся Йастай-Монке соколом, взмыл под облака, и началась схватка. Семь дней и семь ночей бились в небе ястреб и сокол, семь дней и семь ночей сыпались на землю перья: ястребиные — черные, как закопченный казан, и соколиные — светлые, как серебро. Но вот иссякли их силы, и обе птицы замертво упали на землю.

Разожгла свояченица Йастай-Монке большой костер, бросила в огонь тела ястреба и сокола. Ястреб сгорел без остатка, а сокол принял человеческий облик, снова стал Йастай-Монке.

Вернулись они домой. Жена Йастай-Монке обрадовалась мужу и сестре. Сестра потом вышла замуж за одного храброго джигита, и все они жили долго и счастливо.