Властелин Хаоса - Джордан Роберт - Страница 223

Он извлек из мешочка один из изготовленных серебряных дел мастером значков — серебряный меч с длинной рукоятью и слегка искривленным клинком.

— Таим! — окликнул Ранд.

Мазрим Таим подошел к возвышению, и Ранд, склонившись, прикрепил серебряный меч к высокому вороту его кафтана. На иссиня-черной шерсти серебро, казалось, засверкало еще ярче. На лице Таима не было никакого выражения — оно походило на камень под ногами Ранда.

Ранд передал ему мешочек и шепнул на ухо:

— Отметишь тех, кого сочтешь нужным. Только смотри, чтобы они и вправду были готовы. — Хотелось верить, что значков все-таки хватит — Ранд никак не рассчитывал увидеть здесь столько народу. — Посвященный, который приобретает особые навыки и умения, станет именоваться Аша'ман и получит право носить вот это.

Ранд вынул из кармана бархатный мешочек и продемонстрировал всем его содержимое — солнечные лучи заиграли на искусно сработанном из золота и яркокрасной эмали изображении дракона, точно таком же, как и на Драконовом стяге. Дракон тоже оказался на вороте Таима, только по другую сторону.

— Пожалуй, первым Аша'ман был я, — заявил Ранд, — но Мазрим Таим стал вторым. — В сравнении с лицом Таима даже камень показался бы мягким. Что все-таки происходит с этим человеком? — Я надеюсь, что со временем все вы станете Аша'ман, но даже если этого не случится, не забывайте о том, что вы солдаты. Впереди немало сражений, возможно, и не таких, каких мы ожидаем, а увенчает их Последняя Битва. Если будет на то воля Света, мы победим. Победим, ибо должны победить.

В этом месте следовало ожидать приветственных возгласов — Ранд не питал иллюзий насчет своего ораторского искусства и вовсе не считал себя способным заставить толпу вопить от восторга, но ведь эти люди знали, зачем они здесь, и упоминание о победе должно было вызвать хоть какой-то отклик. Но они молчали. Ранд соскочил с валуна.

— Разойдись, — коротко приказал Таим, и ученики — солдаты — так же молча, как и стояли, вернулись к своим занятиям и трудам. Лишь некоторые тихонько переговаривались.

Мазрим Таим указал на фермерский дом. Мешочек с мечами он сжимал так сильно, что оставалось лишь удивляться, как они не кололи ему руку.

— Не найдет ли милорд Дракон время, чтобы выпить кубок вина?

Ранд кивнул — он не хотел возвращаться во дворец, не докопавшись до сути происходящего.Передняя комната фермерского дома выглядела так, как и следовало ожидать, — голый, безупречно выметенный пол, стулья с решетчатыми спинками и камин из красного кирпича, без малейших признаков копоти и сажи. Трудно было поверить, что когда-то в нем разводили огонь. Маленький столик покрывала белоснежная скатерть с вышитыми по краям цветами. Сора Грейди молча поставила на скатерть деревянный поднос с ярко-голубым кувшином и двумя кружками, украшенными белой глазурью. Ранд надеялся, что по прошествии времени она станет поприветливее, но не тутто было. Молчаливый укор в ее взгляде заставил его вздохнуть с облегчением, как только женщина удалилась. Но он успел приметить, что она потела. Бросив мешочек на поднос, Таим залпом осушил кружку.

— А что, разве женщин ты не учишь концентрироваться? — спросил Ранд. — Хорошо ли, если их мужья не потеют, а они страдают от жары?

— Они сами того не хотят, — резко отозвался Таим. — Никто от них ничего не скрывает. Некоторым мужья да любовники предлагали их обучить, но они даже слушать отказались. Видите ли, это, возможно, имеет отношение к саидар.

Ранд промолчал, уставясь на темное вино в своей кружке. Он твердо решил не поддаваться раздражению.

— Я доволен тем, как идет набор, — промолвил он наконец. — Ты, кажется, говорил, что мы сумеем меньше чем за год сравняться с Башней… С Белой Башней… — Белая Башня, Черная Башня. Что за легенда будет сложена обо всем этом? Если, конечно, вообще будет… — Теперь я вижу, если дело и дальше пойдет столь же споро, так оно и будет. Ума не приложу, как ты находишь так много способных к учению.

