Легенда советской разведки - Н Кузнецов - Гладков Теодор Кириллович - Страница 49

Машина вылетела из-за поворота, не снижая скорости. И тут произошло неожиданное. Как только она поравнялась с полицаем, едущим в голове колонны, хлопнул пистолетный выстрел. В следующую секунду второй полицай выхватил из висевшей на боку торбы тяжелую противотанковую гранату и точным взмахом руки, будто на учениях, метнул ее под заднее колесо машины. Словно ткнувшись в невидимую стену, автомобиль встал как вкопанный. Взрыв подбросил задний мост с бешено вращающимися колесами. На какой-то миг автомобиль замер на хрустнувшем радиаторе, грузно перевернулся и рухнул в кювет. Тускло блеснули полированные бока, и тут же их прошили строчки автоматных очередей.

Первым с пистолетом в руке к дымящейся груде исковерканного металла подбежал обер-лейтенант. Одного взгляда в кабину было достаточно, чтобы понять: живых нет. Повернувшись к подоспевшим полицаям, обер-лейтенант приказал:

- Забрать все документы и оружие!

Команда была отдана на чистом русском языке. Только-только партизаны успели выполнить распоряжение своего командира, как из-за поворота выскочила поначалу в суматохе не замеченная еще одна машина с желтыми фарами, положенными только начальству. Ее пассажиры, видимо, поняли, что на шоссе засада, потому что автомобиль - многоместный полубронированный "опель" - гнал на полной скорости, не сбрасывая газ. Гулко забарабанили по броне бессильные автоматные и винтовочные пули. И автомобиль ушел бы, если б не кинулся к фурманке невысокий, коренастый боец. За какую-то секунду он успел сменить диск своего пулемета и выпустить вслед машине длинную очередь. Тыркаясь и вихляя из стороны в сторону, машина прокатилась метров пятьдесят и, въехав одним боком в кювет, замерла - запасной диск "дегтярева" был снаряжен бронебойными пулями.

Из машины хлопнули два выстрела, и наступила тишина. Подбежавшие партизаны обнаружили в кабине убитого наповал шофера и еще одного мертвеца - с погонами зондерфюрера1 в чине майора. Лишь два офицера, прикрытые кроме стенки кузова еще и бронеспинкой, хоть и потеряли сознание при внезапной остановке, ткнувшись головой о переднее сиденье, остались живы. Один из них - с подполковничьими погонами на желтой подкладке войск связи - продолжал судорожно сжимать в руке большой коричневый портфель.

К этому портфелю и устремился в первую очередь человек в форме немецкого обер-лейтенанта. Последовала новая команда:

- Пленных грузить на фурманки! Все вещи и оружие забрать и уходить!

И тут снова запел автомобильный мотор! Но судьба на сей раз хранила пассажиров этой третьей по счету машины. Она успела развернуться и уйти назад, в сторону Киева.

Наступила тишина. Пленных офицеров, так и не пришедших в себя (один из них к тому же был ранен), уложили на фурманки и аккуратно прикрыли сеном, чтоб не замерзли. Через пять минут на шоссе было пусто. Только усилившийся снегопад заносил уходящие в темь лесной чащобы следы партизанских фурманок.

На сей раз операция увенчалась настоящим успехом. "Тимофей" докладывал Центру: "С "Колонистом" через радиста Орлова установлена связь. "Колонист" для проверки данных о Кохе захватил в плен офицеров: советника военного управления доктора Райса и технического инспектора телеграфов Планерта. Оба из Ровно. Результаты допроса сообщу".

Передовым партизаном-сигнальщиком в этой засаде был Николай Гнидюк, гранатометальщиком Петр Дорофеев. Полуброневик, в котором ехали плененные офицеры, подбил пулеметной очередью Жорж Струтинский. В операции участвовали лучшие бойцы отряда: Михаил Шевчук, Николай Струтинский, Алексей Глинко, Сергей Рощин, Николай Бондарчук, Иван Безукладников, Николай Приходько и два однофамильца Семеновы - Виктор и Валентин.

