Властелин Хаоса - Джордан Роберт - Страница 253

Кируна широко раскрыла глаза и медленно, глубоко вздохнула.

— Невозможно, — пробормотала Бера. — Быть такого не может Аланна откинула назад голову и расхохоталась. Бера сердито поджала губы, а в глазах Кируны появился холодный блеск. Верин поглядывала на них, склонив голову, чем напоминала высматривавшую червяка малиновку. Верин умела со всеми ладить, ничем не поступаясь, — как ей это удавалось, Мерана понять не могла.

— Никто прежде не связывал узами мужчину, способного направлять Силу, — промолвила, отсмеявшись, Аланна. — Возможно, все дело в этом.

— Пусть так, — твердо сказала Бера; столь же тверд был и ее взгляд. — Во всяком случае ты можешь установить, где он.Да, — подтвердила Кируна. — Ты поедешь с нами, Аланна.

Аланна заморгала, будто придя в себя, и слегка склонила голову в знак согласия.

Пора, решила Морена, понимая, что, если упустит эту последнюю возможность, посольство рассыплется окончательно. Она встала, сворачивая письмо ал'Тора, чтобы чем— нибудь занять руки.

— Когда я привела посольство в Кэймлин, — начала она, напоминая тем самым, кому по праву принадлежит первенство, и радуясь, что у нее не дрожит голос, — мне были даны широкие полномочия. Однако, что следует делать, тогда представлялось очевидным, и все мы, — этими словами она пыталась напомнить своим спутницам, что они прибыли сюда как единая делегация, — имели основания рассчитывать на успех. Ал'Тора надлежало выманить из Кэймлина, чтобы возвести на Львиный Трон Илэйн и тем самым превратить Андор в наш прочный тыл. Осторожностью и терпением мы должны были войти ал'Тору в доверие и добиться от него должного уважения к нам. Тогда две или три тщательно отобранные сестры смогли бы занять при нем место Морейн и руководить его поступками. Включая Аланну, разумеется.

— Откуда ты знаешь, — прервала ее Бера, — что он не убил Морейн, так же как — об этом все говорят — Моргейз?

— До нас доходили всякие слухи насчет ее смерти, — добавила Кируна. — Кое-кто утверждает, будто она погибла в схватке с Ланфир, но многие сходятся на том, что в момент ее гибели рядом находился только ал'Тор.

Меране потребовалось усилие, чтобы удержаться от ответа и не дать сбить себя с того, что она собиралась сказать.

— Все это было осуществимо, — продолжала она, — но тут неожиданно объявились вы. Конечно, вы искали Ранда и прибыли сюда, следуя полученным указаниям, но с вашим появлением число Айз Седай в городе — пусть даже случайно — достигло тринадцати. Какой мужчина, окажись он на месте ал'Тора, не пустился бы наутек, прослышав о тринадцати Айз Седай? Так что по существу за провал наших замыслов следует благодарить тебя, Кируна, и тебя, Бера.

Теперь ей оставалось только ждать. Если она смогла добиться хотя бы морального превосходства…

— У тебя все? — спокойно спросила Бера. Кируна повела себя еще более бесцеремонно.

— Фаэлдрин, — промолвила она, повернувшись к остальным, — если хочешь, поедем с нами в Кайриэн. Масури, Рафела. и вы тоже.

— Неужто вы ничего не понимаете? — вскричала Мерана, скомкав в кулаке письмо Ранда. — Говорите так, словно все осталось по-прежнему! В Кайриэне посольство Элайды! Посольство Белой Башни! Нам ал'Тор нужен больше, чем мы ему, и боюсь, ему это известно! Верин задумчиво кивнула, но все остальные выглядели потрясенными. Уже в следующее мгновение Айз Седай совладали с собой, но слова Мераны продолжали звучать в их ушах. Нам ал'Тор нужен больше, чем мы ему. И, не вспоминая о Трех Обетах, все они поняли, что это чистая правда.

Но тут вмешалась Бера.

— Сядь, Мерана, — решительно заявила она, и Мерана, даже не успев понять, что делает, села. — Посиди и успокойся.

Мерана вздрагивала, ей хотелось кричать, а пальцы судорожно стискивали послание ал'Тора.

Кируна нарочито повернулась к Меране спиной.

— Сеонид, ты, конечно, тоже поедешь. Лишняя пара Гайдинов никогда не повредит. Верин, ты, я думаю, тоже. — Верин кивнула, будто это была просьба.

