Крысолюд (СИ) - "Ludvig Normaien" - Страница 49

Стандартные боевые действия примерно велись так. Кто-то узнавал, что в какой-то крепостице снизилось количество гарнизона или ветеранов в нем поменяли на необстрелянное ополчение. Генерал, назначенный правящей верхушкой города объявлял сбор войска и на следующий день войско, развернув знамёна, медленно выходило из города (особенно если брали с собой артиллерию), под прикрытием магов, следящих за тем, чтобы с неба не упало или из почвы не выползло что-то неожиданное. Тут были варианты - иногда враги узнавали об опасности и успевали пополнить гарнизон припасами и людьми до того, как подходили силы канхеймцев и начиналась медленная осада, пока не подойдут войска вражеского союза, деблокировавшие город, или пока не заканчивались припасы и гарнизон сдавался на условиях разной степени почётности.

Бывало, конечно, когда и канхеймцы простояв какое-то время и ничего не получив, поворачивали назад или на перехват вражеского войска, спешащего к их крепостям. Встретившись с вражеским отрядом, с ним старались сблизиться, если было преимущество в живой силе и принудить к сдаче. Задача была выполнена и войско под грохот барабанов возвращалось в город, где их ждали теплые казармы, угощение и подарки от населения, и доступные особи противоположного пола. Это относилось к обеим сторонам и война шла с малым количеством потерь и с огромными финансовыми тратами.

Здесь, на стороне “брёвен” (геральдический символ города - три золотых бревна на лазурном поле) я познакомился со многими наёмными из славящимися своими наёмными отрядами Тилии - “Львы Бринии”, “Разящие стрелы” из Аспинии, “Клинки Тильфея” из Сирондолана, хоризийские всадники из отряда “Серебряных шпор”.

Были даже отряды нелюдей, которые, правда, располагались не в городе и выполняли какие- то свои задачи, не относящиеся к “честной” войне.

В Канхейме, возможно из-за близкого соседства с морем, зимой снега было мало, хотя заморозки случались каждую ночь, и поутру ветви деревьев, стальные флюгеры и траву покрывал необычайно красивый иней. Большинство жилых домов из темного дерева (побогаче) и глиняных кирпичей (победнее). Крыши и у тех, и у других - из коричневой и чёрной черепицы. Резные перила, лесенки и балкончики создавали некий уют, а летом здесь было красиво из-за высаженных на улицах фруктовых деревьев. В стороне от города стоял заброшенный замок первых владык городов, ныне необитаемый из-за трудности с отоплением каменной громады, а также закрепившихся в нём фамильных призраках прошлых владетелей, с которыми никто и не собирался бороться.

Почти два года, два спокойных года я провёл здесь, в рядах “Белых быков Гольшарка”, сражаясь против таких же имперцев из вражеского союза и вникая в жизнь местных людей, изучая обычаи и язык. Пока у обеих сторон не закончились деньги и им не пришлось заключить перемирие и нас не перекупили на другую войну.

Глава 13

Глава 13

За время службы в отряде я узнал многое и многому научился. Десятки ветеранов военных кампаний Империи, дезертиры армий королевств Эсталии, младшие сыновья беспринципных жителей Модрии и Вордании, копейщики из Бридгаста, авантюристы всех мастей, которых объединяла умение постоять за себя и знание, с какого конца лучше держать заточенное и закалённое железо. И я многому у них научился за прошедшее время.

Командир поощрял развитие своих бойцов. Ему нравилось, когда они проводили время таская железо и тренируясь, а не просиживали всё заработанное за бадьёй крепкого пойла. И я старался этим пользоваться.

У людей, не знающие слова “честь”, учился ножевому бою и “подлым” приёмам, когда на основе лишь ловкости и силы тела можно было скрутить и спеленать врага крупнее тебя, применяя всё, что попадается под руку. Бывший лесник из леса близ Опенберга учил меня читать следы и время, когда они были сделаны. Жрец-расстрига зигмарит показывал свой традиционный для его ордена двухбойковый молот (он же рейкмолот) на длинной рукояти и с ним же, в основном, изучал имперскую речь и письмо - рейкшпиль.