Обыскивая подбитый полуброневик, Николай Гнидюк нашел пистолет "вальтер". К его удивлению, оружие оказалось лишним, так сказать, бесхозным. У всех офицеров, и живых и убитых, пистолеты находились на месте, то есть в кобурах. Между тем налицо был лишний пистолет, в обойме которого не хватало двух патронов, а на рифленой рукоятке были заметны следы крови. "Вальтер" вызвал всеобщий интерес. Пистолет был необыкновенным: его рукоятка вмещала не обычную, а двухрядную обойму на четырнадцать патронов. Этот пистолет, подаренный бойцами Кузнецову, чуть было впоследствии не привел к его провалу.

Долго петляли и кружили, путая следы, партизаны по лесу, пока не добрались до хутора Вацлава Жигадло, где их уже поджидал отрядный радист Виктор Орлов. Он заранее прибыл сюда, охраняемый партизанами Сергеем Рощиным и Николаем Киселевым, - все трое под видом полицаев. Кузнецов приказал разместить пленных под охраной по разным комнатам, а всем остальным отдыхать до утра. По документам выяснил, что в ходе операции убиты зондерфюрер майор, к тому же еще и граф Гаан, один обер-лейтенант, ответственный сотрудник почтовой службы и два военных шофера. В плен захвачены подполковник Райс и обер-лейтенант Планерт.

Виктор Орлов присутствовал на допросах обоих немцев. Много лет спустя он вспоминал:

"После каждого допроса Николай Иванович сосредоточенно обдумывал, обобщал материал, переписывал и отдавал мне для шифровки и передачи в отряд. На рации я работал в большой комнате хаты, на глазах пленных. Допрос продолжали пять дней. Было получено много ценных сведений, а также была расшифрована захваченная в портфеле у Райса топографическая карта, на которой были нанесены все пути сообщения и средства связи гитлеровцев на территории Польши, Украины и Германии. С помощью этой карты было обнаружено местонахождение ставки Гитлера под Винницей...

Все эти сведения были срочно переданы по рации в отряд, а некоторые непосредственно в Москву".

Орлов рассказывал, что на одной из карт из коричневого портфеля Райса была нанесена красная линия, начинавшаяся неподалеку от Винницы между селами Якушинцы и Стрижавка. Именно здесь, в двух километрах от села Коло-Михайловка, и находилась полевая ставка Гитлера под кодовым названием "Вервольф" ("Оборотень"), соединенная подземным бронированным кабелем с Берлином.

К сожалению, мощные удары Красной Армии вынудили Гитлера перевести свою ставку в район Растенбурга в Восточной Пруссии (ныне территория Польши). Здесь она получила новое название "Вольфшанце" - "Волчье логово". Но и "Вервольф" не был забыт. Летом 1943 года Гитлер проводил в Виннице совещание с генералитетом Восточного фронта. Винницкие подпольщики, связанные с отрядом "Победители", видели его проезжающим по улицам города в черном "майбахе". Символично, что заседания проходили на территории городской... психиатрической больницы.

Закончив допрос пленных, Николай Кузнецов в сопровождении Шевчука, Гнидюка, Николая Струтинского и Орлова направился в Ровно. Ехали на санях, запряженных парой добрых рысаков. За кучера - Приходько в солдатской форме.

На рассвете приехали в Здолбуново, остановились на квартире братьев Шмерег. В тот же день Струтинский и Гнидюк по раздельности ушли в Ровно, а Приходько и Шевчук отправились в ближайшее село, чтобы, по указанию Кузнецова, обменять сани на бричку: в лесу сани были хороши, но в городе уже наступила весна. На квартире Шмерег Кузнецов встретился с местными подпольщиками и передал им взрывчатку, в которой здолбуновцы остро нуждались.

Обменная операция "сани-бричка" завершилась благополучно, и в тот же вечер Кузнецов, Шевчук, Приходько и Орлов выехали в Ровно, спрятав под сиденьем рацию и оружие.

С квартиры Ивана Приходько Орлов, фактически сменивший здесь "Казачку", провел несколько сеансов связи с отрядом. Затем, ввиду снова обострившейся обстановки, Кузнецов принял решение всей группой временно покинуть Ровно. Несколько дней разведчики пережидали на Кудринских хуторах, а затем вернулись в город, оставив на месте Орлова. Рацией Кузнецов больше пользоваться не мог, пришлось снова обратиться к помощи связных.

Что же касается Коха, то о нем из допросов кое-что выяснить удалось. В дополнительной радиограмме "Тимофей" передал сообщение, в свою очередь полученное им по радио от "Колониста":