Адские гнезда: Дуэт Гильденстерна и Родригеса (СИ) - Бреусенко-Кузнецов Александр Анатольевич - Страница 77

Или дошёл, да забыл? И задумал тот куст позади в качестве ориентира.

Кай застыл на десяток минут, привалившись уже к валуну. И коряга тоже не двигалась, будто хотела его из принципа переупрямить. Он смотрел, а она стояла всё так же ровно.А затем внезапно, не шелохнувшись — будто исчезла. Только была — и нет. Что говорится, растворилась в пейзаже.

Хвандехвар! Но куда он скрылся? И зачем: неужели в Кае почуял какую-нибудь угрозу?

И как только пропал хвандехвар, Кай услышал снизу, с дороги, какие-то странные звуки. По всему, техногенные.

Хвандехвара вспугнул не я! Он сбежал, и этим стоит воспользоваться, что бы там непонятное снизу не поднималось.

Кай поспешил подняться на открытый участок дороги, свободный уже от «коряг». Звуки за спиной приближались, но он не позволил себе далее медлить. Кто мог его догонять, кроме сектантов Зеона? Разве только их столь горячо любимый — демон, демон-строитель, Асмодей.

Впрочем, сектанты и Асмодей ныне одно целое. Каю с асмодеитами не по пути. Но страшиться их он не станет. Всё же люди цивилизованные. То ли дело охотящийся хвандехвар — этот может всерьёз убить.

Кай оглянулся, когда непонятные звуки подобрались уже со спины совсем близко. Лишь посмотрел краем глаза и тут же обмер, ведь вверх по дороге взбирался...

Сидский вьючный ляян.

5

Приглядевшись внимательней, Кай осознал ошибку. Не ляян, а техническое устройство, только в точности передающее и пропорции этих животных, и характер движения.

А что ехал на том не-ляяне Бенито Родригес, это стало последней каплей, чтобы познать нищету всякого здравого смысла. И уж поза, в которой ехал, показалась причудой мира, съехавшего с катушек.

В первый момент Родригес тоже был удивлён встречей. Поглядел как-то так — изучающе. Но сказал безмятежно:

— Добрый вечер, Кай. Очень рад видеть. Тебя подвезти?

А уж Кай-то как рад! Это словесно не передать. Что ни брякни, получится сухо. Из-за того и сухо, что ляян-то в уме застрял…

— Да, спасибо. Но я теряюсь: откуда здесь сидский транспорт?

— Всё обсудим, — пообещал Бенито, — но уже по дороге. А теперь предлагаю тебе взобраться на эту турель… То есть, ладно, на поворотную платформу. Вот, садись в то дальнее кресло, и я буду тебя инструктировать. Главное, что уясни: делай как я. Лучше всего синхронно. Если сработаемся, машина пойдёт ровнее. А иначе — обоим покажется, что быстрее пойти пешком. И это ошибка, Кай. Потому что пешком идти некогда.

— Некогда, — признал Кай.

И довольно легко обучился управлению механическим сидским ляяном. Той быстротой, с которой он смог освоить пульт перед своим креслом, Бенито заметно впечатлился. Даже настолько, чтобы и средний пульт тоже передать под его контроль. Обосновал:

— У меня шло труднее.

— Дело в навыках управления земной техникой, — предположил Кай. — У кого их нет, тому не мешают.

Обучение Кая в общей сложности заняло с полчаса. И тогда пятиногий техно-ляян побежал в сторону Бабилона с такой же примерно скоростью, как у вездехода. Жаль, подступали уже сумерки, а ничего похожего на фары ни Кай, ни Бенито в сидской машинке не отыскали. Тот фонарик, который был у Родригеса с собой, лишь привлекал внимание, освещал же дорогу неважно.

Заночевали в том месте у самого Шпанского леса, которое Родригесу показалой удачным. Ну, или, скорей, неудачной идеей ему показалось углубляться в ночи в непроглядную мглу Шпанского леса. Ну а так из явного позитива о найденном месте Кай отметил только широкий валун, прикрывающий спины.

Только здесь, когда слезли с платформы сидской машины, и предоставилось время поделиться историями и планами — на ходу, управляя ляяном, не особо поразговариваешь.

6

Кай на запрос Родригеса выдал связную историю своих странствий, начиная ещё с концерта «Оу Дивиляй». Как пытался вытащить Сони, подругу Драйхорна. Как подбил к авантюре Олафа, как везли они группу в Содом, а потом в Джерихон спешили…

Всё об Адском Черве у Бенито вызвало сильный интерес. Переспрашивал да выспрашивал, словно сам с тем червём был знаком очень-преочень коротко.