— Демира, — продолжала Кируна, — я понимаю, что ты на него обижена, но сама посуди: разве мы можем допустить, чтобы он снова ударился в панику? К тому же кто-то должен переправить в Салидар эту расчудесную компанию девушек из Двуречья. Ты вместе с Валинде, Кайрин и Беренисией поможешь в этом Меране.

Названные сестры что-то пролепетали, обозначив свое согласие, но у Мераны похолодело внутри. Посольство не просто распалось, оно рассыпалось в пыль.

— Я… — Она запнулась под строгими взглядами Кируны и Беры. А также Масури, Фаэлдрин и Рафелы. Вместе с посольством рассыпалась в пыль и ее власть. — Вам может потребоваться Серая, — еле слышно пролепетала она. — Наверняка придется вести переговоры, и… — Мерана не находила слов. Такого не случилось бы, будь Башня единой.

— Хорошо, — произнесла наконец Бера таким тоном, что всего самообладания Мераны едва хватило, чтобы не покраснеть от стыда.

— Демира, — распорядилась Кируна, — девушек в Салидар отвезешь ты.

Мерана тихо сидела на своем месте и молилась об одном — чтобы Совет поскорее выбрал Амерлин. Могущественную в отношении Единой Силы и обладающую столь же могучей волей. Для того чтобы Айз Седай стали теми, кем они были прежде, потребуется новая Диане, новая Рашима. А еще Мерана молилась о том, чтобы Аланна привела их к ал'Тору до того, как он примет решение признать Элайду. Ибо в таком случае их не спасет и Рашима.

ГЛАВА 50. Колючки

Почти весь остаток дня Ранд провел в своей спальне в Солнечном Дворце, валяясь на огромной кровати, сработанной из инкрустированного костью черного дерева, столбики которой были толще его голени. Словно для контраста с золоченым убранством передней и гостиной обстановка спальни, хотя и сохраняла свойственные Кайриэну угловатые очертания, была, однако, из черного дерева и драгоценной кости.

Сулин сновала туда-сюда, взбивала подушки, без конца поправляла простыню, которой он укрывался, и твердила, что толку от этих кроватей никакого и куда удобнее просто расстелить на полу одеяло. Она предлагала Ранду то мятный чай, то пунш, пока он не потерял терпение и не велел оставить его в покое.

— Как угодно милорду Дракону, — буркнула Сулин, одновременно изобразив подобострастную улыбку, присела в безукоризненном реверансе и вышла, основательно хлопнув дверью.

Мин осталась с Рандом. Сидя на постели, она держала его за руку и смотрела на него, словно он собирался испустить дух. Наконец Ранду удалось выставить и ее — ненадолго, лишь для того, чтобы натянуть висевший в шкафу темно-серый шелковый кафтан. Роясь в шкафу, он неожиданно наткнулся на простой деревянный футляр с флейтой. Подарок Тома Меррилина, оставшийся от той, другой жизни. Усевшись возле окна, Ранд попробовал играть, но поначалу, после столь долгого перерыва, не мог извлечь из флейты ничего, кроме мычания и писка. Эти странные звуки привлекли Мин.

— Поиграй мне, — смеясь то ли от восторга, то ли от удивления, попросила она, усаживаясь ему на колено. Ранд попытался наиграть хоть одну знакомую мелодию — за этим занятием его и застали Эмис, Бэйр, Сорилея и еще добрая дюжина Хранительниц Мудрости. Мин мигом соскочила с его колена, смущенно одергивая кафтанчик, а Сорилея и Бэйр подступили к Ранду вплотную.

— Посмотри налево, — командовала Сорилея, приподняв пальцем его веко и пристально глядя ему в лицо. — Так… Теперь направо.

— Пульс у тебя частит, — пробормотала Бэйр, нащупав костлявым пальцем жилку на шее.

Надо полагать, Нандера мигом известила Хранительниц о том, что Кар'а'карна пришлось отнести в спальню. Удивительно, как еще после этого во дворец не нагрянула целая армия Хранительниц Мудрости, — видать, Сорилея подвергла их строгому отбору. Но все прошедшие этот отбор считали своим долгом внести посильный вклад в излечение Кар'а'карна, а потому щупали его, тормошили, заглядывали куда нужно и не нужно, да еще и обозвали упрямцем, когда он попробовал отказаться подпрыгивать на месте.