Выход воспрещен (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович - Страница 71

Попер я туда по-умному, изображая из себя не много, ни мало, а что-то вроде дыма. Мол, взорвалось у вас в подвале нечто, загорелось, вот белый дым деловито и поднимается. Все больше его и больше, течёт куда-то, собака, а принюхиваться и мозгом думать вы не будете, у вас ушам больно и в голове все кружится. Кирпич виноват, но об этом мы никому не скажем. Хорошая легенда? Отличная! Сам горжусь своим умом и сообразительностью! Ну, тем, что остались после наркоты, путешествия, думаю, что в пару дней, русской водки, китайской водки, приступа бешенства, болевого шока, сильнейшего стресса, раздраконенной души, шока, ну и прочих хороших чувств от того, что невинному студенту пришлось удвоить свой счет трупов на ровном месте.

Людям было не до дыма. Часть оглушена и орёт, часть, кому не хлопнула по ушам, встревоженно прислушивается к крикам, сжимая пушки наготове. Ну и еще часть, те, кого я таки накрыл, орёт уже не только из-за боли в голове, но и от страха, причем еще и стреляя в разные стороны. А еще их, людей, много, человек 40. Ничего себе тайный перевалочный пункт…

Быть сразу на двух этажах было несложно, а вот внимание шевелящиеся люди раздёргивали здорово. Приходилось постоянно метаться между ними в готовности отдёрнуться и частично удрать, если у кого-то найдутся травмирующие меня способности. Одной из неогенов оказалась толстая тетка, заседавшая на унитазе, с внешностью, буквально умоляющей поставить её за прилавок продовольственного магазина. Она, взвизгивая и попукивая, махала во мне толстыми руками, отправляя почти невидимые серпы энергии один за другим в разные стороны. Серпы исправно молотили пол, потолок и кафель с нехилой силой, мне не причиняли ни малейших неудобств, но подали идею, что вот эта мадам, вполне деловито отшвырнувшая ногой мешающую ей юбку, лежащую на полу по причине сранья, вполне может быть той самой Клавдией, которая могла мне отрезать ноги.

Сделаем ей погуще, хоть и противно. А вот от очень визгливо и злобно матерящейся китаянки, смуглой чуть ли не до черноты, я лучше отсовокуплюсь, так как она, бегая как курица с отрубленной головой, начинает покрываться светящимися голубыми пятнами, расползающимися прямо на коже, и эта странная способность меня обжигает. Слегка. Кажется, моя уязвимость в туманной форме имеет прямое отношение к уничтожаемым объёмам… что-то такое товарищ Молоко мне рассказывала. Чем больший объём подвергся воздействию или был уничтожен, тем больший мне вред. А китаянка, рванувшая вверх по лестнице и нанесшая мне под конец суровую психическую травму демонстрацией здоровенного черного куста между ног, как бы никаких Изотовых из России с любовью не похищала.

Этическая сила, ну и куст. В нем два десятка пенисов спрятать можно… Это как борода, только не борода. Тьфу, **я, спаси и сохрани.

Ай, а вот это больно! Еще один неоген, славянин, спавший отдельно. Хрипя сдавленно маты, проецирует через раскрытые ладони этакие вогнутые полупрозрачные щиты в метре от себя. Они, эти два летающих кривых прямоугольника нездорового оранжевого цвета, просто аннигилировали мою псевдоматерию. Злобно подёргавшись от мужика, я услышал от него победные матюги, затаил, конечно, но тут же понял, что он совершенно не в силах контролировать расстояние между ладонью и проекцией. Обнимашки! Плотные обнимашки! Опа, он ногу себе отрезал случайно. Это ты, мужик, молодец. Оставляю тебя в покое.

Иногда даже чужие страдания ласкают слух.

Я никогда не чувствовал себя убийцей, садистом или каким-то там психопатом, не в одной из жизней. Сниженный уровень эмпатии? Ну так, разумеется, жизнь такая, особенно если она не первая. Ты всех делишь на своих и чужих, первых мало, на последних насрать. А еще есть такой императив у взрослых людей как «надо». Идти на работу, заправлять постель, возиться с протекающим бачком, чтобы не было, как в прошлый раз. Мы, которые пожившие, битком набиты горьким опытом. Первое, что говорит этот опыт — не ленись, выгрызая себе место под солнцем.

