Экспедиция. Туда, но не обратно (СИ) - Старый Денис - Страница 76

— Узок, — дал свою оценку кто-то из ближних Олега, осматривая впадающую в Днепр протоку.

— На плотах идем, — принял решение князь, тем более, что неширокие плоты действительно были готовы к переправе по протоке.

Можно было наладить понтонную переправу через неширокий ручей с выходом на болотистое место, которое уже засыпано песком и вполне безопасно для прохода. Но, по здравому разумению, зачем облегчать вероятному противнику задачу подобраться к городу, если все же разговор пойдет не так и придется сражаться.

— По здорову, князь Олег, княжич Игорь? — спросила Лида, кланяясь Олегу, княжича не выносили вперед, вероятно, все еще опасаясь засады.

Лида встречала делегацию у главных ворот в сопровождении еще двух девушек. Бывшая командирша выглядела необычайно притягательно. Красивое в древнерусской стилистике платье, вероятно пошитое уже тут с помощью Катерины, минимум косметики, но так к месту, когда искусственности видно не было, но все линии красивого лица подчеркивались. Заплетенная коса и множество украшений на запястьях, пальцах, шее, самом платье. В руках Лиды был огромного вида украшенный розочками и косичками каравай, который помогали придерживать две ее спутницы.

— Лепа дева, сие твоя мужняя? — спросил Олег у Солдата, который был вместе с Умником по правую сторону от князя, заговаривая создателя древнерусского государства.

Да и Игорь заметил, что сопровождение волчицы, что не отлучалась вместе с Рексом от главы Славграда, очень нравилось Олегу. Вот бы как-нибудь подсуетить ему такой подарок, уговорить Фреку привести волчонка для князя.

— Нет, князь, — лаконично ответил Игорь на вопрос, не является ли встречающая девушка женой главы Славграда.

Лида резко подняла глаза и томно посмотрела на Олега, после чего продемонстрировала игривое смущение. Такой прием был повторен пока князь, после пояснений Солдата, преломлял каравай. Такой традиции «хлеба с солью» Олег не знал, но она, как и сам хлеб, были высоко оценены князем. Сладкий, румяный, но что еще более удивительно, пшеничный хлеб, был самым вкусным из всего немногочисленного мучного, что ел в своей жизни князь. И это в таком городишке, что только появился на пути…

Ворота в город Олега удивили. Пусть тут была видна некая небрежность в строительстве, так нигде не строили, но грандиозность замысла не оставила князя равнодушным. Пусть князь не был у франков и даже немцев по Рейну, откуда к варягам поставлялись мечи, но Олег был любознательным и общался со многими путешественниками, знал о мире немало. Тут же кирпич, надстройки из дерева, зачем? От огня?

Не успел обдумать князь увиденное перед входом в детинец города, как и то, что Славград вообще не имел посада, как возникли новые вопросы. Несуразные кирпичные здания, назначения которых было не понятным, а, скорее длинное здание на краю города казалось лишним. Олег увидел школу и бывшее здание магазина. Они, как и другие перенесшиеся дома и постройки действительно выглядели нефункциональными. В сознании людей средневековья, использование крайне ограниченного пространства детинца должно быть маниакально полезным. Тут же странная скученность домов и почти чистое поле в центре города. Князь в своих мыслях почти догадался, что еще двумя неделями ранее тут и было поле ржи.

Более понятным местом для Олега и его приближенных стали чертоги. Вот тут все более-менее, как у всех. Князь с тремя десятками воевод и наиболее близких сотников, которым не выпала очередь дежурства с войском, зашел в строение и одобрительно разгладил усы. На столах уже стояли разные блюда и какие-то напитки. Чуткое обоняние Олега уловило в числе напитков и мед и пиво.

Ничтоже сумняшеся, князь занял главное место за столом, присев на кресло из двадцатого века, которое стояло на небольшом постаменте, чтобы возвышаться над остальными. Люди быстро занимали места за большим и длинным столом, некоторые с интересом рассматривали стулья, которые очень редко использовались. Да и наличие столов было для некоторых необычным явлением, пусть и логично объяснимым.

