Властелин Хаоса - Джордан Роберт - Страница 168

Ранд позволил трупу упасть, потом, продолжая держаться за саидин, медленно обернулся и оказался лицом к лицу со стоявшим на пороге его спальни Мазримом Таимом.

— Зачем ты убил его? — Голос Ранда звучал холодно и сурово, и лишь отчасти из-за Пустоты. — Я пленил его и рассчитывал узнать немало интересного. Возможно, даже о том, кто его послал. И что ты делаешь в моей спальне?

Таим, облаченный в черный, расшитый на рукавах сине-золотыми драконами кафтан, невозмутимо ступил вперед. Авиенда, уже успевшая подняться на ноги, держала в руке нож и, похоже, невзирая на саидар, готова была использовать свое оружие против Таима. Нандера и Джалани закрыли лица и стояли на цыпочках, с копьями наготове. Не обращая на них внимания. Таим — Ранд это почувствовал — отпустил Источник, хотя и знал, что саидин по-прежнему наполняет Ранда. Взглянув на мертвеца, он скривил губы в странной полуулыбке.

— Неприятные существа эти Бездушные. — Любой другой поежился бы, только не Таим. — Я открыл проход на твоем балконе. У меня есть новости, и я решил, что тебе будет интересно их услышать.

— Что, кто-нибудь схватывает все подозрительно быстро? — вставил Ранд, и на губах Таима вновь появилась та же кривая ухмылка.

— Не в том смысле. Не думаю, чтобы кто-нибудь из Отрекшихся сумел выдать себя за двадцатилетнего парнишку. Но юноша интересный, его зовут Джахар Наришма. У него природная искра, пока еще не успевшая проявиться, ведь у мужчин это случается позже, чем у женщин. Если ты наведаешься в школу, то увидишь там много нового.

В этом Ранд ничуть не сомневался. Джахар Наришма всяко не андорское имя. Похоже, используя Перемещение, Таим набирает учеников невесть откуда. Но Ранд ничего не ответил и лишь взглянул на лежащий на ковре труп.

Таим скривился, но не позволил раздражению выйти наружу:

— Поверь, я не меньше тебя хотел бы захватить убийцу живым. Но, увидев его, действовал не раздумывая, меньше всего на свете я желал бы твоей смерти. Ты спеленал его как раз в тот момент, когда я послал огонь, обратно-то ведь его не вернешь.

Я должен убить его, пробормотал Льюс Тэрин, и Ранд ощутил, как в нем всколыхнулась Сила. Застыв, он попытался оттолкнуть саидин, что далось ему нелегко. Льюс Тэрин пытался зацепиться за Источник и направлять Силу самостоятельно. Наконец, медленно, словно вытекавшая из дырявого ведра вода, Единая Сила отступила.

Почему? — вопросил Ранд. Почему ты хочешь убить его?

Ответа не было, лишь отдаленный безумный смех и столь же безумные рыдания.

На лице Авиенды было написано сочувствие. Нож она убрала, но за саидар держалась по-прежнему — Ранд чувствовал, как покалывает кожу. Обе Девы сняли вуали и теперь следили за Таимом, одновременно осматривали комнату и вдобавок обменивались недоуменными взглядами.

Ранд уселся на стул рядом со столиком, на котором лежали его скипетр и меч. Борьба продолжалась считанные секунды, но у него поджилки тряслись. Там, в школе, он попытался успокоить себя, самого себя обмануть, но на сей раз такой возможности не было. Льюс Тэрин едва не взял верх, едва не овладел саидин.

Если Таим что и заметил, то не подал виду. Наклонившись, он подобрал письмо и, взглянув на него краешком глаза, с легким поклоном протянул Ранду.

Тот сунул пергамент в карман. Похоже, ничто не могло вывести Таима из равновесия. Но почему Льюс Тэрин так хочет убить его?

— Удивляюсь, — сказал Ранд, — почему ты до сих пор не предложил мне ударить по Саммаэлю, коли уверяешь, что управиться с Айз Седай не так уж трудно. Мы с тобой да несколько твоих учеников, тех, кто посильней, откроем проход в Иллиане да обрушимся прямо на него. Этот, — Ранд кивнул на труп, — наверняка подослан Саммаэлем.

— Может быть, — отозвался Таим, глянув на Серого Человека. — Я дорого бы дал, чтобы быть в том уверенным. Точнее не скажешь.