Не смей расслабляться.

Люди кричат, визжат и хрипят. Им очень страшно. Они отмахиваются от моих призрачных рож, стреляют в них, пытаются убежать. Также они стреляют друг в друга, так как из моего тумана нифига не могут понять, кто это им там навстречу скачет. Настоящий калейдоскоп ужасов, но лишь для тех, у кого не хватило ума и сноровки запрыгнуть на этаж выше, где меня нет. Таких очень немного, потому как выстрелы слышны, а пуля куда конкретнее тумана. От нее хочется спрятаться даже во мне.

Я понятия не имел, кто все эти вооруженные люди, да и не хотел иметь. Переключал внимание, делал вывод, что пугаю до усрачки человека обычного, тут же клал на него болт, слал внимание дальше. Хорошо, что это какая-то китайская подземная берлога, будь это нормальный дом или гостиница, я бы так не наглел. В хорошем месте могут оказаться пылесосы. А я, б***ь, ненавижу пылесосы!

Запугав в достаточной мере народ, я свился в ВБГ (великого белого глиста) и поволокся выше. Мог бы уйти и в развернутом виде, но в таком случае помешал бы паническому бегству местных из здания. А так разошлись полюбовно — они со своими будущими кошмарами, крича и завывая, куда-то наружу, а я остался внутри, готовясь к штурму еще двух этажей, первого и второго. Очень интересный домик…

…оказавшийся чем-то вроде ночлежки для работающих бедных слоев населения. В смысле своей верхней части, так как в главный вход сейчас ломилась натуральная толпа полуодетых орущих китайцев. Их было реально много! Вопли стояли жуткие, всем хотелось выйти немедленно, давка такая, что многие держали над головой детей, баулы и еще какую-то полезную фигню, толкаясь, пихаясь и визжа. Посмотрев на это дело, я усовестился и скромно полез назад в подвал, попутно отметив, что на дворе глухая ночь.

Несколько сотен вопящих китайских товарищей сработают куда лучше, чем телефон, радио, крик о помощи и прочая логичная штука. Главное, чтобы потом, когда приедут или прилетят военные китайские товарищи, они меня сдуру не убили. А для этого хорошо бы поискать мою одежду, точнее значок…

На минус первом меня ждал сюрприз, от которого я едва не отрастил туманной трубе отвалившуюся в удивлении пасть, несмотря на то что такой фокус не умел. А именно — раскрывшиеся потайные панели стены, демонстрирующие за собой сейчас распахнутые могучие стальные двери. В проёме, держа аж два дымящихся «узи», стоял всклокоченный мужик в хорошем деловом костюме, а из-за его спины слышался мат. Только не простой, а на легко определенном мной американском варианте английского. Ну, вы же знаете американцев, уважаемая, хоть и несуществующая публика? Они факают.

Тупые, больше ничего не умеют. Тупо «фак» через слово. Зато душевный такой.

Увидев мой выглядывающий сверху туманный конец, американец тут же изошёл на крик, говно и две струи пуль, что, понятное дело, никак мне не навредило. Зато заставило возбудиться и попереть вперед в целях накрытия и обезвреживания ценного типа, которому в этой польско-китайско-бандитской местности уж точно не было никакого собачьего дела. Это не Америка, здесь американцам делать капитально не**й. Но они делают.

Внутри потайной комнаты было очень хорошо. Светло, прилично отделано, стояли вполне современные стулья, был длинный стол, работало даже что-то вроде кондиционера. Слегка обстановку портили два десятка трупов с пулевыми ранениями, а также троица раненых «факающих» американцев, принявшихся крякать еще отчаянней после того, как я заполнил помещение, попутно втянув внутрь своим напором первого говнюка. Опа, так и запишем, в виде туго свернутого глиста могу оказывать кинетическое воздействие! Нет, все неогены могут, но я-то только на бутылке кефира тренировался…