Присоединившийся к кампании странствующий рыцарь Лузо де Каприньяк учил меня обращению с прямым клинком и умению применять в работе с ним ловкость, хитрость и скорость. Он рассказывал о правилах рыцарских боёв и неписанных законах благородных воинов. С конным боем не заладилось - кони нервничали при моём приближении и лишь изредка, на самых спокойных представителях этого вида удавалось потренироваться. С луком тоже не задалось - искусство ловить ветер и пускать метко стрелу ускользало от меня, хоть и мог натянуть практически самый тяжёлый лук из тех, что мне давали потренироваться, но для меня было удачей, если попадал в мишень в метрах двадцати от меня. Но зато арбалет - крутая штука! С моей силой, в зависимости от вида арбалета, не требовалась ни “козья нога”, ни поясной крюк для взвода. Сожалел, что когда сбегал с Ковчега, не утащил друкайский многозарядный арбалет - смертоносная должно быть вещичка. Оставалось лишь облизываться при воспоминании о нём и надеяться, что при следующей встрече с друкаями я убью их раньше, чем они его достанут.

Но самое главное - копьё! Это великолепное оружие и я в полной мере наслаждался работой с ним. Сражаться как гоплит, поражая ударами врага сверху и из-под щита! Держать врага на расстоянии и при крепком наконечнике как шилом пробивая в слабых местах доспех! Враг приблизился? Бросай копьё и выхватывай оружие покороче, режь и руби врага вплотную!

Да, бывали ситуации, типа такого:

-Эй, парень, ты чего рычишь?! У тебя странный акцент. Тебе этого никто не говорил? А ты человек вообще? Не хочешь ли снять шлем?

Или:

-Не из того ли ты Риека, где некромантия разрешена, а?

Но я был из “Белых быков Гольшарка”, что из государства стригоев, а там по поводу некромантии и всего подобного были свои представления, что можно, а что нельзя и в отряде мне было проще. Командир проверил что я не порождение Хаоса, не оживший труп, не демон и ладно. Маги порой, когда видели мою сутулую фигуру, закутанную в плащ, вежливо просили показать висящий поверх одежды талисман и всё. А уж когда я сгрыз во время одной попойки кружку после выпивки, выплюнув железный обод (дело было в кругу отряда), пьяные наёмники прониклись ко мне, в какой-то степени, восхищением.

Когда появились проблемы с оплатой нашей “боевой” жизни, основной темой для разговора стало то, куда нас поведёт наш командир далее. Выбор был большой - например обратно к наследникам Ушорана, которые всё так же, с переменными успехами бились на границах. Или наняться на далёкую войну в королевство Совиинг, которое практически полностью оказалось уничтожено. То ли разово поднявшимися из всех могил мертвецами, то ли прорывом демонов вследствии неудачных экспериментов тамошних колдунов, и где требовалось зачищать территорию. Можно было обратиться к правителю Штейбегена, чьи земли страдали от налётов орков из Хезда и всё равно, что мы воевали с ним столько времени. Гномы Карак-Ногарунда искали отряд на очистку торговых путей в горах Арнагшос, но узнав предлагаемую цену, Лосли отказался иметь дела с жадными коротышками. В Инзбург тоже требовались солдаты, но он не подошёл, так как слишком далеко и из всех радостей жизни - только пыль, приносимая из глубин пустошей да волны орков, стремящихся не оставить камень на камне. Провести большой караван в горы Киб-Урбар - это ещё дольше идти и все вырученные деньги уйдут на ремонт снаряжения и пополнение припасов, так что тоже отказ. Какие-то тёмные личности пытались нанять отряд для похищения какой-то реликвии из Гламзофа, но буквально растворились в тенях, когда мы собрались их сдать городской страже.

Поэтому когда к капитану приехала девушка в богатой карете и с небольшой свитой, уединившись на какое-то время с ним, то все знали - очередной заказчик. А когда непривычно раскрасневшийся капитан Лосли вышел с ней, неумело ткнулся губами в её ладонь, и чуть ли не махал ей вслед, то мы поняли - у нас новый заказчик. Что капитан в ней нашёл, для меня было непонятно. Да, стройная, изящная словно скульптура на рыночной площади города. Ну да, роскошные тёмно-рыжие волосы и гладкая, чистая словно первый снег кожа. Лицо было прикрыто лёгкой вуалью, так что судить бы тут я не взялся, но чего так расслабляться? Причём все при виде неё так воодушевились... Ну чего в ней такого? Обычная надменно-выскомерная аристократка!