— Когда моешь золото, от большой кучи песка, — натянуто отозвался Таим,

— рано или поздно на лотке останется одна-другая драгоценная крупица. Сам я теперь выезжаю нечасто, этим занимаются другие. Дамер, Грейди… Есть несколько человек, примерно дюжина, на которых можно положиться, они достаточно пожили, и от них не приходится ожидать глупостей. Ну а кроме того, у меня достаточно молодых парней, чья сила позволяет открыть любой проход. Они сопровождают старших, если тем не дается Перемещение. До конца года у тебя будет уже тысяча… солдат. Ну а как насчет тех, кого я отослал в Кэймлин? Ты уже составил из них войско? Там ведь побольше тысячи наберется.

— Я предоставил это Баширу, — ответил Ранд, и губы Таима насмешливо дрогнули.

Ранд поставил кружку на стол, чтобы ненароком не разбить со зла. Башир делал все возможное, даже невозможное, если учесть, что в его учебном лагере где-то к западу от города собрались по большей части разорившиеся фермеры, беглые подмастерья и неудачливые ремесленники, отродясь не державшие в руках меча, не ездившие верхом и вообще не отлучавшиеся из родного захолустья далее чем на пять миль. Но у Ранда хватало своих забот, и он не собирался ломать голову еще и над этим. Башир получил разрешение делать с этим сбродом, что он считает нужным, и повеление не беспокоить Ранда, если только новобранцы не поднимут мятеж.

Глянув на Таима, и не пытавшегося скрыть презрение, Ранд за спиной сжал кулаки. Где— то в отдалении, словно эхо его собственного гнева, сердито грохотал голос Льюса Тэрина.

— Эй, что это сегодня с тобой? Тебе словно колючка в штаны попала, как только я прицепил эти значки. Это из-за них, что ли? Если так, я не понимаю. Эти люди будут больше ценить свои знаки отличия, увидев, что ты принял такие же от самого Возрожденного Дракона. Да и к тебе почтения прибавится. Может, тогда и не придется поддерживать порядок, раздавая удары по голове. Ну, говори, в чем дело.

Начал Ранд хорошо, спокойно, хотя и твердо, — он и не хотел, чтобы голос его звучал слишком уж мягко, — но выдержать взятый тон до конца не сумел. На крик, правда, не сорвался, но последний вопрос походил на удар хлыста.

И тут с Таимом произошло нечто странное. Он содрогнулся — как показалось Ранду, скорее от ярости, чем от страха, — и тут же вновь стал самим собой. Не слишком дружелюбным, немного насмешливым, но, во всяком случае, спокойным и непринужденным.

— Я могу сказать, что меня беспокоит. Две вещи — Айз Седай и ты. Девять Айз Седай, прибывших с посольством, да две, которые уже давно в городе, стало быть, уже одиннадцать. А вдруг где-то скрывается еще одна? Или две? Я пока не смог их найти, но…

— Я велел тебе не показываться в городе, — ровным голосом промолвил Ранд.

— Есть люди, помогающие мне узнавать новости, — сухо отозвался Таим. — Сам же я не совался туда с того дня, как спас тебя от Серого Человека.

Ранд это пропустил. Едва. Почти. Голос в его голове был слишком тих, чтобы разобрать слова, но походил на отдаленные раскаты грома. Таим его спас?

— Твои шпионы только на то и годятся, чтобы ловить пальцами дым, — вырвалось у Ранда.

Мазрим Таим дернулся. Лицо осталось спокойным, но глаза сверкнули, словно черные бриллианты.

— А если они объединятся с Красными Айя? — Голос Таима звучал насмешливо и невозмутимо, но глаза по-прежнему блестели. — В окрестностях города появились Красные сестры. Только за последние дни прибыло несколько групп. Они пытаются перехватывать откликнувшихся на амнистию мужчин.

Я убью его! — взревел Льюс Тэрин, и Ранд почувствовал, как он нащупывает подход к саидин.

Убирайся! — решительно приказал Ранд. Но Льюс Тэрин не исчез. И не умолк.

Я убью его. Его, а потом их. Они служат ему. Это ясно: они служат ему.

Убирайся! — мысленно приказал Ранд. Ты всего-навсего голос. Но этот голос упорно тянулся к Источнику.

О Свет, я всех их убил. Всех, кого любил, всех. Надо убить его, убить за них. Может быть, это восполнит… Нет, ничто не восполнит, никогда. Но я должен его убить. И его, и их. Убить. Я должен. Должен.