После началась «гигиенические процедуры». Об этой особенности Солдату рассказывал и Карп и Горыня. Для всех аборигенов было обязательным умыться, высморкаться, сплюнуть, — и все это, использовав одну кадку с водой. Приходилось людям из будущего задвинуть свою брезгливость и собственные понимания гигиены и вторить действиям гостей. Тут более всего повезло Солдату, который вторым, после князя умылся, а тот только один раз то и сморкнулся.

— Да минует земь сию злыдень, — провозгласил здравицу князь, как только последний пирующий воин умылся.

— Да минует землю эту несчастье или в значении ненастье, — перевел для Игоря Умник, пусть Солдат и сам прекрасно понял смысл княжеского тоста, но Михаил должен был переводить все, чтобы не упустить смысла и не попасть в неловкую ситуацию, а предпосылки для таких казусов уже были в процессе разговора по дороге от Днепра к городу.

Глава Славграда сидел по правую руку от князя и так же на кресле, пусть то и было подобрано визуально менее величественное. Далее, по правую сторону сели горожане, начиная от Михаила и заканчивая Карпом. Напротив, по левую руку от князя расположилась свита Олега.

После первой здравицы все как с цепи сорвались, накидываясь на еду. Вот тут этикета не предусматривалось. Уже была битая посуда, которая недешево обошлась городу. Гончарная мастерская, как не старалась, но не успевала обеспечить нужным количеством керамики для полной замены железных мисок, фарфоровых тарелок, стеклянных салатниц. Можно было расшить производство, но здраво помыслив, нашли иное решение. Зачем развиваться чуть ли не до завода, насыщая потребности города за один месяц, но дальше неминуемое сокращать производство. Поэтому покупали керамику у соседей, выгребая у них все, что можно. И теперь эта посуда разлетается осколками. Ну а после, если это «после» будет, соседям же и продадут свои изделия.

— Многия лета и хвалы князю Вольгу и сыне Рюрикову князю Игорю, — провозгласил свою здравицу Солдат, как только увидел, что поглощение пищи гостями достигло своего пика, и наметился спад.

— Многыя лета! — подхватили гости и через мгновение и горожане.

Олег привстал со своего «трона» и сделал какой-то знак одному из своих людей. Тот стал и вышел, а через пять минут в чертоги вошел пожилой воин с княжичем на руках, прошел к Олегу и отдал мальчика на руки князю.

— Лида, тащи вторую смену блюд, а то обожрутся закусками, — сказал Игорь стоявшей подле его девушке и та повела только рукой, подавая знак девкам на входе в чертоги, те не отрывали взгляд от Лиды, но бывшая командирша атаковала глазами Олега.

В какой-то момент у Солдата начала просыпаться ревность, но он, убеждая себя, принял решение никак не реагировать. Похоже, морально Лида уже давно готовилась к чему-то подобному. И что она метит в жены к Олегу? А есть ли у него жена?

— Любо! — послышалось среди пирующих, когда появились горшки с горячей гречневой кашей, котлеты, цельные куски мяса, еще скворчащий шашлык, цельные варено-копченые утки и куропатки, три красиво украшенных варено-запеченных лебедя и два огромных осетра. При этом на столе появился лук, морковь, горошек.

— Снедь житня, — прокомментировал вынос блюд Олег.

Игорь остановил жестом Умника, прекрасно поняв, что князь сказал о богатстве еды.

— Дозволь, князь, вполченью твому дать снеди, — обратился Солдат к Олегу, который в очередной раз «зацепился» глазами с Лидой.

Игорь махнул Карпу, и тот вышел из чертог. Выход одного из горожан не прошел бесследно и вслед за славградским сотником вышли два княжьих дружинника. Солдат это так же приметил и усмехнулся. Не только он и его люди пируют в напряжении, гости также готовы к подвохам и отслеживают любое движение.

Между тем, бдение за обстановкой не мешало всем собравшимся вливать в себя всевозможные жидкости, что нескончаемым потоком вносили в чертоги девушки. Уже начались хватания девиц за разные места, хмурые взгляды на это со стороны попаданцев. Рог уже чуть было не решился на эскалацию, и схватил одного похотливого самца из гостей за руку, но сразу же одернул себя. Варяг, говорящий не на славянском наречии, пристально посмотрел на Олега, но князь помотал головой и скандинав сразу же сел на лавку, одарив Рогова приторной ухмылкой.