Сильвия идёт ко дну - Лумис Дьюс - Страница 61

Когда Сильвия пыталась разгрызть очередную водоросль – на вкус они мало отличались от удиличьей ягоды – девушка очнулась. Сильвия узнала этот взгляд. Так же Эллиот смотрел на ту, которую она убила в доме Меланты, думая, что она вредит её брату. Девушка двигалась неловко, будто ребёнок, но настойчиво пыталась приблизиться. Сильвия отплыла на пару метров. Хоть большинство лиан уже лежали на иле, некоторые девушку еще сдерживали.

– Я не твоя мама, – сказала Чемберз, глядя её попытки.

– Как скажете, госпожа.

Сильвия опешила. Госпожа. Что-то новенькое.

– Так. Отлично. Прекращай брыкаться, и дай мне тебя развязать.

– Как скажете, госпожа.

И Сильвия осторожно вернулась к своей работе. Местами, как оказалось, она перестаралась и повредила девушке кожу. Что ж, лучше так, чем мёртвой.

– А ты еще какие-нибудь слова знаешь?

– Конечно, госпожа.

Девушка и правда застыла. Теперь ей управляло только течение. В глазах – даже на дне можно было разглядеть, насколько они светлые, такие же, как у Эллиота – первобытный страх.

– Как тебя зовут?

– Лив. Оливия, госпожа.

– Прекращай меня так звать, Лив.

– Конечно.

Девочка и вовсе замолчала. Руки, прежде свободно развевающиеся по течению, она сложила в замок перед собой. Напряглась так сильно, что они подрагивали.

– Еще немного – и ты вернешься на сушу. Потерпи немного, хорошо?

– Как скажете, гос… – Лив осеклась.

– Сильвия. Можешь звать меня так.

Эти игры в госпожу и рабыню начинали раздражать. Поскорее бы вернуть её наверх и расстаться навеки вечные.

Стебель за стеблем – и к вечеру Оливия вырвалась из плена Миссисипи. Когда Сильвия подхватила девушку, чтобы выплыть на поверхность, та прильнула к её груди. Сильвия только обреченно вздохнула. Конечно, она пряталась от Диего ради этого. Осталось потерпеть ещё немного – и здравствуй, одиночество.

Едва голова показалась над водной гладью, как мир напомнил, что вода в лёгких – не то, что должна при себе иметь девушка. Кашель, дикий, будто вместе с водой хотели вылететь и внутренности, одолевал настолько сильно, что пришлось снова уйти под воду. Лив сделала то же самое.

– С вами всё в порядке, Сильвия?

– В полном. Выбирайся и забудь про меня. Живи так, как никогда не жила, поняла меня?

– Я постараюсь, гос… Сильвия.

Лив сразу поникла. Сильвия вынырнула на мгновение. На берегу кто-то был. Если карта в голове не врала, то они сейчас где-то в районе Новоорлеанского университета. Эти ребята помогут.

Когда Лив выбралась и наконец смогла выплюнуть всю воду, которой наглоталась, Сильвии рядом уже не было. Она вернулась в Миссисипи, подплыла поближе к Джексонс Сквер. Выходить или нет? Идти ей всё равно было некуда. Никуда не хотелось. Так что, какая разница?

Грудь будто выжигало огнём, желудок сворачивался в узел. Прохожие наверняка думали, что это – очередная ведьма-попрошайка, которая выпила слишком много палёного рома.

Когда на плечо легла рука, Сильвия даже не вздрогнула, только тяжело вздохнула. После кашля сил в теле не осталось.

Диего. Что он здесь забыл? Опять постарался мистер Роллинс? Ему бы идти в свахи на ТВ, а не управлять отелем. Жених что-то шептал, и обнимал Сильвию так сильно, как не обнимал никогда, и вода, которая умудрилась остаться внутри, теперь вся оказалась на его рубашке. Вряд ли он понимал, что своим присутствием только вернул невесту к мыслям о брате. Бездействие – тоже деяние. Недостаточное действие – тоже. Он – врач. Он мог удержать Эллиота в живых, может и мозг бы восстановился. Кого-то держат на аппаратах искусственного кровообращения годами, а кому-то не дают и дня.

Сильвии хотелось ударить Диего, но на это не хватало сил. Она лишь одарила его свирепым взглядом. Всё, о чем он говорил, больше не имело значения. С главным она не справилась.