— …А потом я вернулся к Эрнандесу и не встретил Олафа…

Кай рассказывал, а сам уже понимал что-то новое о своей уязвимости. Он-то думал тогда, возвращаясь почти что с победой из похода по следу червя, из похода, где все охотники наповал перебили друг друга, а последний из них, Дантеро, понадеялся на артефакт, и его неизвестно куда и зачем зашвырнуло… Кай-то думал, что стал он намного сильней и в придачу ещё независимей. А что вышло?

Стоило только ему остаться в Джерихоне да без поддержки — стало многое ясно про меру самостоятельности. Он повёлся на предложенье Эрнандеса — да с какой такой стати? Просто не мог посоветоваться с тем же Олафом. А ведь Эрнандес честно сказал, что задумал «многоходовочку». Что же Кая тогда толкнуло принять роль пешки в чужой игре? Ведь не глупость природная. Скрытое беспокойство. Подозрение, что на Эр-Мангали одному, без товарищей, ему недолго скончаться. Верное, в общем-то, подозрение.

Дальше — яркое впечатленье у пирсов. Радость от узнавания Лоренцера — хоть кого-то, кого он помнил из прошлой жизни. Путь к Зеону, а там — неожиданность новых условий, приспособление к ним. Кай боялся уйти один, с незаряженным пистолетом. А зачем же не зарядил? Чтобы бояться уйти. Ведь уйдёт, а справится ли? Даже с хорошим оружием сколько людей пропадает…

— Кстати, — заметил Бенито вскользь, — в Бабилоне зайди к Ортеге. Ну, или, может, к Олафу. Пусть отсыплют тебе патронов, да побольше, впрок. Очень жаль, но к твоей «меноре» что попало не подойдёт. Редкий стандарт — в Джерихоне искать бесполезно.

И как Бенито знает, чем успокоить?

После Кай рассказал, как лениво он занимался в группе послушников-новичков у пастора Джорджа. Как направлен был в чашу Грибного леса к мастеру Мику Брэдли. Рассказал о грибах, о червях, о грибном на червей злословии. Думал, Бенито сочтёт его малость с приветом, но тот поверил.

Ну а там зашла речь и о встрече с верховным бишопом. О видениях отца Амоса, о холме и о Храме. И о том, что тот Храм подземный, но на холм обязательно вылезет, стоит лишь ритуально его позвать — да, совсем бредовая логика. О задании Каю по подготовке обряда. О предметах: о ванне, браслете и паре таблиц базальтовых.

Только речь о браслете — интерес Бенито усилился. Кай, забегая вперёд, рассказал про страдальца Квентина, что стоял у столба за то, что его потерял.

— А, ну о Квентине я уже знаю, — Бенито вздохнул, — значит, потерял?

— Или спрятал, — отметил Кай, — но не признаётся.

— Разница настолько важна?

— Ну конечно! Если б он ухитрился спрятать его в Новом Зеоне, результат мог спутать все ожидания. Этому второму «концентратору» ничего не стоило вмешаться в ход церемонии…

— Уже второму? — переспросил Бенито.

И Кай поведал о Пирамиде, которую пришлось применить по причине отсутствия браслета.

— А в Зеон Пирамиду, разумеется, привезли из Содома? — словно бы чудом догадался Родригес. Но разъяснил. — Моя Пирамида. Так и думал, что скверно её закопал. Быстро нашли.

Далее Кай поведал о походе в Священную рощу, о борьбе со шпанками и о том, что осталось от отца Джоя Гарриса. Родригеса весть о кончине Гарриса весьма опечалила — он его ещё не отцом хорошо помнил.

— Верно, сдал провидец в последние свои годы, — горестно вздохнул, — раньше случаи атак на себя он предвидел и предупреждал…

— Это шпанки, — пояснил для чего-то Кай, — сила хаотичная в своём распространении. — Впрочем, уверен ли он, что такое нельзя предвидеть?

И последний аккорд — церемония. Как придумал направить Кай энергию Пирамиды, что он видел с террасы, и главное — что он слышал.

— Асмодей? — переспросил Бенито. — В этом имени есть что-то особенное? Чем оно не подходит Богу? Что оно добавляет в типичный портрет полоумных сектантов?