— Что касается Иллиана, — продолжил Таим, — боюсь, это потруднее, чем сладить с парочкой-другой Айз Седай. Я не раз задавал себе вопрос: сам-то ты на месте Саммаэля как бы поступил? Думаю, он наплел таких ловушек, что всякий проход будет обнаружен прежде, чем полностью откроется, и всех, кто в него сунется, Саммаэль испепелит на месте.

С этим Ранд не мог не согласиться — конечно же, Саммаэль знал, как защитить свое логово. Может, все дело в том, что Льюс Тэрин безумен?

Да вдобавок еще и ревнив? Сам Ранд убеждал себя, что не посещает школу Таима вовсе не из зависти к его успехам, но…

— Я рад был услышать об этом Джахаре Наришме. Займись им как следует. Возможно, вскоре нам потребуются его способности. Это все новости?

Глаза Таима блеснули. Молча кивнув, он направил Силу и открыл проход прямо на месте, там, где стоял, ступил в него и исчез. Ранд заставил себя усидеть на месте, опустошенно глядя, как проход истончился до сверкающей линии. Не хватало ему, едва управившись с Льюсом Тэрином, вновь ввязаться в борьбу с ним, не говоря уже о том, что он мог проиграть и тогда Льюс Тэрин, в его, Ранда, образе, попытался бы покончить с Таимом. Дался ему этот Таим, почему он так желает ему смерти? Впрочем, Льюс Тэрин, похоже, желает смерти всем, не исключая и самого себя.

Если учесть, что едва рассвело, утро выдалось весьма богатое событиями. И хороших новостей было больше, чем плохих. Ранд снова посмотрел на Серого Человека — выжженная рана спеклась мгновенно и почти не кровоточила, но он не хотел, чтобы госпожа Харфор увидела на ковре хотя бы одно кровавое пятнышко. Сказать-то главная горничная ничего не скажет, потому как и без этого даст понять, что она о нем думает. Ну а что до Госпожи Волн Морского Народа, то пусть себе дуется, коли ей угодно, у него и без нее забот по горло.

Нандера и Джалани все еще переминались с ноги на ногу возле дверей, хотя им следовало занять свой пост сразу же после того, как ушел Таим.

— Если вы переживаете из-за Серого Человека, — промолвил Ранд, — выбросьте это из головы. Только глупец мог рассчитывать увидеть Бездушного, ну разве что случайно, а вы, по-моему, вовсе не глупы.

— Не в том дело, — буркнула Нандера. Джалани стиснула зубы, словно стараясь сдержать просившиеся на язык слова.

И тут он понял. Они знали, что не могли увидеть Серого Человека, но все равно стыдились того, что он прошел мимо них. Стыдились и боялись, что кто-нибудь узнает об их оплошности.

— Слушайте меня, — сказал Ранд. — Никто не должен знать ни о том, что здесь побывал Таим, ни, тем более, о том, что он говорил. Слухи о школе и так будоражат людей; не хватало еще, чтобы они начали бояться появления Таима или кого-нибудь из его учеников в собственной спальне. А лучше всего держать рот на замке и о случившемся сегодня утром распространяться как можно меньше. Труп нам, понятное дело, не скрыть, так что придется объяснить, что какой-то негодяй пытался меня убить, но был убит сам. Я намерен говорить именно так и прошу вас не выставлять меня лжецом.

На сей раз на их лицах явно читалась признательность.

— Я имею тох, — пробормотали обе почти одновременно.

Ранд откашлялся — он к этому не стремился, но что поделаешь, коли у них от этого на душе легчает. И тут его посетила мысль насчет Сулин. Ей такое, наверное, не особенно понравится, зато вроде бы вполне укладывается в исполнение этого самого тох. Может быть, занимаясь тем, что ей не нравится, она в какой-то степени приблизится и к исполнению своего тох.

— Ступайте на пост, не то я подумаю, будто и вы любуетесь моими бровями, — припомнил он ехидную шпильку Нандеры. — Ступайте и пришлите кого-нибудь, пусть унесут этого малого.

Они ушли, улыбаясь и переговариваясь на языке жестов.

Ранд взял Авиенду за руку:

— Ты, кажется, хотела со мной поговорить. Пойдем в ту комнату, поговорим там, пока здесь все не почистят.

Если на ковре и остались пятна, ему, возможно, удастся вывести их с помощью Силы.

— Нет, не там! — воскликнула Авиенда, вырвав руку, и, несколько умерив тон, добавила: — Почему бы нам не поговорить здесь?