Она знала, что все вокруг станут пытаться утешить её, говорить, что её вины нет, но все они лгали. И если бы не мистер Роллинс, то она продолжала бы сидеть в собственном кабинете, вдали ото всех, кто так и норовил залезть грязными ручонками в едва начавшие заживать раны в душе. Сильвия была права. Появился Диего, и боль снова хлынула по венам, сковывала грудь, не давая дышать, обездвиживала тело. Она даже не давала течь слезам.

– Нужно было остаться в реке.

– Не говори глупостей. Эллиоту бы это не понравилось.

Сильвия почувствовала, как его руки легли на её плечи. Такие горячие даже на холоде. Она вздохнула и положила голову Диего на грудь, и его рука сразу же оказалась на её щеке. Надо же, насколько Сильвия замёрзла. Прав, чёрт. Эллиот никогда не позволил бы сестре творить с собой такое. А сестра не могла позволить брату погибнуть, но позволила.

– Твои кузены показали мне копию отчета с места аварии, – сказал он тихо. – Причиной стала неисправность тормозных дисков. Эллиот подставил под удар себя, чтобы не навредить кузену, который тоже сидел на переднем. Дэмиан сказал, что Эллиот точно не хотел бы, чтобы ты себя так мучила. Он любил тебя так же сильно, как и ты его. И вряд ли он хотел бы, чтобы ты винила себя. Ты ничего не могла сделать с этими дисками, твоё дело – управлять и жить свою жизнь за двоих.

Сильвия молчала. Почти скрывшееся за горизонтом солнце уже совсем не грело, и она прижалась к Диего сильнее. Её лёгкая, насквозь промокшая накидка совсем не грела. Эллиот на самом деле этого бы не оценил. Сколько раз он подшучивал над сестрой, говорил, что из-за работы жизнь проходит мимо. Сильвия тоже шутила в ответ. Хороший, тихий мальчик, и стоило ему выпить, как включался режим короля вечеринок. И если обычный Эллиот просто недолюбливал трудоголизм сестры, то выпивший – просто ненавидел.

– Может быть, ты прав, – сказала она наконец. – Я ведь даже подарки на рождество так и не открыла.

– А мы с кузенами уже успели оценить приставку, – Сильвия слышала, как Диего улыбается. Еще бы. Мальчишка из страны третьего мира, у которого из игрушек наверняка было что-то еще из девятнадцатого века. Тристан с Дэмианом – искушенные игроки, и прожившая рядом с ними Сильвия точно знала, какие игры подбирать. Новость о том, что они понравились и им, не удивила её, но обрадовала. – Спасибо. Сам себе я бы её не взял.

– Почему? – Сильвия повернулась, чтобы взглянуть на лицо возлюбленного.

– Жизнь приучила копить. Покупаешь то, что нужно, и копишь оставшееся.

– Нет смысла копить, – буркнула Сильвия. – Деньги ты на тот свет не унесёшь.

– Я знаю, – Диего легко кивнул. – Но ничего не могу с собой поделать. Кто-то курит, кто-то разбрасывает носки по дому, а я коплю деньги.

Сильвия усмехнулась.

– Я знаю, зачем ты их копил, – сказала она с хитрой улыбкой. На молчаливый вопросительный взгляд Диего она пояснила. – На мой новый телефон.

Диего захохотал. Кажется, даже на том берегу реки кто-то обернулся. Сильвия взглянула на него с подозрением.

– Сколько ты выпил? – спросила она осторожно.

– Я не пил, – ответил он серьёзно. – Просто… Не верится, что ты сама это предложила.

– Почему?

– Ты же ослиха упрямая. Только вчера ты не пустила меня в кабинет, а теперь ты снова в моих объятиях и готова выйти со всеми на связь.

– Я не говорила, что выйду со всеми на связь, – Сильвия немного отстранилась. Ноги стали замерзать, и она вынула их из воды. Диего посмотрел на её действия с ужасом. – Только ты, кузены и тетушка Джули. Родители, – Сильвия выплюнула это слово, будто оно жгло ей рот, – справятся сами. У них есть душка Мартин.

Диего перестал улыбаться. Сильвия обхватила его руками. Становилось чертовски холодно.

– Они ведь знали, как мы с ним близки. Были. Были близки. И даже не позвонили. Ладно, отец и Мартин. Даже мама. Они ведь даже не подошли ко мне, когда… Когда мы…

– Семья есть семья, какой бы она не была, – ровным голосом сказал Диего.

– Семья должна поддерживать и в горе, и в радости, – голос опять грозил сорваться. – Они знали, как сильно это по мне ударило, и никак не помогли. Рядом был Тристан, даже Дэмиан звонил, а ведь он заменяет брата в туре. Даже он нашел для меня пару минут между песнями и группи в гримёрке, а они не нашли.